Тёмный феникс

Когда девушка погрузилась в глубокий сон, Сато-младший спустился вниз, в надеждах встретить на кухне своего брата. И — о, какое чудо, — увидев там мужчину, он с облегчением выдохнул, зашёл внутрь комнаты и сел за стол напротив брата.

— Я хотел с тобой поговорить.

— М-м? — промычал Сато-старший, помешивая остаток чая в чашке, не поднимая взгляд.

— Это касается Юки-чи и недавного разговора.

В этот момент злой коп переместил своё зрительное внимание с чашки на брата, слегка наклонив голову набок.

— Я не хочу ругаться, — сразу предупредил парень, — но и хочу высказать своё мнение.

— Почему ты не сделал этого во время разговора за ужином?

— Потому что не хочу, чтобы Юки-чи это слышала.

Мужчина кивнул.

— В общем и целом... — Сато-младший издал тяжёлый вздох. — Я уже говорил, что вы с Макото сильно избаловали Юки-чи. Настолько, что в ней развилась небесная самоуверенность. Ладно уже привитая вечная дозволенность и появившееся самолюбие. Но самоуверенность у неё на невероятном уровне, и это не есть хорошо.

— Что ты хочешь этим сказать?

— Я ничего не имею против её подобной жизни, в плане, что если вас двоих это устраивает, то пускай. Но давай согласимся, что сейчас, да и раньше, жизнь Юки-чи не была... обычной. По крайней мере в том понимании, в котором живут среднестатистические люди. Ночные вылазки в образе «Тёмного феникса», долгие поиски брата, сейчас ещё и Камики ко всему этому добавился. Если Юки-чи будет продолжать думать и чувствовать, что всё идёт по её плану и всё обязательно сложится так, как она этого хочет, проигрыш сильно на ней скажется. А если учитывать тот факт, что Юи должен скоро вернуться, несложно догадаться, как именно Юки-чи на всё отреагирует: она может забыться, утопая в обществе Юи. И вероятность этого достаточно огромна. И это только помешает. Может, она и считает, что жизни родных в её руках, однако... я считаю, что её самоуверенность ей только помешает.

— Знаю, — Сато-старший кивнул. — Ты ничего нового не сказал.

— Знаешь?.. Тогда почему ты никак этому не препятствуешь?

— Потому что понимаю, что сам виноват в том, какой Юки выросла, — спокойно ответил мужчина. — Ты прав, что нас с Макото всё устраивало, мы её баловали, прекрасно осознавая последствия. Только вот я не думал, что самоуверенность Юки взлетит до небес. Сейчас уже ничего не исправить.

— Ты не прав, — возразил Сато-младший. — Есть два способа, чтобы это исправить.

— Дай угадаю: один из способов — это сломать Юки. Так?

— Да, — парень кивнул. — Вот только неизвестно, как она отреагирует и как будет вести себя дальше после того, как её сломают. А Камики сломать её может легко. Не просто же так он сказал о возвращении Юи. Это лишь лёгкий вброс, а Юки-чи уже весь день молчала, утопая в своих мыслях. Может, это и привело её на определённые размышления, касающиеся Камики, но это ещё не значит, что она отчётливо видит ситуацию и что она готова к непредвиденному. Сейчас Юи нет, но что будет, когда он вернётся?

— Юки потеряет голову.

— Это слабо сказано.

— Ты говорил о втором способе, — заметил мужчина.

— Этот способ — ты.

— Чего?..

— Ты — единственный человек, которого Юки-чи слушается.

— Не неси ерунды, — со вздохом сказал злой коп. — Юки порой и меня не слушает.

— Тебе так кажется. Она всегда бурчит себе под нос и делает вид, что слышать тебя не слышат, а в итоге потом всё равно выполняет то, что ты велел, — с уст парня слетела усмешка. — Ты просто привык уже к ней такой и не замечаешь подобные мелочи. Я же с вами живу несколько месяцев, и то, что не замечаемо вами, мной заметить очень легко.

Сато-старший подпёр лицо рукой, не отводя взгляд от пронзительно чёрных глаз брата, желая услышать его мысль поподробнее. И Синдзи это прекрасно понял, почему перевёл дыхание и продолжил:

— Когда-то ты и Макото выбрали идти по жизни вместе с Юки-чи, оберегая её, желая стать её опорой. И вы смогли этого добиться. Однако в большей степени этого добился ты. Не потому, что по документом именно ты являешься её официальным опекуном несмотря на то, что Юки-чи уже совершеннолетняя. А потому, что ты поставил себя в такое положение. Ты для неё не просто опекун и далеко даже не просто старший брат. Можно сказать, ты заменил ей отца, если не обоих родителей сразу. Юки-чи любит тебя.

— Она любит многих.

— Да, любовь Юки-чи огромна, с этим я не поспорю, и она очень сильно любит всех тех, кто её окружает: ты и Макото, Кацу, я, Юи, что естественно, хоть его и нет рядом, даже на близнецов Хошино её любовь распространяется. Однако любовь Юки-чи к тебе — особенная. Просто попробуй в следующие несколько дней понаблюдать за ней и обратить внимание на мелочи, к которым ты привык, — парень по-доброму усмехнулся, пожав плечами. — Допустим, первым, кого она идёт обнимать после утреннего подъёма, являешься ты. Даже если ей на пути попадётся Макото, она всё равно пойдёт прямиком на кухню, чтобы прицепиться к тебе. Если же Юки-чи начинает бушевать, заткнуть её можешь ты. Не с первого раза, тут я соглашусь — в этом виноват её характер, — однако обуздать его можешь, опять же, только ты. Лезет ли она так активно ещё кому-то помогать, как тебе? Нет. И это только часть. Ты, Мо-мо, имеешь над ней особое влияние, но даже не замечаешь этого.

— В твоём втором способе есть небольшой изъян, — заметил мужчина. — Это не смена постельного белья и не помощь в уборке в саду. Для этого понадобится время, особенно в ситуации с Юки. А мы знать не знаем, скольким временем располагаем.

— Но это не значит, что нельзя попробовать. Может, и не полностью, но хотя бы немного образумить Юки-чи получится. Это будет куда больше, чем ничего.

— Не спорю, — Сато-старший кивнул. — Я попробую, но не обещаю, что из этого что-то выйдет. Вполне вероятно, что в какой-то момент всё окончательно падёт на наши плечи, потому что Юки будет занята другим, — он тяжело вздохнул. — Синдзи, послушай...

— Я собираюсь помогать Юки-чи, — перебил его парень, смотря прямо ему в глаза.

— Ах-х... Ты только что затирал мне о высокой самоуверенности Юки и сейчас выдаёшь такое?..

— Я согласен с ней, что из Камики можно выбить информацию, хотя бы немного. Но я не согласен с её взглядами на всю эту ситуацию — она слишком уверена в своих действиях, в своём будущем. А этого делать нельзя, особенно в борьбе против Камики Хикару.

— Всё-таки она решила действовать... Спасибо, что не оставляешь её одну.

— Юки-чи слишком проблемная. Отпускать её в одиночное расследование было бы глупо. Это не шестёрки и даже не Мори Кэйташи.

Сато-старший улыбнулся одним уголком губ, кивнув.

— Мне спокойнее, если вы вдвоём, — он кивнул. — Как понимаю, Юки не должна знать, что ты мне об этом рассказал?

— Да. Пожалуйста...

— Хорошо. Это будет нашим общим секретом. Но, прошу, Синдзи, если Юки зайдёт слишком далеко, дай мне знать.

— Договорились, — парень кивнул. — Но только если она зайдёт слишком далеко.

— Как скажешь.

На этом разговор двух братьев закончился. Они в тишине выпили по чашке чая, старший из них — зелёный, младший — ромашковый. И так, в глубокой тишине, лишь пожелав друг другу спокойной ночи, мужчины разошлись по своим комнатам, укладываясь спать. Но вот пришёл ли к ним сон с доброй волей или же его отгоняли мысли, мешающие братьям заснуть, уже вопрос другой. Да и, собственное, никого, кроме них самих, он не касается. Как никого не касается и их вечерний разговор, о котором не узнал в последствие никто, даже Ёсида Макото.

Следующие дни Сато-старший по совету своего младшенького увеличил наблюдение за подопечной, стараясь делать это как более незаметно. Однако это даже не потребовалось: девушка, будучи уверенной в каждом действии и слове своего злого копа, несмотря на свои периодические бурчания под нос, не могла его в чём-то подозревать. Поэтому Мамору спокойно смог разглядеть то, чего не видел, зато что отлично рассмотрел Сато-младший.

Синигами Миуюки и правда частенько недовольно отвечала на указания мужчины, однако всегда выполняла то, что тот требовал. С недовольным выражением лица, конечно же, но выполняла. Да и всегда лезла помогать, даже если в чём-то была несильна. Как, например, в этот вечер — может, готовить девушка не умела, и за плиту её лучше никогда не ставить, вот только накрыть на стол она всё-таки могла. Под руководством злого копа, зато сама.

В это время, пока ужин готовился, а стол накрывался, в гостиной, играя в приставку, сидели Ёсида и Сато-младший. Парень, периодически поглядывая краем глазом на действия, происходящие на кухне, смог улучить момент, когда «актриска» на них перестала обращать своё внимание, и обратился к сидящему рядом другу.

— Могу задать вопрос?

— Конечно. С чего вдруг надо давать разрешение?

— Этот вопрос личного характера.

Ёсида резким движением поставил игру на паузу, чем удивил парня и заставил посмотреть на себя.

— Что ты хочешь знать?

— Почему ты так привязан к Юки-чи?

— А-а... тебя это беспокоит, — мужчина почесал затылок, прикрыв глаза и раздумывая.

— Да, — Сато-младший кивнул. — Я уже разговаривал на этот счёт с Мо-мо, так что понимаю, почему он так привязан к ней и почему пятнадцать лет назад сделал именно этот выбор. Теперь мне интересно узнать твоё мнение. Конечно, если ты захочешь сам говорить.

— Тут нечего скрывать... — со вздохом проговорила добрый коп. — Я объясню тебе, только если ты захочешь послушать мою историю.

— Думаю, до ужина у нас есть на это время.

— Хорошо... — с его уст вылетел тяжёлый вздох. — Короче, я в раннем возрасте лишился родителей и старшего брата. Мы возвращались всей семьёй из детского центра после празднования моего дня рождения и попали в аварию. Родители умерли на месте, брата пытались спасти в больнице, но... он спас меня, но не спасся сам. Тогда в больнице дежурил Сато-сан, Мамору был вместе с ним. Наверное, ты уже заметил, что у Мамору невероятно доброе сердце, — мужчина слегка посмеялся, тепло улыбнувшись. — Догадаться, что он сделал, не так уж и сложно.

— Он попросил отца усыновить тебя?!

— Что-то вроде того, — Ёсида кивнул. — Я понимаю Крошку в ситуации потери всех. Тоже долго отходил. Но смог принять случившееся и идти дальше. А следующий шаг в нашей жизни — это работа в особняке семьи Синигами. В то время у Сато-сана было много работы, жена умерла при родах, так что сидеть с нами некому было. Правда, Мамору уже тогда был безумно ответственным и способным мальчиком, в отличие от меня... а Сато-сан был личным врачом семьи Синигами.

— Так вот как вы попали в их особняк... — заметил парень.

— Да, именно так. Мне было десять, Мамору — тринадцать, — когда нас устроили на работу в особняк семьи Синигами. Крошке тогда недавно исполнилось три, Юи же — уже четыре. Поначалу мы только и делали, что занимались уборкой и всевозможной помощью. Потом мы стали замечать, что Крошка часто проводит время в одиночестве, поскольку Юи забирали на различные занятия. Я не сразу осмелился подойти... но в последствие, когда смог, не пожалел об этом. Она была хоть и совсем маленькой, но очень сообразительной девочкой. Мамору тоже присоединился к нам, даже начал обучать Крошку самому простому — алфавиту, затем — читать. Ей нравилось это. А когда Юи, прознав наши действия, решил вложить и свою помощь, её глаза загорелись счастьем. Таким огнём они горят только рядом с Юи... — мужчина тихо посмеялся, предаваясь воспоминания. — Я во многом плох, ничего особо делать не умел, да и не умею. Однако за свой «талант», как его многие называют, я должен поблагодарить именно Крошку. Как-то раз она подошла ко мне и попросила заштопать её фартучек, который они вместе с Юи расписывали. Я растерялся, но попытался сделать всё возможное. А затем... понял, что это занятие мне нравится, и пошёл дальше по этому пути. Ещё в те времена я шил ей костюмы из различных остатков тканей, которые Юи просил отдать ему, если после пошива костюмов семье оставались какие-то куски. Так и... начался мой путь личного дизайнера Крошки.

— Прости, что перебью, но ты допускаешь ошибку, отрицая тот факт, что ты и правда талант, — заметил Сато-младший.

— Может, и так... — добрый коп пожал плечами. — Мне это не так важно, если честно. Я делаю всё от души. Главное, чтобы Крошке нравилось... понимаю, что все эти рюшечки и бантики её особо не устраивают, однако мою тайную коллекцию я пока не могу ей показать. Увидь она её хоть глазом, попробуй на неё потом надень все те платья и костюмы, которые необходимо носить в данный момент...

— Тогда зачем ты создаёшь эту коллекцию?

— Потому что уверен, что момент, когда Крошке придётся снять маску, настанет. Тогда-то я и покажу ей, что придумал и что сшил.

— Я бы показал сейчас.

— Да ну... — мужчина покачал головой. — Не хочу усложнять Мамору жизнь желаниями Крошки носить то, что ей носить сейчас нельзя.

— Зато ты осчастливишь её. Особенно сейчас, когда Юки-чи находится в перепутье.

— Ты так думаешь?..

— Я так и сказал.

Ёсида подумала с минуту, смотря куда-то вглубь пространства, после чего перевёл взгляд на парня и, хитро улыбнувшись, сказал:

— Тогда ты должен оценить это первым!

— Почему я?..

По лицу Сато-младшего было видно, что он далеко не обрадовался этой затее.

— Мамору не особо восхищается всем этим, Крошке я этого показывать не хочу, а Кацу точно не сдержит язык за зубами. Остаёшься только ты.

— Кто сказал, что я восхищаюсь подобным?..

— Да ладно тебе, Синдзи! — мужчина сложил ладони вместе, слегка приподняв их над головой. — Пожалуйста, глянь хотя бы одним глазком!

— Только если во всю эту авантюру мы затащим и Мо-мо.

— Без проблем! — добрый коп энергично закивал головой. — Сегодня же, когда Крошка ляжет спать! — светлые глаза загорелись воодушевлением.

Парень покачал головой, прекрасно понимая, во что он влип... С другой стороны, просто посмотреть на очередные костюмы, придуманные и сшитые Ёсидой Макото, не составят так такового труда. Можно немного и облегчить ношу друга, почему бы и нет...

— Тогда с этим порешили, — Сато-младший кивнул. — Но ты не объяснил, по какой причине ты так привязан к Юки-чи.

— Ах, да... изначально разговор был об этом, — он вздохнул. — Я снова заговорился о нарядах, прости... — и покачал головой. — Мы остановились на том, что я начал шить... Переметнусь сразу на тот момент, когда произошёл выкуп Юи. Точнее, немного до этого. Юи прознал, что родители сбирались продать его младшую сестру. Нечаянно подслушал. Знаешь, с многими такое часто случается — подслушивают взрослых, что-то не так понимают... Но Юи и Крошка всегда были умными детьми. Особенно Юи. Он сразу понял, что хотели сделать его родители, почему и придумал план. Признаться, мы о нём не знали, он нас в него не посвятил, зато подготовился к нему заранее: покрасил волосы, выпросил у родителей, чтобы мы с Мамору остались в особняке в тот злосчастный день и посидели с Крошкой, отвлекая её. Ему не повезло лишь, что Крошка тогда решила посидеть у окна, слушая рассказы Мамору. Тогда-то она и увидела, как уводят Юи... после произошло то, что ты знаешь со слов Мамору. Я был в сознании до тех пор, пока не увидел Крошку, сидящую на теле её матери и держащую в руках кинжал. С того момента... всё было как в тумане. Я не слышал, как Мамору предлагает сжечь особняк. Я лишь выполнял, что он велел, следовал каждому его слову. Пришёл в себя лишь в больнице. Там-то Мамору мне обо всём рассказал. И тогда же заявил, что продолжит быть рядом с Крошкой, несмотря ни на что...

Ёсида замолчал, опустив взгляд на свои ладони. На его лице больше не играла та вечная улыбка, светлые глаза не сияли. Казалось, мужчина выпал из пространства, окончательно окунувшись в воспоминания. Сато-младшему даже пришлось немного потрясти друга за руку, чтобы тот вновь обратил на него своё внимание.

— Ох... прости, Синдзи, — добрый коп покачал головой. — Не люблю всё это вспоминать... сразу улетаю в свои мысли, — он вздохнул, продолжив через пару секунд: — Я не дал ему тогда сразу свой ответ. Вместо этого я зашёл в палату и посмотрел на Крошку. Она... сидела на койке, укутанная в одеяло, и смотрела в окно. В её глазах было столько боли... тогда мне показалось, что эта боль переносится через её глаза в меня. Я сразу попытался представить, как она улыбается, радуется новым нарядам, смеётся с наших рассказов, однако... ничего этого сделать я не смог. Все эти тёплые и приятные воспоминания перекрывала эта боль в лавандовых глазах... Я не смог с этим смириться. Мне хотелось... вновь увидеть улыбку, счастье, которое Крошка излучает... И я понимал, что самостоятельно она этого не добьётся. А Мамору нужна будет помощь. Хотя помощник из меня вышел такой себе... Но хотя бы с Крошкой сидел, уже неплохо. Наверное... — мужчина глупо посмеялся, вот только эта улыбка почти сразу же слетела с его уст. — Да и что я могу, кроме как шить?.. А ни для кого больше, кроме Крошки, я шить не хотел... и не хочу до сих пор. Так что... мой выбор был очевиден, — Ёсида пожал плечами. — Для меня Синигами Миуюки — младшая сестра... член семьи, которой я когда-то лишился, — он поднял взгляд, посмотрев в пронзительно чёрные глаза парня. — И я не мог позволить, чтобы кто-то ещё из членов моей семьи погиб.

— Это...

— Эй, мальчики! — в проёме гостиной появилась «актриска», с горящим любопытством в лавандовых глазах и со слегка наклонённой набок головой посмотрев на мужчин. — Вы чего тут? Ужин готов, бегом за стол!

— Так точно! — Ёсида тут же улыбнулся, подскочив с дивана.

Добрый коп крепко обнял свою Крошку, только после чего направился на кухню, радостно ликуя очередному кулинарному творению своего неповторимого друга.

Синигами проводила взглядом мужчину, после чего посмотрела на Сато-младшего.

— А ты чего сидишь? Всё нормально?

— Да, — парень кивнул, поднимаясь с дивана. — Не переживай, — проходя мимо, он положил ладонь на чёрную макушку, слегка потрепав мягкие и на ощупь приятные волосы. — Пойдём есть, — и последовал дальше, при этом посмотрев на девушку через плечо. — Будешь медлить — твоя порция достанется мне.

— Вот чего не позволю, так это отбирать у меня ужин, приготовленный Мамору! — воскликнула «актриска», пробегая мимо парня и быстрее всех плюхаясь за стол. — Я готова есть!

«Куда ни глянь, — подумал Сато-младший, усаживаясь рядом и продолжая за всеми незаметно наблюдать, — а она всё-таки самый настоящий разбалованный ребёнок», — с его уст слетела лёгкая усмешка.

— Что тебя насмешило?.. — девушка недовольно нахмурилась.

— Ничего особенного. Всем приятного аппетита.

— ЭЙ! Обычно я первая это говорю, ты!

— Нечего клювом щёлкать, Фе-никс! — парень посмотрел ей в глаза, довольно усмехнувшись.

— Ах ты, Птенчик!

— А ну, вы, оба, хватит, — строго сказал Сато-старший.

Синигами и Сато-младший тут же отвели взгляды, направив их на еду перед собой. Это заставило Ёсиду засмеяться, а его друга — отругать ещё и его. Из-за чего, к слову, до еды добрались не сразу же. Но добрались, а после ужина — ещё и до дивана с телевизором, по которому шла какая-то комедия, раскрасившая этот вечер ещё больше.

Вот только был человек, который совсем не увлёкся фильмом. Парень сидел, витая в своих мыслях, и размышлял об услышанном сегодня, в прошлом, обо всех тех деталей, о которых ему довелось узнать, соединяя их в воедино и выстраивая уже собственную картину у себя в голове, при этом периодически возвращая взгляд из своего измерения на «актриску», что сидела рядом, облокотившись на его плечо, и смотрела, частенько посмеиваясь, вместе со всеми комедию.

«Разбалованный ребёнок, который в один момент потерял всё и почти сразу же обрёл что-то большее, — думал Сато-младший. — Вот только... этот ребёнок решил не идти в новое будущее. Он решил забрать из своего прошлого то, чем дорожил больше всего. И ради этого... «Тёмный Феникс» готов на всё, — с его уст слетел лёгкий, почти неслышный смешок (правда, Синигами обратила на него внимание, но ничего не сказала, поскольку смешок не был негативным). — Интересно, какой ты из себя, Синигами Юи? И как сильно Юки-чи потеряет голову, наконец встретив тебя?»
_____

тг - https://t.me/bookworms112501

чатик в тг!! - https://t.me/+YPt0nog-BbhmNThi

вк - https://vk.com/public140974045