Часть 12
Джош был убежден, что девушка, желающая быть замужней дамой, должна быть исключительно чистой, невинной и нетронутой. Иные же представительницы женского пола, с которыми он бывало пересекался, были мимолетными увлечениями для парней. Одри Джош хранил, как фарфоровый цветок, который может треснуть от любого нежелательного порыва маленького ветра. Она была идеальна для выходов в свет, в статусе замужней пары; она была идеальна внешне - аккуратные и утонченные черты лица, подтянутая фигура, мягкий взгляд и легкая улыбка, всегда обременяющая ее губы. Заприметив ее, Джош ухватился за нее, как за последний свежий хлеб в пекарне. Девушке были выдвинуты условия и правила, когда она оказалась в больших стенах особняка Джоша. Базовые представления о отношениях и совместной жизни были разрушены, когда она увидела свою комнату, в которой она будет проживать одна. Доступ в открытую сеть была ограничена, выход за пределы территории дома тоже. Одри не жаловалась, считая, что так и нужно. Она и не предполагала, что у других людей бывает по-другому. Джош считал, что это неприемлемо, чтобы девушка, которую рассматривают в роли жены, была замечена в местах, не славящихся своим статусом. На очень редкие выходы в свет, девушку одевали только в одобреное Джошом платья, чтобы не получилось так, что его увидят в компании непристойно одетой девушки. Это было неприемлемо для таких парней, как Джош. Все это - уважение интересов, свобода самовыражения, развлечения необходимые людям, занятия любимым делом - было неприемлемо для таких парней, как Джош, но не для таких мужчин...
Утро наступило давно. Уровень суетливости в доме поднялся до предела, ведь в дом сегодня приезжает хозяин. Домработницы, без приседа, наводили кристально чистый порядок. К Маргарет были приглашены дополнительные повара из ресторанов для ужина. Охранники не смели шевелиться на своих местах, готовясь к тщательной проверки от верховного руководителя. Но главная фигура дома все еще не была замечена в этой суете. Одри, чье утро началось еще давно, все еще лежала в кровати. Поворот головы в сторону свежих новых цветов, заставил девушку задуматься, уткнувшись взглядом в потолок. Желания встать с кровати отсутствовало напрочь. Возможно, Одри даже руководила бы суетой, происходившей в доме, если бы не тот вечер недельной давности не открыл бы ей свет на сомнения, которые теперь не изредка терзали ее. Стук в дверь все же заставил девушку встать с кровати, и покрепче завязав ремень халата на талии, она открыла дверь.
-Перенесите эти цветы в тот угол, а стол подвиньте, нужно освободить место в центре,-сложив руки на груди, руководила Одри.
Домработницы никак не могли определиться с обстановкой гостевой залы, где будет проходить ужин Одри и Джоша, по его приезде. Решив не рисковать, обратились к девушке.
-Откройте шторы, а за стеклами поставьте фонари,-ужин проходил гостевой столовой, где вместо стен были стекла и выход в задний двор дома. Оглядывая помещение, анализируя, все ли в порядке, взгляд Одри упал на Винни, который стоял неподалеку, так же решая дела и отдавая приказы. Девушка была удивлена, увидев его сегодняшний прикид. Мужчина был одет в темно-синие, прямые, большие джинсы и черный оверсайз пиджак. Он выглядел очень свежо и легко, что было замечено не только девушкой, но и всеми жителями дома, которые обратили на это внимание еще давно, со следующего дня того уединенного вечера с Одри. С того вечера у Одри и Винни установились крепкие дружеские отношения. Одри было приятно общество Винни, ей было легко и просто. Хоть и мужчина делал напускный отчужденный вид, из-за непривычки выражать эмоции, она все понимала и продолжала быть двигателем их общения. Винни, в свою очередь, никак не смог бы описать все те ощущения, которые он испытывает от общения с ней. Она могла запросто приковать его внимания к себе, заставляя неотрывным взглядом смотреть только на нее.
-Тебе нужно подняться к себе в комнату,-после загруженного и шумного дня, впервые Винни и Одри, можно сказать, уединились, пока направлялись к лестнице.
-Зачем?
-Курьер привез наряд, выбранный Джошем, который нужно тебе надеть вечером.
Одри лишь кивнула, что заставило Винни покоситься на нее. От его глаз не скрылся тяжелый взгляд, который сопровождал девушку весь день, обеспокоенное положение бровей и улыбка, появляющаяся лишь в моменты, когда к ней обращались.
-Хорошо.
Настал вечер. В каждой комнате дома горел свет. Все были в лучшей форме. Дом буквально блистал от чистоты и порядка. В зале, где пройдет ужин пары, было невероятно красиво. За стеклянными стенами виднелись множество фонарей и гирлянд, которые идеально украшали задний двор. Стол был забит закусками, мужчины в возрасте, которые были приглашены для живой музыки, стояли наготове со своими инструментами в руках. Одри одиноко посиживала за столом, подперев рукой голову и смотря на прекрасный ночной вид. Одна нога была закинута на другую и плавно покачивалась от скуки. У входа залу стоял Винни, с одним наушником для связи в ухе, уже переодетый в черный, идеально сидевший на нем костюм. Он стоял ровно, с прямой спиной, и непоколебимым видом. Его озабоченность чем-то выдавали лишь глаза, которые так и были прикованы к спине девушки. Джош должен был приехать еще два часа назад. Никаких новостей о задержке рейса не было, поэтому девушка, не отходя никуда ни на минуту, сидела в одиночестве, с нахмуренными бровями от мыслей, которые бурей проходились в ее голове.
Прошел час. Все было так же. Из изменений были лишь уже уставшие музыканты, которые уже почти сползали по стенке на пол. Оживление на их лицах проявилось, лишь когда Винни одним кивком головы приказал им вернуться в основную часть дома - отдохнуть. Ну или же оставить его наедине с девушкой, положение которой никак не менялось. Она все так же сидела, смотря куда-то в даль огромного участка дома. Взгляд был пуст, так как девушка была мыслями совсем не тут. Она вздрогнула, лишь когда сдвинулся соседний стул, на который вскоре приземлился Винни.
-Может пойдешь приляжешь?
-Нет,-коротко ответила Одри.
-Вероятно, он приземлится поздней ночью.
-Я подожду.
-Зачем?,-честно спросил Винни. В это одно слово мужчина вложил огромный смысл. Этот вопрос его волновал давно. Зачем девушка остается верна такому человеку, зачем она не уходит от него, зачем находится в таких условиях, зачем терпит рабские условия, зачем сужает и отказывается от своих личных прав? Зачем она остается с ним? Зачем она просиживает здесь в пустую свои часы жизни, ожидая такого ужасного и омерзительного человека? И Одри это поняла.
-Нужно,-сказала девушка и на продолжительное молчание перевела внимание на мужчину,-Я живу с ощущением, что так нужно, что других вариантов нет. Я даже не знаю, как жить по-другому. Я отдана ему, значит должна идти с ним до конца.
-Это не так,-возразил спокойным голосом Винни, чьи лисьи глаза слегка приобрели щенячий вид, вглядываясь в черты лица Одри,- Ты самостоятельный человек, который может самовыражаться абсолютно любым путем, ты можешь заниматься чем хочешь, общаться с людьми, развиваться и развлекаться. Ты можешь свободно передвигаться по миру, никто - абсолютно никто - не может лишать тебя этого права,- от искренности и убежденности его голоса, Одри разволновалась, вслушиваясь и впитывая все слова, ее грудь начала вздыматься чаще, а брови изогнулись. Лицо Винни с каждым словом становилось ближе, - Блэр, я могу,- его речь была прервана:
-Я знаю, что ты осведомлен о моем настоящем имени, Винни,- Одри была удивлена тому, насколько наполненными и крупными были его губы, которые так гармонично сочетались со всеми его чертами лица.
-Одри, я могу увести тебя.
Оба совсем сблизились, не отдавая себе в этом отчета, у обоих появлялась надежда. Утренние мысли, которые так терзали девушку и были оборванны стуком в дверь, наконец было досказаны в ее голове..
« Уважение интересов, свобода самовыражения, развлечения необходимые людям, занятия любимым делом - было неприемлемо для таких парней, как Джош, но не для таких мужчин... как Винни.»
-О, я вижу меня ждут тут при полном параде,-радостным шумным голосом , не свойственной сформировавшейся в этом помещении ауре, ворвался в залу Джош, заставив отдернутся друг от друга рукам Винни и Одри, которые встретились незаметно для них самих же.