месть | deepins

Полина.

От поцелуя нас прервал звонок. Взяв трубку от неизвестного номера я услышала мужской голос.

— Здравствуйте, это Полина Сергеевна?

— Да, а это кто?

— Вас беспокоит врач из городской клинической больницы номер пятьдесят два. Я Максим Тимурович. Ваш брат Александр Сергеевич, верно?

— Д...да... — со страхом ответила я.

— Александр попал в небольшую авиакатастрофу. Но сразу скажу, с ним всё в порядке. Живой и невредимый. Прошу вас приехать в больницу, и там я вам всё поподробней расскажу.

— Да, да, я скоро буду! — отключив трубку, я начала нервно искать адрес в телефоне этой городской больницы.

Ваня сразу начал расспрашивать всё ли хорошо, и задавать тому подобные вопросы. Было нихрина не хорошо! Хотелось рыдать, кричать, скинуться со скалы какой-нибудь, потому что мой брат сейчас находится там только из-за меня!

Я соврала Ивану и сказала, что в больницу попала мама, потому что про брата я ничего сказать не могла. Ваня начал просить адрес больницы, чтобы он сам смог меня до туда довести. Всё-таки согласившись с ним мы отправились в путь. Всю дорогу я нервничала внушая себе, что во всём виновата я одна.

Приехав до нужного места я уже была готова выскочить с машины, как меня вдруг приостановила чья-то рука. Повернувшись в сторону Вани я увидела, что он смотрит на меня.

— Мне пойти с тобой?

— Что? Нет, нет! Не стоит. Я сама, — проговорила я и вышла с машины, но не закрыла за собой дверь, — спасибо, что подвёз, — увидев улыбку на лице Ивана, я уже закрыла дверь автомобиля и помчалась в больницу.

Зайдя во внутрь я сразу подошла к ресепшену и хотела расспросить где сейчас находится тот самый врач, который мне звонил, но тут неожиданно, какой-то мужчина в белом халате остановился и обратился в мою сторону.

— Полина Сергеевна? — я взглянула на мужчину.

— Да... А вы Максим Тимурович?

— Да, прошу пойти со мной, — проговорил врач и я отправилась следом за ним и сразу же начала задавать вопросы.

— Как брат? Что с ним? Какое у него сейчас состояние?

— Полина, я скоро вам всё объясню. Сейчас пройдём в мой кабинет и я вам расскажу, что произошло, и какое сейчас самочувствие у вашего брата.

Зайдя в кабинет Максима Тимуровича, по его просьбе я присела на стул, который стоял возле большого рабочего стола.

— И так. Примерно пол первого ночи в нашу больницу поступил звонок. Какой-то прохожий увидел, что в дерево врезалась машина. Было уже поздно и безлюдно, поэтому аварию заметили поздновато, — я держалась руками за лицо прикрывая свои глаза, щёки, по которым скатывались слёзы.

— А когда авария произошла? — всхлипывая произнесла я.

— Он попал в аварию прямо напротив одной кофейне. Просмотрев по камерам мы увидели точное время аварии. Было ровно двенадцать часов ночи. Всё это время он не выходил с машины. Ваш брат был без сознания. Приезжала полиция потом и проверяла его, не был ли он под действиями запретных веществ. Но он оказался чист. Сегодня он очнулся и рассказал, что просто был сонным и не уследил за дорогой. Серьёзных повреждений нету у него, просто пару ран на лице и на правой руке, — после каждого слова врача я приходила в ужас.

— А можно сейчас к нему? — вытирая слёзы спросила я.

— Да, конечно. Идите за мой.

Мы шли по коридорам больницы. Я безумно нервничала. Как сейчас отреагирует на мой приход Саша? Вот этот вопрос волновал меня.

— Вот, проходите, — врач указал на дверь под номером двести тридцать четыре.

— Спасибо...

Врач ушёл, а я медленно опустила ручку двери. Заглянув во внутрь платы я увидела брата, который лежал с капельницей в левой руке и смотрел в сторону окна. Услышав как дверь отперлась он посмотрел на неё и сразу нахмурился увидев в проёме меня.

— Зачем пришла? — хриплым голосом спросил он и отвернулся.

— Как это зачем?... Я... Я беспокоилась... — до чёртиков волновалась. На мои слова брат лишь усмехнулся.

— Волнуешься? Серьёзно? — вновь перевёл свой взгляд он, — мне кажется ты больше о своей глупой месте беспокоишься.

— Не говори так! Я правду всю ночь думала о тебе... Мама тоже беспокоилась, что ты на звонки не отвечал...

— А ты ей рассказала правду? Что довела меня до ужасного состояния. Я из-за тебя даже голову потерял! Ты не понимаешь моих действий, думаешь о своём, например, о своих детских забавах, которые до сих пор крутятся у тебя в голове. А я ведь просто хотел донести до тебя, что не стоит быть настолько низкой и мстить кому-то. Но нет, ты меня не услышала и стояла на своём. Причём ещё ранила меня своими словами. А я ведь тебя люблю до потери сознания, Полин! К чему все эти игры? Неужели после дурацкой мести тебе станет легче? — строго говорил он, а я лишь стояла рядом и плакала.

— Саш... Извини меня! Я знаю, в твоей авиакатастрофе виновата я! Только я и никто больше! — после своих же слов я начала плакать по новой волне.

— Подойди сюда, — проговорил он и я послушалась его слов. Подойдя к брату он крепко обнял меня одной рукой, — ты не виновата, — прошептал он, — это была просто моя не внимательность. Успокойся.

В его словах была забота, нежность и любовь. После его слов я всё равно продолжала плакать.

— Лин, успокойся. Продолжишь плакать, я тоже начну, — я посмотрела на него и увидела улыбку на лице брата, который смотрел мне в глаза, а после погладил по голове, — не плач. Не могу смотреть на твои слёзы.

— Я люблю тебя, Саш! — сказала я и уткнулась в шею брата, после чего крепко обняла.