Глава 2
За месяц проведенный в больнице, я поняла, что дома кормят лучше всего. Больница, может и была по типу пятизвездочного отеля, но не их еда. Вскоре, после того дня, нас с братом перевели в отдельную палату со всеми условиями для проживания. Не знаю, когда придет опека, но теперь мы сироты, как бы прискорбно это не звучало. Меня водили по разным кабинетам первое время — на коляске — и кололи что только можно, вместе с этим, давая несуразное количество таблеток. Не имею понятия от чего и для чего они. Така ждала та же участь.
Раза три на неделе к нам приходила та парочка. Лиса и Чимин рассказывали как обстоят дела в школе. Еще я поняла, что не знаю как буду осваиваться в этом страшном месте. Почему страшном? Потому что из их рассказов я поняла одну, наверно, очень важную вещь. Маньяк, преступник, привидение, кто бы это ни был, но в школе он появился после того, как мы попали в аварию. Поэтому смею предположить, что изначально он пришел за мной, но так как меня в данный момент там нема, он решил поиграть пока с другими. Расскажу что же там такое происходит. На следующий день, когда я очнулась, а Пак с Манобан сбежали с уроков ко мне, какая-то девушка заявилась на порог директора в разорванном одеяние — все, что осталось от школьной формы — и с побитым лицом. Причем, как говорят слухи, ощущение было, что по ее лицу кто-то прошелся и не раз. Ее, конечно же, отправили в больницу и вызвали полицию. Она обыскала всю школу и опросила всех — ладно, может, и не всех, но большинство — школьников: кто видел, кто слышал и так далее и тому подобное. На неделю все затихло. Как говорится, затишье перед бурей. Хорошо же придумали... А, опять же, когда парочка была со мной, Он дал о себе знать. Теперь парень примерно одного возраста с Таком, к слову, та девушка была моего возраста, был найден в подсобке на втором этаже рядом с лестницей на крышу. Его сначала чем-то накачали, а потом приложили, судя по всему, несколько раз головой об стенку. Нашли его, когда он был уже в отключке, но все обошлось — парень в больнице живой, но не совсем здоровый. У него взяли кровь на анализ, чтобы понять чем его накачали перед долбежкой. Пока непонятно. Пока это все.
Кстати, о полиции. После ухода Пака и Лалисы, к нам подошел прокурор.
— Добрый вечер, мисс Ким, — поздоровался он со мной кивком головы, потом повернулся к брату. — Мистер Ким.
А прокурорчик ничего такой, симпотяга. Высокий, широкий в плечах и на лицо милашка. Хотя на вид лет двадцать пять от силы.
— Могу ли я задать Вам несколько вопросов, касающихся аварии? — спросил он, садясь на стул рядом с моей койкой.
— Конечно, прокурор... — сделала я заминку, потому что он не представился.
— Ким, прокурор Ким Сокджин.
— Конечно, прокурор Ким.
— Тогда приступим, — сказал он и открыл свой блокнот, щелкнув ручкой. — Сможете рассказать, что было в день аварии?
— Вы же знаете, что у меня амнезия?
— Да, но мне сказали, что Вы что-то вспомнили и возможно во время разговора вспомните еще. — Невозмутимо отозвался Ким.
— Ладно. — К слову, что я уже что-то вспомнило было правдой. Так рассказывал мне какие-то ключевые моменты и мне удалось вспомнить хотя бы день аварии. — С утра мы проснулись поздно, как это обычно бывало у нас в выходные, судя по рассказам моего брата. В десять мы завтракали в компании мамы и, когда уже заканчивали, в кухню вошел отец с улыбкой на лице. Он оглядел нас и сказал, что мы можем собирать вещи, потому что сегодня мы едем в "Феникс парк". Туда мы ездим каждую зиму, но в этом году у нас не было времени. Так что мы с Таком, осчастливенные такой новостью, побежали в комнаты паковать вещи. Когда спустились, папа держал маму за плечи и пытался успокоить. Не знаю или просто не помню по какой причине, но она была белой, как мел, и в глазах стояли слезы. Но как только они нас заметили, то начали улыбаться.— Прокурор записывал чуть-ли не каждое мое слово. — В дороге мы пели песни и все вроде было хорошо, но в один момент из-за повората вылетел грузовик — что-то по типу самосвала — и, заворачивая, влетел нам в бочину. В следстивии чего, мы вылетели с трассы. Больше я ничего не помню. — В конце я пожала плечами.
— Хорошо. Теперь: Вы знали чем занимался ваш отец и мог ли он иметь врагов?
— Мне кажется, что никто, кроме мамы не был в курсе его дел, потому что Так тоже не в знает чем он занимался. Поэтому я не могу сказать могли ли быть у него враги.
— Он не давал никаких поводов или намеков, чисто случайно, чем он мог заниматься?
— Ну, я не помню. Думаю, лучше спросить об этом моего брата. Хотя если мы не знали и не знаем чем он занимался, то наврятли они с мамой могли обсуждать его работу при нас.
— Тоже верно, — тяжело вздохнул Ким Сокджин. — Понимаете, просто то, что случилось с Вами было далеко не случайностью.
— То есть Вы хотите сказать, что это подстроили? Кто-то заказал убить нас?
— Необязательно заказал. Просто это было спланировано. Поэтому мы пытаемся хоть как-то понять род деятельности вашего отца и кто мог это подстроить.
— Ясно, если я что-то вспомню, обязательно напишу или позвоню Вам, поэтому, может, обменяемся номерами? — прозвучала так, будто я выпрашиваю у него номер. Он видимо тоже так подумал, судя по его усмешке.
— Конечно.
Мы обменялись номерами и он ушел к Таку — допрашивать уже братишку. Я так и не сказала сколько ему. Мне шестнадцать, а ему тринадцать — три года разницы не так много.
После этого я еще не звонила и не писала прокурору Киму, потому что так ничего и не вспомнила. Но из всего этого я сделала большой, даже огромный, вывод. Папочка был далеко не простым миллионером и наврятли у него не было незаконных вмешательств, дел. Так что надо будет поспрашивать "сладкую" парочку — может, они что-то знают.
Мне сказали, что уже завтра меня выпишут и Така тоже. Не знаю куда мы пойдем завтра, но скорее всего нас отвезут в наш дом, причем теперь точно наш, потому что, кроме нас, там никого нет. И мне все-таки интересно как скоро к нам придет опека и нас заберут.
Пока я думала над всем этим, прокурор закончил опрос братца и как раз вовремя — в то же мгновение, когда Ким схватился за ручку двери, ее открыли с другой стороны. Я ожидала увидеть "сладкую" парочку. Не знаю почему, но мне нравится так их называть, хотя бы у себя в мыслях. Думаю, если бы я их назвала так вслух, я бы забыла как открывать глаза и лежала уже где-нибудь под землей. Я немного отвлеклась. Прокурор отошел в сторону, чтобы дать пройти новому гостю, и вышел после, когда тот зашел. Это был парень-качок. Ну, не прям качок-качок, как в американских фильмах, да и в обычных качалках, или не, как Дуэйн Джонсон, скорее, как Вин Дизель, только моложе. Да, больше всего похоже. Темные короткие волосы, пирсинг брови и губы, а еще правая рука в татуировках. Интересненькая личность, но вопрос заключается в другом: что он здесь забыл?
— Ким Дженни? — бархатный голос. Вот узнаю зачем он здесь и спрошу у него номерок – слишком уж хорош.
— Да, Вы что-то хотели? — поднимаю я левую бровь в знак вопроса.
— Я Чон Чонгук, — а я думала он не будет называть имя. — Решил проверить как ты. — С чего это вдруг мы так неформально заговорили?! Я его знала? — Мы одноклассники и я друг Пак Чимина. Его же ты знаешь? — с усмешкой спросил он.
— Его-то я знаю и теперь понятно почему вы дружите. — Ухмыльнулась. Если он такой же, как Пак, то нам ничего не светит. Не поняла еще как с ним можно дружить, поэтому не удивлюсь, если это одного поля ягоды.
— Да? И почему же?
— Он меня жутко бесит и я не понимаю почему он сюда таскается. Когда ему кто-то отвечает на вопрос адресованный мне, он не успокоится пока я не отвечу на него, причем такими же словами. Бесит его пристальный взгляд и вечные "случайные" прикосновения. — Я бы могла еще долго так продолжать, но подумала, что надо уметь вовремя заткнуться.
— Вот как, — хохотнул парниша. — А ты в курсе, что ты ему нравишься?
— Не нравлюсь, — он хотел возразить или что-то еще ляпнуть в мою сторону, но я продолжила. — Он по уши в меня влюблен и мне это ни капли не нравится. Поэтому либо ты ему передашь, либо я сама ему скажу при следующей встрече, что меня в его присутствии ни калышет никак, а под его взглядом я полыхаю от ярости. — Я откинулась на подушки и уставилась в черный экран телевизора. Кажется мне, что раньше я такой не была и взгляды Пака меня не бесили, а, как нормальную девчонку, смущали. Хорошо, что брат в другой комнате. У нас как бы одна палата, но две комнаты, прикольно правда?
— Думаю, будет лучше если ты сама ему об этом скажешь, — как-то странно посмотрел на меня Чон.
— Ты вроде пришел спросить как я, — напомнила я ему. — Так спрашивай и уходи.
— Да-а, не гостиприимная ты совсем.
— Гости говорят, что придут и, как правило, я их должна знать. А тебя я не помню и мне никто ничего не говорил про тебя. — Хмыкнула я.
— Как же так? — показательно положил руку на сердце Чонгук. — Как про меня могли забыть? Меня же невозможно забыть. — Под конец ухмыльнулся парень. — И все же: как ты?
— Завтра выписывают, доволен?
— Более чем. — С такими словами он вышел из палаты, закрыв за собой дверь. А я совсем забыла, что хотела узнать его номер — желание полностью пропало.