Да
Толпа счастливых и довольных ребят шумной оравой расселась по свободным местам в метро, одновременно немного пугая и веселя остальных пассажиров. Искрящиеся улыбки, блестящие глаза и непрерывное обсуждение фееричной победы. Словно в тумане эйфории молодежь добирается до нужной станции, и все той же толпой выбираются на свежие, чуть промерзшие декабрьские улицы столицы.
Вот за очередным поворотом виднеется знакомый сквер, давно очищенный от когда-то ковром расстеленных осенних листьев. На и без того эмоционального Хосока накатывает волна воспоминаний, и тот взахлеб начинает рассказывать о том дне, когда он впервые познакомился с Ёджон, заставляя девушку краснеть и то и дело пихать молодого человека в бок.
-Минни... -и кажется, только Юнги не мог сейчас найти себе место в этом празднике жизни, то и дело окунаясь в поток собственных мыслей. Тихий голос, приправленный еле слышной нервозной дрожью, сразу заставляет Пака испуганно повернуться на зов, ища любимые глаза.
-Да, хен? Что-то случилось? Почему ты такой загруженный? - пухленькие пальчики быстро находят руки музыканта и несильно сжимают их.
-Ничего, просто хочу сказать, что люблю тебя... - слишком сухо и скомкано кидает Юнги, быстро чмокая в миниатюрный носик. Но только было хочет сделать шаг вперед, как эти самые маленькие ручки останавливают его.
-Юнги-я, что случилось? Почему ты так переживаешь? - настороженный и никак не детский взгляд, пропитанный заботой и нежностью, ищет ответа в глазах напротив.
-Все хорошо, котенок, правда. Я просто переживаю о том, как ты отреагируешь на все то, что я устроил... Это важно для меня, но может я очень сильно все тороплю... Но, Минни, я правда люблю тебя, просто пока знай это. -наконец искренне отвечает Юнги, целуя маленькую ладошку. -А теперь давай догоним всех, пока они не ушли далеко, а то ключи только у нас...
-И у Тэхена. -улыбается Чим.
-Блять... теперь точно побежали. -ругается Юн и одним движением перекидывает тело Пака через плечо, быстро шагая к подъезду и слушая возмущенные восклицания танцора.
-Шуга, я тебя прикончу, какого черта это было?! - возмущается под хохот друзей Чимин, как только его ноги касаются пола лестничной площадки.
-Быстрая и безопасная доставка от компании «Сахар экспресс»! -во весь голос заливается смехом Чонгук, за что будет испепелен взглядом.
-Чимин, открывай, у тебя же ключи. - говорит Тэхен, а стоящий позади Хосок готов было пробить лицо фейспалмом.
-Тэхен, у тебя же есть ключи. - с непониманием отвечает Чим, но тут ему на глаза падает шелковая ткань, пугая своим внезапным появлением парня.
-Булочка, тебе придется закрыть глазки на минутку, хорошо? - бархатный шепот, словно сладкий сироп, разливается по телу танцора, и тот завороженно кивает.
Слышится знакомый скрип двери, и первыми в квартиру шмыгают Чонгук с Тэхеном, затем Хосок и Лили, что-то прошептав Юну, присоединяются к младшим, а для Чимина мир начинает приобретать тысячи новых звуков, пробираясь неизведанными ощущениями под кожей.
-Хен... что происходит?
-Сейчас увидишь, малыш. -даже по голосу можно понять, что репер сейчас широко улыбается, только непонятно, от счастья или от нервозности. Наконец теплые руки ложатся на талию Пака, дверь открывается, а в нос ударят сладкий запах.
Также осторожно парня усаживают на пуфик, и Мин саморучно разувает свое маленькое счастье, что пусть и ворчит о своей самостоятельности, но не противится и дает снять с себя обувь и верхнюю одежду.
-Ты готов? - сквозь какую-то возню, Чим ухом улавливает мелодичный голос и несмело кивает.
-Да...
-Я люблю тебя, малыш... -с этими словами шелк струящейся лентой падает с глаз...
-Юнги? - недоумевающе слетает с пухлых губ, а потом дар речи пропадает вместе с тысячей слов, что Чимин так хотел бы сейчас сказать этому волшебному человеку.
С колонок начинает доноситься знакомая мелодия, а глаза начинает щипать от подступающих так не вовремя слез.
‹‹Loving can hurt, loving can hurt sometimes
But it's the only thing that I know...››
Голос Джина так гармонирует с нежной музыкой такой до боли сладкой песни.
Делая пару несмелых шагов, парень оказывается в прихожей и действительно замирает на месте, не в силах пошевелиться.
По всей квартире развешены их общие фотографии, которых было сделано порядка несколько десятков, из-за любви младшего к этому занятию. Вот та фотка, которую Юнги сделал, когда облил бедного Пака водой, потому что тот отказывался вставать... Старший тогда долго заглаживал свой проступок, целый день драя квартиру в одиночку.
Чимин невольно прыснул в кулачок, вспоминая каждый из моментов, запечатленных на застывшем времени в маленьких клочках бумаги.
«We keep this love in a photograph
We made these memories for ourselves...»
Лишь губами повторяя давно заученные наизусть строки, Пак продвигается вглубь гостиной.
Вся комната усыпала конфетти в всех оттенках красного и розового, а с потолка свисают саморучно вырезанные сердечки с разными фразами. Взяв одно из них, Чим начинает улыбаться еще шире и уже не старается спрятать мокрые бусинки, падающие на пол.
«Завтрак на столе, спасибо, что помыл посуду. Доброе утро, Шугарик-хен»
Те маленькие записки, что они оставляли друг-другу... Вот куда они все уходили. Пак всегда считал, что хен просто выкидывал все это... А тут... Сколько он это готовил?
-Хен... -дрожащий шепот слетает с уст, но Чимин продолжает рассматривать такую незнакомую ему гостиную, где он прожил не один месяц.
Стойка с микрофоном, Джин, так искусно тянущий ноты, крепкие руки стоящего сзади него Джуна, обвивающие талию юноши и раскачивая их в такт мелодии.
От одной стены к другой натянута джутовая нить, дугами свисающая от прикрепленных к ней фотографий и рисунков. Чимин подходит к одному из них и избавляет от красной прищепки... Чистой акварелью на бумаге смешались нежные краски. Чимин и Юнги, идущие под хлопьями снега, покрывающих все вокруг мягкой пеленой... Чонгук. Чимин так много рассказывал ему о мечтах встретить рождество с хеном... Мелкий все-таки проболтался...
Пак поднимает взгляд на младшего, что так широко улыбается в объятиях своего парня. Чим только ухмыляется юному художнику и вешает рисунок обратно.
В другом конце стоят Ёджон, с маленьким Поки на руках, и Хосок, держащий в ладошках какую-то коробочку, старательно перевязанную лентой. Пак вопросительно смотрит на старшего, но тот лишь кивает, прося подойти.
-Это мне? - чуть дрожащими руками берет коробочку Чимин.
-Да. Только не от меня, а вон от того бледного парня, который скоро в обморок упадет, если ты не откроешь это прямо сейчас. -Хосок показывает в сторону стоящего в проходе Юнги, что правда казался бледнее обычного.
-Х-хен? - Чим подходит к любимому, всматриваясь в глаза, полые волнения и ожидания.
-Просто открой это, малыш... - нервно улыбается Юн, переплетая пальцы.
Джин перестает петь, а песня просто сменяется следующим треком, тихонько играющим на фоне и так прекрасно создающим нужную атмосферу.
Дрожащей рукой, Чимин поддевает пальчиком ленту, и та сразу поддается. Все присутствующие, кроме сладкой парочки улыбаются в ожидании реакции младшего.
Пухленькие пальчики открывают крышку, которая вслед за лентой глухо приземляется на мягкий ковер под ногами.
Эмоции на лице Чимина меняются с неимоверной скоростью, а по щекам сбегают новые влажные дорожки.
-Ю-юнги-я? Э-это билеты... -шумно выдыхает танцор, переводя взгляд на сияющее лицо хена.
-В Париж. Котенок, я хочу свозить тебя в Париж, ты же сам говорил, что это твоя мечта. -Юн не успевает договорить, как всхлипывающий Чимин оказывается у него на шее, крепко обнимая любимого человека. -Булочка, ну ты чего?
-Хен... -Пак поддается эмоциям, но плакать не хочет и всеми силами пытается сдержать всхлипы в горле. -Спасибо... Я не знаю, что сказать...
-Малыш, это не все. -Мин тихонько отстраняет от себя младшего и смотрит пронзительно в угольные глаза. -Тебе не надо ничего говорить, просто напиши...
-Ч-что?
Внимание вновь привлекает коробочка в руках, которая подозрительно тяжелая для одних только билетов. Передав первый подарок в руки Юна, Минни видит на поверхности наполнителя ту самую полароидную фотографию, что Тэхен сделал парой часов ранее, а рядом красный маркер и надпись на самом полароиде...
Кажется в воздухе комнаты повисает напряжение, когда Чимин с побелевшим, заплаканным лицом, зубами открывает маркер и что-то пишет с краю фотографии. Потом также быстро закрывает фломастер, пальчиками хватает фото и поднимает на уровне лица...
И тут его губы кривятся, медленно переплывая в улыбку, а эмоции захлестывают с головой, и парень начинает просто плакать.
-Да... -одними губами проговаривает Чимин и счастливо улыбается, впервые видя, как глаза Мина наполняются влагой, а с лица наконец уходит напряжение.
По квартире разносятся ликующие восклицания, но затем Намджун шикает на всех, напоминая о последнем подарке.
Пак добирается до дна и находит там заветную бархатную коробочку.
-Можно? -Юнги аккуратно берет в руки маленькую ладошку, открыв коробочку и достав оттуда непримечательное на первый взгляд золотое кольцо.
- «Suga's mochi»? Юнги, серьезно? -прыскает в ладошку Чим, рассматривая маленькие буковки, оставшиеся на кольце невероятно красивой гравировкой.
-Тебе не нравится? -неуверенно переспрашивает Юнги, что так долго сомневался на счет фразы.
-Я уже обожаю его... Я же только твоя булочка... -хохочет Чимин, доставая второе и беря худощавую руку в теплые ладони. У обоих перехватывает дыхание на мгновение, и вот, на безымянном пальце красуется второе кольцо. -"Jimin's sugar» ... Мне определенно не хватало сладости в жизни.
-Я люблю тебя, Минни.
-И я тебя, Юнги-я.
-Горько... -раздается в один голос, и комната вновь наполняется радостными возгласами, а Хенпока наконец выпускают из объятий, и Маленькое счастье мурлыкая трется о ноги любящей пары, слившейся в нежном поцелуе.
«Будешь со мной до конца?»
«Да»