Оглядываясь назад

Но небо в моих руках, на гладкой поверхности стен
Эти горы, эти реки, покрытые льдом,
Я их назвала в твою честь, небо закрыла метель.

- Я её боюсь, - подойдя ко мне, сказала Ангелина. Речь шла о немногл недовольной Вике, которая всём видом показывала, что не хочет в этом всём учавствовать.

Не стал говорить, что я тоже.

Мы договорились пойти на каток сразу после репетиции. Просто зайти домой и взять коньки. Так как у Гели не было своих, решили, что я возьму Полинены для неё. Поэтому Даша с Артёмом сейчас пойдут в одну сторону, Саша и Вика к дому Саши, а мы с Лейден ко мне.

Я был сильно рад, что сестра и родители были на работе, а младшая в садике. Никого дома. Никаких лишних вопросов. Полина бы точна меня съела.

Улыбнувшись словам Ангелины, помахал ребятам.

- Встретимся здесь же через двадцать минут! - крикнула нам в догонку Даша, держа за руку Артёма.

Иногда у меня складывалось ощущение, что она думает, что на пять. Ну, максимум семь.

- Если они не будут встречаться, то зачем любовь воообще существует, - сказала Ангелина, когда мы отошли на приличное от всех расстояние.

Не мог ничего поделать, но рядом с ней улыбка с лица просто не слезала.

- Думаешь у нас точно все получится?

Её переживания за это мероприятие, какими милыми не были, пугали. Причину я уже понял, и вроде бы, всё встало на свои места. Но эта тревожность нервировала Дашу, а это Артёма. А это Сашу, а по цепочке и Вику. И из спокойных людей с холодной головой оставался я. Я не удивлюсь, если в моменте Даша выйдет к детям с одетым на голове валенком.

- Даже если нет, надеюсь будет весело.

Как бы мы не сделали, всегда есть импровизация. Дети ведь не знают, как было задумано. А от учителя музыки мы скрыли наш новый сценарий. Так что в общим и целом, ничего не может пойти правильно. Нас всё равно отругают, но если я скажу это кому-нибудь из этих тревожником - ничего хорошо и весёлого не будет.

- Я боюсь, что забуду текст, - призналась Ангелина.
И всю дорого до дома я слушал какие именно ей сложно выговаривать слова. Стоит, наверное, переписать пару абзацев. У неё получилось слишком много букв «Р» в словах. Хоть она картавила очень мило, ей тяжело было выговаривать эти слова.

- Вау, можно? - спросила девушка, когда я вошёл в квартиру.

- В квартиру?

- Да.

Какая-то она странная.

Я кивнул, показывая, что зайти можно.

- Погоди, - задумался, когда она начала снимать обувь. - Ты начала читать «После»?

Ещё одна привычка, которую я заметил у неё. Или вернее, хобби. Она вечно что-то читаешь. За время, что она ждёт меня в библиотеке, она читает книгу. Ангелина в любом случае носила в портфеле какой-нибудь небольшой томик. Они меняются не так часто, как у моей сестры, поэтому я даже успевал опросить Полину по поводу каждой истории. В основном это фентези или романтические истории, которые заканчиваются хэппи эндом. Последний раз я видел у неё «Дивергент».

- Так заметно? - покраснев, спросила она.

Хотелось закатить глаза. В какой месте я похож на эгоиста и придурка, который считает свою комнату неприступным местом? Не помню, как зовут его. Но сестра на него очень сильно ругалась, хоть во время прочтения часто визжала, говоря какой он милашка.

- А прошлая книжка что?

- Ну, там героя убили...

- Ножом, вроде, по глазу съездили, - припомнил я, когда-то сказанные слова сестры.

Единственное, что я запомнил, что есть какие-то непонятные фракции плюс Дивергенты, которые являются гениальнейшими мутантами, и то, что моей сестре книга понравилась. Там ещё две книги.

Ангелина поморщилась.

- Не любишь такие истории?

Она даже не смотрела на меня, разглядывания всё, что есть в моей квартире. По сравнению с её домом, мой был просто миниатюрным и будто бы игрушечным.

- Не люблю читать про смерть.

Мы прошли на балкон, где должны были взять коньки Полины. Мои уже стояли около выхода. Я уже давно собирался на каток.

- О, тогда тебе не стоит дочитывать серию, - открывая дверь, сказал я.

- Почему?

- Трис в конце умрёт.

Растроенная Ангелина молча вышла из дома. Весь путь мы прошли в тишине, а она о чём-то думала. Явно о чём-то тяжёлом.

- Если ты катаешь также, как танцуешь, - вдруг пригрозила Геля, когда мы подошли к месту встречи, где уже стояли Артём с Дашей.

- Ничего не меняется, - сказал я, подойдя к этим двоим.

Саша, когда мы шли гулять, всегда приходил последний. Мы с Артём устали выслушивать, как бы смешно это не было, слушать, как Даша ругает Колоса за опоздания. Самое долгий раз - это мы прождали его час. В тот день мы должны были пойти в кино. Итог: не пошли.

А Вика достаточна часто опаздывала на уроки. А про какие-то встречи с нами, даже и говорит не надо. Не то, чтобы мы были с ней друзьями. Даша будто бы из вежливости с ней разговаривала, а может и пыталась начать общаться с девчонками.

А тандем этих капуш был не победим. Почти всегда предпочитали написать нам, что никуда не пойдут, даже если мы планировали эту встречу почти месяц назад. Даша чуть не загрызла их в тот раз, спас только Артём.

- Если они не придут, в школе я задушу Сашу его же галстуком, - посмотрев на часы, сказала Даша.

- А ты говорил она добрая и милая, - тихо сказала Геля.

- Только к людям.

- Не поняла.

- Сашу за человека она не считает, - пояснил я, за что Даша запустила в меня снежок снега.

Не успел возмутиться - Ангелина кинула в меня ещё один. Нагнувшись, чтобы слепить тоже комок из снега, почувствовал, как прилетел ещё один удар.

- Эй, трое против одного. Нечестно!

Швырнув снежок в Артёма, аккуратно толкнул Дашу в снег, которая быстро вскочила, снова начав атаковав, пока в неё не прилетел снег.

- Я думала ты за нас! - удивлённо крикнула она Ангелине.

Та, улыбнувшись мне, пожала плечами.Артёмначал смееться с Даши, которая с ног до головы была в снеге. За что и получил в лицо снег. От неожиданности он перестал смеётся и побежал к Ежовой, чтобы вместе с ней прыгнуть в снег.

Ангелина очень радостно смотрела на ребят, валяющих в снегу. И не удержавшись, легко кинул в неё шар снега, который даже не стал сильно сжимать.
Увернуться она не успела, и казалось, будто бы даже не стараемся не получить снежок в себя. Все уже были мокрыми, зато довольные.

Даша с Артёмом дрались на снегу, макая друг друга ещё больше в снег. А я смотрел, как Ангелина делает снежного ангела.

Когда в меня прилетел ещё один снежок, но не от этих троих, я понял, что пришли наши голубки.

- Неужели! - крикнула Даша, принимая руку Гончарова, чтобы встать.

- Не пришло и года, я поражен, - вставил Артём.

Вика смыла макияж и переодела свою чёрную куртку на красивую бежевую. А Саша выглядел уж слишком довольным. Протинув руку, я поднял Лейдан. Я бы сделал это раньше, потому что меня убьёт её мама, если она заболеет. А после того, как она почти двадцать минут пролежала в снегу, она точно заболеет.

- Я бы предложил закидать их снежками, но они же опять пойдут передеваться, - сказал Гончар, подходя к нам.

- Ты такая милая без макияжа, - сказала Даша Вике.

Осуждающе посмотрев на Сашу, Лебедева улыбнулась Даше. Последняя всегда старалась делать ей комплименты, замечать каждую мелочь, которая менялась в Вике, поздравлять с любым праздником, однажды Ежова буквально его придумала для Вики. Но при этом общались только, когда мы собиралась куда-то компанией. Лебедева редко с нами куда-то ходила.

- Она всегда милая, - поддержала Ангелина, подойдя к девчонках.

Никто из нас троих парней не понял, когда эти троя успели сдружиться, и почему они сейчас идут впереди нас, держа друг друга за локоть.

-Даш, ты тоже очень милая, - крикнул Артём, пока троица не ушла от нас два метра вперёд.

Развернувшись к нам и присев на корточки, быстро скомкала комок снега. После чего швырнула в Артёма.

Смеясь, мы направились на каток.

***

У меня даже не возникло мысли, что смотреть на попытки Ангелины затянуть коньки, будет настолько забавной. Она уже минут десять, как всё остальные, кроме нас двоих, уже катались, сидела на скамейке, пальцами перебирая шнурки, не знаякак их зашнуровать.

Нужно было взять старые Полинены, в которых она каталась, когда ей было пятнадцать. Они были на лепочке и завязывались, как кросовки.

А я, дурак, решил дать Лейдан фигурные коньки. Но я же не знал, что она не то, что каться не умеет, а завязывать не умеет.

- Давай помогу, - предложил я, вставая.

Сам я ещё не успел надеть коньки, слишком было интересно наблюдать за Лейдан.

Отпустившись перед ней, оперся коленом об пол. Начав шнуровать эти сложные коньки, успел подумать, что это похоже на те моменты, когда отец завязывает своему ребёнку шнурки.

- Прости.

- За что? - подняв голову спросил я, когда закончил с первым коньком.

- Как ребёнок, сижу, а ты...

Улыбнувшись, я приступил ко второму ботинку на лезвии.

- Миледи, я к вашим услугам всегда, - затягивая шнурок на последних дырках, сказал я. - Ты умеешь кататься?

Глупый вопрос, но мне захотелось спросить.

Ангелина же, конечно, отрицательно помотала головой.

- Артём тебе поможет, - громко сказала Даша, которая только что выбежала с корта. - А мы с принцем сходим всем за кофе. Хорошо, Геля?

За каким кофе?

Активно закивав, она аккуратно направилась к Гончаровому, который держал телефон в руках. Снимал, как красиво Вика, которая когда-то занималась фигурным катанием, и Саша танцуют. Их на самом деле редко можно увидеть в таком хорошем настроении. Я даже не растроился, что не я называю Ангелину «Гелей».

- Ты не любишь кофе, - заметил я, когда Даша начала передавать коньки на ботинки.

Она всегда пила только чёрный чай с тремя ложками сахара. Как бы я не предлагал ей голубой, зеленный, красный чаи - она ни в какую не соглашается. Про цикорий я вообще молчу.

- Ну, я захотела с тобой прогуляться.

После разговора с Артёмом это не могло означать ничего хорошего.

- Тебе нравится Геля? - спросила Ежова, когда мы направились за чём-то, что она развала Ангелине кофем.

- Что? - переспросил я.

Мне? Нравится? Ангелина?

Как мы к этому пришли? Сколько я её знал? Месяца два или уже три? К чему вопросы? Почему сейчас? Что произошло?

- Мы начали отдаляться.

- Мы это...?

- Саша, Артём, я и ты, - пояснила она.
Не правда. Мы гуляем, проводим вместе время, даже на репетициях сидим вместе.

- И не спорь. Ты проводишь с Ангелиной. Эээ, - запнулась Ежова. - Давай посчитаем. Шесть часов уроки, на которых ты теперь всегда сидишь с ней. Плюс час, что она сидит с тобой на твоих уроках. Плюс ещё час репетиция, или то время, когда вы придумывали сценарий. И плюс ещё час, - загибая пальцы, говорила Даша. - который ты провожаешь ее до дома.

Выходило и правда внушительно. Даже не верилось, что я столько провожу с ней времени. Казалось, мы мельком пересекались и хотелось больше и больше.

- Итого: девять часов в день, - заключила Даша. - Это не наезд. Просто интересно. Она тебе нравится?

Я даже не думал о таком. Просто общался с ней. Смотрел на неё. Налюдал за её реакцией на всё, что делал я и то, что происходило вокруг. Гулял с ней, провожая её до дома. Пытался провести с ней на несколько минут дольше, стоя около её дома и дослушивая разные истории.

- Я не знаю, - пожал плечами я.

Это был наверное самый честный ответ, который мог в себе найти. Мог сказать, что да, она мне нравится. Но с другой стороны, я знал её только пару месяцев. Разве серьёзно будет об этом так говорить?

- Ясно.

- Ты поэтому затеила эту идею с Тайным Сантом? - спросил я, пытаясь перевести тему, пока она не задала ещё какой-нибудь вопрос. - Потому что считаешь, что мы отдаляемся?

- Да. Саша стал ещё больше времени проводить с Викой, ты постоянно с Ангелиной. И я вроде понимаю, что это нормально. Но всё же немного грустно. Артём сказал, что я сильно цепляюсь за людей.

Я и забыл, какая ранимая бывает Ежова. Как важно напоминать ей, что она тебя нужна и то, что ты её ценишь.

- Принцесс, всё будет хорошо. Можем на днях пойти к Колосу. Хоккей смотреть, он звал, - сказал я, когда увидел её грустное выражение лица.

- И всё же, она тебе нравится, - подытожила Даша.

- Это благословение? - пошутил я.

- Смешной, раз думаешь, что ей придётся добиваться моего благословения, а не наоборот.

Царапина около брови не давала мне покоя.

- Даш, а за что тебя так родители?

- Родители? - не поняла Ежик.

- Новые синяки и царапины откуда? - напрямую спросил я, зная, что если, что Даша меня пошлёт.

- А тебе Артём ничего не сказал?

Отрицательно помотал головой. Артём про Дашу мне рассказывал только то, что сам видел. А когда она ему что-то докладывала - молчал, как партизан. Считает себя избранный и пытается сохранить этот статус доверянного лица.

- Это не родители, это брат.