memories

Flashback

Это было обычное утро. Мы с Дастином сидели в комнате и перебирали старые вещи. В доме негромко играла музыка, и кто-то посудой шумел на кухне. Брат складывал свои старые комиксы в коробку, и рассказывал об их сюжете.

—Хочется кушать, - вздохнул Дастин, поднимаясь с пола.

—Отец там вроде что-то приготовил, сходи, а я тут закончу, - Дастин кивнул мне и вышел из комнаты.

Я продолжала сидеть в комнате, рассматривая обложки журналов, иногда листая. Даже не вериться, что Дасти наконец-то решил выбросить весь этот хлам.

Тишина продолжалась до тех пор, пока я не услышала крики брата, а вместе с ним и грубое «Заткнись!» отца. Бросив всё, я вылетела из комнаты, бегая по дому ища брата. Передо мной была картинка не мягкого характера. Дастин лежал на полу в гостиной, и над ним возвышал отец с ремнем в руках. Мужчина что-то прокричал, и замахнулся на запуганного мальчика. Дастин взвыл еще сильнее, чем когда либо.

—Прекрати! – закричала я, отталкивая его назад. Сильная рука схватила меня за волосы и откинула в стену. Дастин смотрел на меня молящим взглядом, но в тот же момент просил не лезть.

—Папа, хватит, - плакал брат.

—Кто дал тебе право трогать то, что не принадлежит тебе? Разве это ты заработал эти деньги, которые так хотел стащить у меня? Отвечай мелкий выродок! – отец вновь ударил Дастина.

Я поднялась с пола и побежала скорее искать маму. Она должна была его успокоить! Она всегда это делала, если он бил его! Но не сегодня. Мама спокойно спала в своей комнате.

Схватив со стола нож, я начала приближаться к человеку, которого называю – отцом.

—Оставь его в покое, иначе я не ручаюсь за свои действия! – крикнула я, стоя у него за спиной.

Пока отец удивленно смотрел на нож в моей руке, Дастин сумел подняться на ноги и подбежать ко мне. Я держала брата у себя за спиной, и мы медленно шли к выходу.

—Только тронь нас, и я сделаю то, о чем мечтаю! – кричу я.

—Не сделаешь, кишка тонка, - усмехнулся он.

—Смотрю у тебя она шире, чем должна, раз ты избиваешь своих же детей! Ты монстр! И не достоин всего, что у тебя было и есть сейчас! Сдались нам твои деньги! Свобода! Вот что нам надо, чертову свободу от таких родителей!

Я взяла Дастина за руку, крепка сжимая её. Бросив нож на пол, мы выбежали из дома, на участок соседей. Я долбилась в их двери, и наблюдала, как отец смотрел за нами.

—Беатрис, что случилось, милая? – миссис Кейт улыбнулась нам.

—Вызовите полицию, наш отец неоднократно избивает нас, - я показала на Дастина, и миссис Кейт ужаснулась от увиденного. Она перевела взгляд на наш дом, и скорее впустила нас внутрь.

—Алек, помоги мне, - крикнула девушка, и со второго этажа спустился её муж. —Вы в безопасности ребят, я вам обещаю!

Мы сидели в доме Ника по моей просьбе. Мне не хотелось в таком виде показываться родителям Чейза и рассказывать обо всем и им. Я просто не выдержу.

—Дасти подумал, если у нас будут деньги, мы сможем уехать и начать новую жизнь, но отец увидел, что он делает и разозлился пуще прежнего. Увидев, что он делает с ним, я поняла одно: где угодно, но не под одной крышей с ними. Полиция устроила нас в местный приют, до суда. Родителей лишили всех прав на нас. Дельфина сумела оформить опеку надо мной, а вот Дастина ей не отдали, из-за недостаточных финансов. Мне кажется, она даже долго не думала, сразу взяла меня, я ей куда роднее, - усмехнулась я. — Дельфина на пару месяцев жила здесь, со мной. Я была не готова уезжать, бросить школу и брата. Из-за этого мне пришлось остаться в том доме. Я подумала: «пусть я буду под их прицелом, зато Дасти будет не тронут». Сначала все хорошо, около года неплохой жизни. Они словно одумались, может даже поняли, как были не справедливы по отношению к нам...и может, хотели все исправить.

Ник заметил мой ломающий голос, и поставил передо мной стакан с водой. По моей просьбе еще и успокоительное.

—Потом все началось по новой. Абсолютно всё. Но я только и думала над тем, что моему брату ничего не угрожает и он живет себе спокойно.

—Ты же могла уехать с тётей, - аккуратно сказал Ник.

—Не могла, Николас, не могла...я хочу забрать Дастина себе, я могу это сделать. Но мне нужна квартира, и работа, иначе не отдадут. А тут еще его и усыновлять собрались! – я отодвинула от себя стакан, и встала из-за стола.

Чейз все это время пугающе молча меня слушал. Он стоял позади меня, и смотрел в одну точку.

—Я знаю, тебе обидно, что ты узнал только сейчас...- я подошла к Чейзу, и пыталась обратить своё внимание на себя.

—Обидно? – спросил он, и наконец-то посмотрел на меня. — Знали черт возьми все! - Чейз схватил меня за плечи и прижал к стене. — Почему об этом знают всё, а я, человек который готов на всё ради тебя, в последнюю очередь!?

—Знают только Дикси и Ник, - виновато оправдывалась я.

—Ник! Вот именно что Ник! Не могу в это поверить.

—Я боялась кому-либо доверять.

—Боялась она.

—Да что не так!? Ты же все равно узнал! – крикнула я, и Чейз замахивается. Я сразу жмурюсь и закрываю лицо руками, боясь уже одного это движения. Но удара нет, лишь тихое шипение от боли. Открыв глаза, замечаю вмятину в стене. На глазах тут же наворачиваются слезы и скатываются по щекам. Чейз рассматривает свою руку, и переводит на меня взгляд

—Трис..боже, ты же не думала? – он испугался точно так же как и я.

—Я..я..

Чейз берет мое лицо в ладони, и большим пальцем вытирает слезы.

—Никогда! Слышишь? Я никогда тебя не трону, лисенок ты мой, - парень прижимает меня к себе, и нежно гладит по голове.

—Стену в принципе не так жалко, чем твое лицо, - дал о себе знать Остин, скрестив руки на груди.

—Я же обещал, - виновато сказал Чейз.

—Я помню.

Простояв в таком положение еще немного, Чейз усадил меня на диван, и устроился рядом.

—С чего всё это началось? – шепотом спросил Чейз, поглаживая мою руку.

—У Сандры родился мертвый ребенок, эта та, что якобы моя мать. Лет десять назад. Мне тогда было восемь, а Дасти всего четыре года. После у нее была послеродовая депрессия. Она даже обращалась к психологу, но все зря. А через год и вовсе нашла лучшее лекарство в виде бутылки с алкоголем. Стив еще долго держался, смотрел за нами, пока его жена опохмелялась каждое утро. Потом я заболела раком, длилось это два года. И когда мне исполнилось тринадцать, отец тоже сдался. Не выдержал всего, что было внутри нашей семьи. А когда мне было четырнадцать, от нашей семьи и вовсе ничего не осталось. Все же могло быть иначе, заметь врачи вовремя, что плод мертв. 

Все могло быть иначе.

Но в прошлое не вернуться, и мы обязаны проживать такую жизнь.

Полную боли.