Глава 14
Ким Сокджин до сих пор смотрел на безжизненное тело Ким Тэхена и не мог поверить, что еще полчаса назад говорил с ним по телефону и он был абсолютно живым. Что сказать: парень еще молодой, видел трупы, но еще не настолько привык к этому. Все-таки не каждый день он говорит с человеком, а через минуту тот умирает.
— Прокурор Ким? Что с Вами? — кто-то потряс его за плечо. Ким стоял неподвижно минут десять и только сейчас его заметила та медсестра, которая ухаживала за Ким Тэхеном.
— А?.. — как-то отстраненно откликнулся на ее вопрос прокурор.
Его вывели из палаты и усадили на скамью, которая стояла у входа в палату. Медсестра куда-то отошла, но через мгновение вернулась и протянула ему стакан с водой. Хотя это не точно.
— Выпейте, — перед носом Кима маячил стакан с пока еще не ясно, чем, — Ну же.
Он взял его в свои руки и выпил залпом. Ким не смог определить вкус этого напитка то ли от шока, то ли потому, что он был безвкусный.
— Это успокоительное. Я подумала, что Вам оно сейчас не помешало бы. — Ответила на его вопросительный взгляд медсестра.
Тот кивнул и встал со скамьи, направляясь обратно в палату. Парни из его команды внимательно осматривали комнату, криминалисты собирали улики, по которым можно было бы определить личность убийцы. К одному из них он подошел и задал вопрос:
— Как думаете, мы сможем определить кто это?
— Наврядли, — ответили ему, — Улик мало и не факт, что они нам что-то дадут. Скорее всего это будут отпечатки жертвы, а не убийцы.
Прокурор Ким кивнул и тоже начал осмотр комнаты. Этот процесс и маячущие из угла в угол люди, напомнили ему об осмотре комнаты в доме Ким Дженни. За исключением наличия трупа в комнате, а так все то же самое. Кровать, телевизор, окно с, на удивление, нормальным видом и тумбочка возле кровати, которую он, к слову, решил осмотреть в первую очередь.
В первом ящике лежили документы, справки, направления — в общем ничего интересного. А вот во втором была странная вещичка, — флешка, — но кроме нее больше ничего не было.
Ким подозвал рукой одного из криминалистов и сказал ему записать это, как улику. В отделе он уже посмотрит, что там.
***
— Ну чего ты так шарахаешься? — легко рассмеялся Чон, поглаживая Ким по голове, — Я же ничего тебе пока не сделал, — схватил за волосы и швырнул ее на пол вместе со стулом.
Девушка издала болезненный стон и стала дергаться в попытках уползти от парня подальше, но привязанной к стулу и в горизантальном положении, не имея сил, — это было сделать довольно сложно. Парень с ее жалких попыток сбежать от него только посмеивался. Его забавляла ситуация. Он жаждал этого два месяца и вот, прямо сейчас, она лежит перед ним. Такая беспомощная и жалкая, разве что о пощаде не просит, но это он быстро исправит.
— Не-не трога-ай ме-меня! — прокричала в слезах Дженни, когда Чон уселся рядом с ней на корточки.
— Это уже я решу: трогать мне тебя или нет, — его лицо вмиг стало серьезным, когда на одном из мониторов, он увидел, как прокурор Ким нашел что-то в ящике тумбы в палате Тэхена. Дженни тоже посмотрела туда и ей вмиг стало еще хуже. Во-первых, потому что она увидела реальный труп Кима, во-вторых, потому что она поняла, что Ким Сокджин пока занят трупом ее одноклассника, а не ищет саму девушку. Хотя на его месте она бы поторопилась, чувствуя, что скоро ему придется заняться и ее трупом.
Звук пощечины и еще один болезненный то ли всхлип, то ли стон, а, может, и то и другое. Чон схватил ее за волосы и приблизил лицо к ней.
— Не смей смотреть туда, поняла? — прошипел он. Девушке оставалось только кивнуть, подавляя очередной всхлип.
Он поднял ее вместе со стулом и, взявшись за его спинку, потащил куда-то в угол комнаты.
***
Мин Юнги очнулся в больнице с болью в голове. Сперва ему было тяжело открыть глаза: они будто налились свинцом и стали неимоверно тяжелыми. Когда же ему это удалось, перед ним предстал белый до мушек в глазах потолок больничной палаты. Он сел в постели и схватился за висок, шипя от боли.
— Ученика средней школы Хана, Ким Тэхена, нашли мертвым в своей больничной палате. Туда он попал по непонятным пока нам обстоятельствам. Кто-то безжалостно избил его и он оказался в больнице. Пролежать в ней он успел только три дня. Сегодня его нашли мертвым. Кто это сделал, полиция пока выясняет. Прошу родных Ким Тэхена, как можно скорее, приехать в больницу Хёвон. — Услышал женский голос, раздавшийся по комнате очень неожиданным образом, Юнги. Кто-то забыл выключить телевизор и теперь он с какой-то отстраненностью пялился на фото когда-то его одноклассника. Теперь же это просто очередной труп очередного убийцы, познавшего свои возможности и силы. Он толком даже не был с ним знаком, чтобы как-то печалиться по поводу его смерти, но все равно осознание, что он видел этого человека недавно не покидает Мина.
Дверь в палату открылась и на пороге он увидел одноклассницу. Он толком не разглядывал ее и даже не знает, как ее зовут, но что они учатся теперь в одном классе Юнги знал точно. У той из рук выпал пакет с фруктами и из него выкатились мандарины. Мин с этого хмыкнул: «Как предсказуемо!». Но он не стал говорить, что обожает данный фрукт и очень рад его появлению, что не скажешь о появлении девушки.
— Ты очнулся? — пришла в себя она, хотя приходить в себя должен Юнги, — Что же ты врачей не позвал? Доктор! Док...
— Замолкни, — спокойным тоном сказал Юнги, при этом держась за голову. От ее звонкого голосочка у него не то, что боль не пропала, она, кажется, усилилась с трехкратной силой.
— Ой! Прости-прости, — начала снова она, но была дважды прервана.
— Замолкни ты уже! — Боль становилась сильнее и голос девушки бесил его еще больше.
Уже не скрывая своей злости, он закричал на нее, что услышали и врачи, мимо проходившие. Одним из них оказался его лечащий на данный момент врач и поэтому тот поспешил зайти в палату и закрыть дверь. Причем девушка осталась стоять с той стороны.
— Вы в порядке? — подошел к парню доктор и посмотрел на датчики измерения пульса, давления и так далее. Давление зашкаливало, что было странно, а пульс был выше ста, как будто за парнем гналась стая медведей и он пытался от них убежать. — Боже! Что с Вашими показателями?
— Сделайте же уже что-нибудь! — то ли прорычал, то ли простонал парень. В нем противоречили все чувства: ему хотелось по-настоящему заплакать от столь сильной боли и в это же время наорать на человека, который зовется врачом, но не может ничего сделать.
Мужчина нажал на кнопку внизу койки и в палату ворвались еще несколько человек, быстро оценивающие ситуацию — им не привыкать.
— Везите его в реанимацию! — скомандовал врач, но Мин Юнги уже плохо слышал его слова. В глазах резко потемнело, его стало клонить в сон и, обессиленно упав на кровать, его повезли в место, которое назвал врач.
А Лалиса Манобан так и осталась стоять в коридоре, боясь идти за врачами, катившими койку с Юнги совсем в другое место. И лишь, когда ее затащили обратно в палату парня, сильно дернув за руку, она вышла из оцепенения.