Сводный дядя

Ветер легонько развевал розовые волосы, а солнце заставляло щуриться и прикрывать ладонью лицо, чтобы назойливые лучи не мешали. Юна глубоко вздохнула, несколько раз посмотрела на дверь, а потом позвонила в неё и обрадовалась, когда увидела, что Боа открыла и замерла на пороге.

— Ты что здесь делаешь? — шёпотом спросила девушка, а потом вышла на улицу и закрыла дверь, смотря на свою подругу.

— На чаёк пришла, — хмыкнула младшая Ким и нахмурила брови, смотря на девушку, что упорно не хотела пускать. — Не впустишь меня? — спросила розововолосая, а потом улыбнулась, но Боа её оптимизма не разделяла, лишь нервно смотрела на дверь и теребила край своей майки.

— Давай не сегодня, — устало ответила девушка, потирая сонные глаза; круги под ними виднелись слишком отчётливо, из-за чего Юна немного напрягалась, но кивнула, понимая, что подруге, той самой единственной, помимо Минджу, точно нужен отдых.

— Ладно, отдыхай, — Юна мягко провела ладонью по руке Боа, поддерживая, тепло улыбнулась и помахала рукой перед тем как уйти.

Неприятный осадок, ком в горле — всё это состояние сейчас почувствовала на себе Юна. Она нервничала за подругу, не понимала, что случилось с ней, да и Боа не давала возможности узнать, что происходит, и помочь ей, от чего становилось ещё домашнее на душе. Неужели она не доверяет им?

Юна быстро достала из кармана телефон, колеблясь несколько секунд, а потом нажала на кнопку «Вызов», глубоко вздыхая.

На звонок ответили почти сразу, и младшая Ким немного расслабилась.

— Юна, рад тебя слышать, — услышала она радостный голос Чонгука в трубке, и сама неосознанно расплылась в улыбке, представляя перед собой друга.

— Гуки, как ты? — сладко пропела розововолосая, прекрасно зная его реакцию, а потом хихикнула, когда он нервно что-то пробурчал.

— Отлично, — ответил ей парень, и Юна на секунду задумалась.

— Послушай, — Юна глубоко вздохнула и закусила губу, стараясь собраться с мыслями о том, как поступить в дальнейшем. — Сможешь узнать данные про семью Боа? — выпалила младшая Ким, зажмурив глаза.

Она прекрасно знала, что Чонгук не сможет ей отказать, но от чего-то нервничала. Сама не знала, от чего: боялась узнать что-то плохое? Возможно. В отличие от Боа, она с Чонгуком и Тэхёном родились «с золотой ложкой» во рту, как это говорят, но это вовсе не значило то, что она они были счастливы. Это не значит, что им доставалось в детстве внимание. Это значит, что у них просто есть деньги и всё, о чём мечтают другие, а о чём мечтают они? В детстве мечтали о том, чтобы родители обратили на них внимание, а сейчас... Даже не знала. Сейчас, наверное, чтобы жизнь стала попроще, потому что череда последних событий не даёт спокойно вздохнуть ни на секунду, а хочется простой стабильности в жизни. Хотя бы этого. Юна бы и правда предпочла не рождаться в вашем обществе, быть простой девочкой, жить обычной жизнью и наслаждаться ею, а не конкурировать и видеть каждый раз фальшивые улыбки и лживые фразы от очередных компаньонов родителей или же просто приближённых к ним людей. От этого становилась правда тошно.

— Зачем тебе это? — спросил брюнет, прерывая хаотичные мысли своей подруги, которая вдруг вздохнула и посмотрела назад, где Боа уже не виднелось.

— Просто нужно, — дала неоднозначный ответ розововолосая, а потом зашагал вперёд, поправив свой лёгкий сарафан.

— Хорошо, — ответил Чонгук, и младшая Ким в конец расслабилась, глупо улыбаясь.

Ей правда хотелось помочь подруге. Сделать хоть что-то хорошее, помочь хоть кому-либо, потому что жизнь никогда не оставит, всех потрепет, все пройдут через множество препятствий, а у Юны есть малейший шанс облегчить страдания своей подруги.

— Ты самый лучший, — радостно произнесла розововолосая, а потом взглянула на время. — Чёрт, — выругалась младшая Ким и услышала смешок в телефоне.

— Что случилось?

— Я опаздываю к папе в офис, — вздохнула девушка.

Ну почему она не взяла машину? Придётся ловить такси, потому что надо срочно успеть в офис, иначе потом времени не будет, потому что она обещала провести этот день с Джином, а то ещё обидится. Ей этого уж точно не надо было. Она всё успеет.

— Ладно, отключаюсь, удачи.

Она улыбнулась и отложила телефон, наспех ловя такси, чтобы успеть сделать всё, что девушка задумала.

Ей звонил заместитель отца и сказал, что они смогли раздобыть запись того момента, когда в Тэхёна стреляли в кафе, да и там кое-что видно, поэтому девушку распирало любопытство, да и злость кипела, не позволяя здраво мыслить. Этот человек поплатится за всё, что сделал. Уж Юна об этом точно позаботиться.

Ожидание утомляло, заставляло сердце биться чаще. У неё даже не было предположений, кто мог сделать всё это с ними, оттого и интерес был больше.

Розововолосая задумчиво глядела в окно, вспоминая про их с Джином признание и те моменты, которые они провели вместе, поэтому на губах расцвела улыбка, подобная солнечному свету, которая могла озарить всё вокруг.

Розововолосая сразу заметила здание своего отца, поэтому попросила остановить, после чего дала купюру и вышла из такси, хлопнув дверцей. Она сразу же зашла в офис, здороваясь со всеми людьми, но цель её была побыстрее попасть в кабинет и просмотреть видеонаблюдение, чтобы узнать хоть что-то.

Цокая каблуками, она прошла в лифт, держа ровную осанку и голову выше — всё так, как её учили.

Лифт остановился, и Юна глубоко вздохнула и вышла, натягивая маску, что строилась годами, а потом, поздоровавшись с секретаршей, вошла, учтиво поклонилась и села на кресло своего отца.

Господин Хван сразу же подал мне ноутбук и включил запись, а девушка прищурилась и придвинулась немного вперёд, потому что изображение было очень расплывчатым, но... В один момент волосы развязались.

Юна вздрогнула.

Это была девушка.

Определённо.

Вот только это всё равно ничего не дало, наоборот, появилось ещё больше вопросов, на которые, увы и ах, ответов не было.

Розововолосая поджала губы, а потом отодвинула ноутбук, поудобнее усевшись в кресле и стараясь унять дрожь, которая появилась в теле совсем не вовремя.

— Джин знает об этом? — головой указала на ноутбук, где всё ещё была запись; надо отдать должное — держалась она стойко. Годы тренировок точно не прошли даром.

Слабости здесь не место. Нельзя иметь слабых точек. Нельзя показывать настоящее лицо, иначе растопчут, не задумываясь ни на секунду.

— Мы пока не посылали ему запись, госпожа, — ответил на вопрос мужчина и снял с себя очки, потирая сонные глаза.

Она кивнула на его глаза.

— Дайте мне флешку, — попросила розововолосая.

Господин Хван кивнул и, вынув флешку из ноутбука, отдал дочке своего босса. Она кивнула, тем самым благодаря его, и поднялась со своего места, а потом повернулась к окну.

Девушка...

Может, кто-то, кому она насолила? Таких точно было немало, что заметно усложняло задачу. Она вздохнула, а потом снова повернулась к мужчине.

— Попросите подогнать мне машину, — попросила розововолосая, а потом, схватив сумку, поклонилась и вышла из кабинета.

Она собиралась к Джину на работу. Это куда важнее, чем всё остальное. Она отомстит за все страдания, что эта девица принесла ей, пусть и младшая Ким пока не знала, кто это, но обязательно узнает, а потом той девушке остаётся лишь молиться и просить о пощаде, потому что близкие для неё люди — на первом месте, а та посмела тронуть их.

***

В кабинете было до невозможности тихо, что очень сильно напрягало Юну, которая цеплялась пальцами за свои плечи, будто это последний шанс на спасение, а ещё она судорожно сглатывала слюну, наблюдая за дядей, который внимательно смотрела видеозапись, коротко вздыхал и ерошил свои волосы, из-за чего младшая Ким сделала вывод, что он тоже не имеет представление о том, кто это мог быть, но отчаиваться так быстро точно не стоило, потому что они могут найти ещё зацепки, что поможет ещё больше, но пока приходилось довольствоваться тем, что они узнали: это была девушка, причём брюнетка, а таких, чёрт возьми, полным-полно.

— Имеешь предположения? — нарушила тишину розововолосая и присел рядом с Джином, аккуратно беря его руку в свою и смотря прямо в глаза.

— Совершенно никаких, — покачал головой мужчина, а потом отодвинул ноутбук и повернулся к своей девушке, а потом нежно поцеловал в губы, огладив большим пальцем её щеку.

Юна сразу ответила на поцелуй, хватаясь пальчиками за его пиджак и улыбаясь сквозь поцелуй, не давая Джину сконцентрироваться. Он помогал ей забыть обо всём на свете одним своим взглядом, прикосновением — просто находясь рядом.

— Это девушка, но... Джин-оппа, я понятия не имею, кто это мог быть, — поджала губы розововолосая, снова переводя взгляд на монитор, где виднелась чёртова запись.

Автомат с львом... Голова кругом. К чёрту всё это. Почему всё настолько сложно и запутанно? Ни дня спокойствия.

— Наша прогулка ещё в силе? — спросил мужчина, хватая племянницу за талию и нежно целуя в щёку, а потом за ухо, спускаясь поцелуями ещё ниже. — Не думай об этом, хорошо? — попросил черноволосый, пристально глядя в глаза своей девушки, и та лишь скомкано кивнула и выдохнула, когда губы Джина коснулись её шеи.

Она задрожала в его руках, хватаясь за пиджак ещё сильнее и сдержала рвущийся наружу стон, потому что они, чёрт возьми, на работе, а тут все считали её его племянницей, да и не многие знали, что она — сводная, а слухи им точно уж не нужны.

— Джин, не надо, — хрипло проговорила розововолосая, стараясь отстраниться от парня, который держал её крепкой хваткой, не давая возможности уйти, да и она не была бы против, если бы они не были бы на работе. — Ну пожалуйста, — заскулила младшая Ким.

— Хорошо, — он усмехнулся и отстранился от племянницы, а потом достал флешку из ноутбука. — Ну что, пойдём? — мягко спросил мужчина и поднялся с места, потянув Юну за собой.

Она улыбнулась и кивнула.

— Только ты и я, — тихо проговорил парень, нежно касаясь её губ, растягивая удовольствие, смакуя их на вкус, будто первый раз, а потом оторвался и прижался своим лбом к её.

— Только ты и я, — тихо повторила розововолосая за ним.

***

Джин аккуратно взял племянницу за руку и переплёл их пальцы воедино, а потом ласково — слишком мило — улыбнулся, наблюдая за тем, как Юна осматривала местность, радуясь подобно маленькому ребёнку.

И ему это нравилось.

Она редко вела себя как ребёнок. Юна слишком быстро повзрослела и стала понимать все тонкости этого мира, всю несправедливость. Поэтому Джину и правда нравилось наблюдать за её большими от радости глазами и милой — слишком детской — улыбкой на лице.

Глаза её искрились разными огнями, улыбались по-настоящему. Такую Юну он хотел бы видеть всегда, потому что она чересчур красивая, милая и просто до одури родная и тёплая.

Её хотелось заключить в крепкие объятия. Никогда не отпускать. Всё время баловать, а ещё защищать от всего на свете.

— Тут так красиво, — с улыбкой на лице произнесла розововолосая и шагнула вперёд, полной грудью набирая свежий воздух, наблюдая за шелестом листьев и слушая шум воды, который до невозможности успокаивал её.

Младшая Ким попала в сказку, потому что в этом месте было до невозможности красиво: зелёная трава, большие деревья, а ещё она уверена: не будь вечер, пели бы птички; водопад, где вода была глубокой, а ещё умопомрачительно красивое небо, на которое Юна всё время смотрела, не в силах оторваться.

— Как я и говорил: только я и ты, — Юна кивнула на его слова, а потом снова расплылась в улыбке.

Она подошла к воде, села на небольшой камень, опустила руку в воду и удивилась, когда поняла, что вода, действительно, тёплая.

Мысли вихрем пронеслись в голове. И все они — чересчур заманчивые. Настолько, что внизу живота сладостно тянуло, а щёки залились румянцем, выдавая девушку с потрохами.

Джин усмехнулся, кажется подловив её мысль, а потом присел рядом и нежно поцеловал её в щёку, рукой проводя по её позвоночнику.

Младшая Ким вздрогнула и судорожно вздохнула, когда его рука прошлась сначала по позвоночнику, потом поднялась на шею, слегка щекоча её, после чего он коснулся шеи губами, оставляя там яркий засос, но Юна не сопротивлялась: она лишь обмякла в его руках и прижалась боком к нему ещё ближе, запрокидывая голову, открывая ему ещё больше места для поцелуев. Лёгкий фриссон прошёлся вдоль всей спины.

— Ты слишком привлекательна, — прохрипел парень, приподнимая майку своей девушки, а потом и вовсе снимая.

— Ты не отстаёшь, — она попыталась усмехнуться, но из груди вырвался лишь стон в момент, когда дядя коснулся губами ключицы.

Внизу живота потянуло, и девушка глубоко вздохнула, пытаясь успокоить своё сердце, которое билось в сто раз сильнее.

— Я люблю тебя, — тихо призналась розововолосая, а потом помогла избавиться мужчине от его майки и прижалась к разгорячённому телу, моментально своими губами прижимаясь к его, пропуская по телу электрические заряды и ладонями проводя по широким плечам, переходя на спину.

Джин — шикарный мужчина, мечта любой женщины, и младшая Ким начала убеждаться в этом всё больше и больше. Его поцелуи — отдельный сорт для наслаждения, его прикосновения — и Юна уже таяла как мороженое на солнце.

А ещё в последнее время её посещали не очень хорошие мысли о том, что дяде это могло быстро наскучить, но она быстро отгоняла их, потому что любила, верила, знала, что он не поступит с ней так.

Джин аккуратно поддел ткань юбки и потянул вниз, оставляя её в одном нижнем белье, и Юна помогла ему избавиться от джинсов.

— Хочешь искупаться? — он оторвался от племянницы и завёл прядь её волос за ухо, а потом улыбнулся, наблюдая за тем, как Юна краснела. Совсем слегка, но и этого хватило для того, чтобы умилиться.

— Хочу, — кивнула на его слова розововолосая, и он кивнул.

Мужчина встал со своего места и, не снимая боксеров, залез в воду, а потом аккуратно помог спуститься Юне, которая сжалась от холода. Вода недавно только была тёплая, а сейчас было холодновато. Она немного задрожала, а потом обвила ногами талию дяди и прижалась к нему ближе, чтобы немного согреться. Сокджин лишь усмехнулся и обвил руками её талию, а потом, найдя застёжку бюстгальтера, снял его и отбросил ненужную вещь на тот самый камень, где они сидели.

— Холодно же, — обидчиво пробурчала девушка и попыталась отстраниться, потому что было очень неловко, но мужчина не позволил: в ту же секунду поцеловал, призывая девушку замолчать.

И это сработало, потому что Юна расслабилась в его руках и начала с удовольствием отвечать на сладкий поцелуй, слегка мокроватый, очень возбуждающий.

— Потерпишь чуть-чуть? — томно спросил черноволосый, губами мочки уха касаясь, вырывая у неё слегка приглушённый стон.

Он поднял голову на девушку, которая медленно кивнула, сглатывая, а потом довольно улыбнулся.

Мужчина снял с неё трусики, кидая её на тот же самый камень, а потом сам снял с себя боксеры.

Юна судорожно вздохнула, когда почувствовала у входа член дяди, а потом взглянула ему в глаза и улыбнулась, подбадривая, кажется, обоих, потому что Джин особо не торопился, растягивая удовольствие.

Проникновение под водой не получалось, потому что она смывала естественную смазку, и Джин, раздражённо прошипев что-то, приподнял племянницу, сам тоже приподнялся, и одним резким движением вошёл, с радостью слушая крик племянницы, который перешёл в тихий стон.

Сам тоже не сдержал стон, потому что в ней и правда было узко, туго и горячо. Она носом уткнулась в плечо дяди, а он начал медленно двигаться.

Чуть вышел, а потом с новой силой вошёл, меняя угол, и Юна вцепилась пальцами в его плечи, размеренно дыша. Джин зарычал, начиная двигаться быстрее, вырывая стоны. Чёлка прилипла к его лбу и он иногда поправлял её, чтобы не мешалась, а ещё смотрел на красные щёки племянницы, которая тихо стонал ему в плечо.

— Чёрт, — тихо простонала розововолосая, а потом сглотнула, понимая, что ей и вправду хорошо: не было той боли, что была в первый раз, лишь малый дискомфорт и удовольствие; а ещё то, что ей уже вовсе не холодно, а жарко даже.

Лоб Юны покрылся испариной, когда она кончила, громко вскрикнув и обмякнув, а его руках.

Джин сделал пару толчков и, выйдя из племянницы, кончил.

Они всё ещё находились в том же положении, что и с самого начала, оба тяжело дышали, и оба отходили от оргазма.

— Люблю тебя, — шепнул ей Джин, обнимая её за талию и нежно целуя в висок, и младшая Ким кивнула ему и слезла с мужчины.

Она быстро вышла из воды, в ужасе понимая, что полностью голая, а нижнее бельё, к сожалению, намокло. Девушка глубоко вздохнула и на мокрое тело натянула майку и юбку.

Джин не выходил. Наблюдал за ней из воды, отмечая, что и правда влюбился, как последний школьник. Причём не в какую-то девушку или женщину, а в свою племянницу, пусть и сводную. От этого легче не становилось.

— Ты не выходишь? — с улыбкой спросила девушка и снова присела на камень, поправляя слегка мокрые розовые волосы, которые прилипали к щеке, а потом глупо засмеялась и закусила губу, вспоминая то, что произошло несколько минут назад.

— Выхожу, — кивнул дядя и вышел из воды, а Юна отвернулась, снова покраснев, пока дядя не надел на себя все вещи.

Он снова присел рядом с ней и прижал ближе к себе.

— Что будет дальше? — тихо спросила Юна и положила голову на грудь мужчины, который играл с её волосами и смотрел на луну, о чём-то думая.

— Ты о чём? — тихо спросил черноволосый, заглядывая в глаза девушки.

— Родители.

Он вздохнул.

— Пока не будем никому говорить, — прошептал Джин, и младшая Ким согласилась с ним, понимая, что сейчас это было лучшим решением. — А потом... Потом я поговорю с твоим отцом, думаю, он поймёт нас, — продолжил мужчина.

Он не был уверен, поймёт ли сводный брат его, но хотел успокоить Юну, которую слишком тяготили эти мысли.

Ей всегда было плевать на мнение окружающих и, в особенности, мамы, но скандала было бы не избежать, если бы они узнали об их отношениях, а общество начало бы судачить, из-за чего положение ухудшилось бы, а Юне, впрочем, как и Джину, этого не очень хотелось.

Он ещё раз нежно поцеловал её в макушку, шепча на ушко слова любви, а потом встал с места, и Юна последовала за ним, не отводя взгляд от водопада, звук которого, действительно, помогал расслабиться.

— Домой? — с улыбкой спросил дядя, протягивая руку племяннице.

— Домой, — кивнула Юна, положив свою руку в его, и слегка сжимая.