memories

Чейз

Уже целый час мы сидим в беседке и просто молчим. Заметив как Беатрис начало трясти от холода, я накинул на её плечи свою кофту. Если замерзну я, ничего не случится.

—Расскажешь? - начал я. Знаю насколько Трис сейчас больно даже это вспоминать, но мне важно услышать её историю.

Беатрис голубого вздохнула.

—Мне было всего десять. У меня обострился кашель, и мы подумали, что это простуда. Медики выписали лекарства от кашля, и на этом я должна была пойти на поправку. Но прошел уже месяц, а мой кашель становился только хуже. Особенно ночью, словно твои легкие рвёт наружу. Я продолжала пить таблетки. Позже я чувствовала некое недомогание, усталость, потребность сна. По вечерам поднималась температура под тридцать девять, и отец не знал, куда себя деть. Ёще тогда его страшила мысль о самой онкологии. Это приходило в голову, но признавать было страшно.

—Отец? А как же мама?

—Маме уже в этот момент было плевать на меня. Она начала пить, и её заботила только новая бутылка с алкоголем,- усмехнулась Беатрис и стряхивая с глаз слезы. — Папа не выдержал, и повез меня в больницу. После полного осмотра и всех анализов, мне поставили диагноз – рак легких второй степени. Это была первая степень центрального рака. Опухоль не сильно разрослась.

В голове крутилось множество вопросов, но перебивать Трис мне не хотелось. Я могу себе представить, как ей сейчас сложно просто рассказывая это. И мне настоль же сложно слушать её. Понимать, через что прошла эта хрупкая девушка, и как она живет теперь. Я крепко держал руку Беатрис, давая понять, что я рядом.

—На начало лечения у нас были деньги, но дальше пришлось просить у моей тети. Можно сказать,  она полностью оплатила моё лечение. Начиная с больницы, заканчивая всеми лекарствами. Два года я лежала в больнице, изредка отпускали домой, а рядом со мной всегда был папа. Помню, я сильно плакала, когда пришлось бриться налысо из-за химиотерапии. И вот как они отросли за шесть лет, - Беатрис непроизвольно коснулась своих волос. — За первый год не было никакого прогресса, опухоль росла, и всё больше поражало бронхи. Врачи больше не давали прогнозов на выздоровление, и просили готовиться к худшему.

Молчание. Но это молчание так бьет по ушам. Беатрис подняла глаза вверх, останавливая слезы.

—Когда врачи поняли, что никакие лекарства и прочие процедуры не помогают, они решили пойти на риски. Операция. Меня опять отправили на обследование, чтобы убедиться, что её можно проводить. Что опухоль допустимого размера, и не дала метастазов. Мне повезло, словно судьба была благосклонна ко мне.

—И операция помогла?

—Да, иначе бы я тут не сидела с тобой, - от одной лишь фразы, по телу пробежали мурашки. — Мне вырезали поврежденную часть легкого, и сделали все прекрасно. Я провела еще пару месяцев в больнице, и дальше долечивалась дома. Наверное, если бы не тетя Дельфина, и её помощь, я бы и правда не сидела бы тут с тобой. Мне приходиться каждые полгода посещать своего лечащего врача, чтобы исключить какие-либо осложнения.

—Боже, Беатрис, ты невероятная, - стряхнув со щеки Трис слезинки, я поцеловал её в лоб.

—Победить рак, вот что поистине невероятно, и я до сих пор не могу в это поверить. Шесть лет ремиссии...

—Ты, самая сильная девушку, которую я когда-либо знал.

Беатрис постаралась выдавить из себя улыбку, и крепко меня обняла. Всем своим телом, я чувствовал как она дрожит, и это явно не от холода. Казалось бы, обычная фраза, но она так сильно важна человеку. Важно вовремя поддержать, в эти самые минуты.

—Расскажи ты, - слегка отодвинулась Трис, — что произошло в тот день?

—Обычное дело, в таких местах аварии не новость, - как можно увереннее произнес я, только бы избежать ответа на этот вопрос.

—Нет дорогой мой, для гоночных трасс это не обычное дело.

—Все-то ты знаешь, - фыркнул я.

—Прошу тебя.

Тяжело вздохнув, мне пришлось принять поражение. Если не от меня, то от кого-то другого точно узнает. И лучше будет, если всё же расскажу я.

—Это был очередной Чемпионат гоночных машин. Это больше что-то любительское, но все официально и законно. Если бы ты обратила внимание не только на машину в гараже, то заметила бы в коробках грамоты, пару кубков и медали. После случившегося мама решила избавиться от всего этого. За неделю до гонки, мне поступило предложение от NASCAR, - от одного только названия, Беатрис сильно удивилась. — Условие было таково, если я побеждаю на заезде, то становлюсь новым участником сезона Sprint All-Star. Не каждому могут сделать такое предложение, да и еще простому новичку. Значит, ты чего-то да стоишь. В этот раз участвовали я, Гриффин и Тайлер. Все как обычно, первый этап – я победитель, второй этап – я приехал первый. Но на третьем этапе у меня отказали тормоза, я пытался съехать с трассы, чтобы никого не задеть. Запутавшись, и даже испугавшись, я снял руки с руля и просто закрыл глаза, ожидая худшего. В итоге, просто полетел с несколькими переворотами. А проснулся уже в больнице с кучей трубок в моем теле.

Flashback

Блондин нервно накручивал круги в больничном коридоре. Его друга оперируют уже несколько часов. Парень давно перестал их считать, думая, что это ничего не значит.

—Ник! – женский голос, кричавший его имя, вырвал парня из собственных мыслей. —Ник! Что произошло? – женщина, с заплаканными глазами подбежала к парнишке, в надежде услышать что-то хорошее. —Как только ты позвонил, мы на самолет и сюда. Не молчи, Ник! – вновь заплакала женщина.

—Миссис Тамора, - голос парня дрожал, а ком в горле мешал говорить. Проглотив все свои страхи, он продолжил. —Чейз...он попал в аварию, его сейчас оперирую.

—Как..авария? Когда? – в разговор уже подключился мужчина средних лет, когда понял, что его супруга больше не может говорить. Миссис Тамора закрыла руками рот, подавляя истерику.

—Кто-то испортил ему тормоза, и Чейз слетел с трассы. Операция длится уже давно..черт! Я даже не знаю, сколько я тут сижу!

—Ну, ну..дружище, - мужчина обнял Ника, как родного сына. Да что там, мистер Коул давно считал Ника своим сыном.

Резкий звук открывающейся двери, привлек внимание родных Чейза. Из операционной вышел мужчина в возрасте, попутно снимая перчатки с рук.

—Родители Чейза Хадсона?

—Да..да мы, - подтвердил мистер Коул.

—Хорошо. Чейз получил серьезную травму позвоночника, нам потребовалось немало усилий, чтобы вернуть его к жизни. Назовем это чудом, ведь таково оно и есть. Но, скорее всего, Чейз больше не сможет ходить, - через силу выдавил из себя эти страшные для родителей слова мужчина. Миссис Тамора не могла больше сдерживаться и заревела еще больше. Супруг не сводил глаз с врача, пытаясь понять «что же он говорит? Быть такого не может, мой сын и не будет ходить, не несите бред!»

—Нет! Вы говорите полную чушь. Как это не может? Сделайте же что-то, это ваша работа! – закричал Ник. Сейчас Нику было как никогда плохо. Он лицезрел саму аварии. Видел как его друга достают из машины, и тот не подавал признаков жизни. Он единственный из его друзей поехал вслед за машиной скорой помощи. Остальные же дожидались результатов и своего выигрыша. Вот какая была дружба у всех этих парней.

—У Чейза поврежден нерв, отвечающий за двигательную систему пояса нижних конечностей. Еще никому не удавалось восстановить этот нерв, а только приходилось ждать, вдруг он сам восстановиться. И такое бывало, но не во всех случаях, - врач хотел своими словами хоть как-то успокоить расстроенных родителей.

—Так значит, есть шанс, что Чейз все же сможет ходить? – с надеждой в голосе, спросила женщина.

—Есть, но он настолько мал, что многие специалисты просто поставят на данном диагнозе крест. А я верю, и вы верьте.

—Легко сказать, - одной фразой, Ник выразил свое недовольство в сторону мужчины. Парень запустил руки в свои волосы, и с силой сжимал их.

—Мне жаль, - снова заговорил врач, склонив голову. —Через пару часов Чейз проснется и вы сможете пройти к нему.

Мужчина еще раз посмотрел на родителей и поспешил удалиться. Миссис Тамора обессилено упала на кресло, пытаясь понять, как обо всем сообщить Чейзу. Для парня это будет ударом, от которого он еще долго не сможет оправиться.

—Кому приспичило портить тебе тормоза? Этих уродов нашли? – прошептала Беатрис.

Она пустила больше слез во время моего рассказа, нежели когда сама погружалась в воспоминания.

—Прекрати плакать, Трис, не хочу видеть тебя с красными глазами, - сказал я ей, вытирая слезы.

—Прости.

—Зависть, штука серьезная. Туманит твой разум, и ты не думаешь о последствиях. Так все и вышло. Но кто он, я не знаю.

—Мне жаль.

—И мне, Трис.

—Трикси, - вдруг сказала она. — Мне порой так привычнее, когда зовут Трикси, - нелепо улыбнулась рыжая.

—Хорошо, Трикси.

Крепко прижав к себе Беатрис, я был окончательно уверен, что больше никогда ее не отпущу. Не каждому дано встретить человека, с которым за пару дней, чувствуешь себя как дома. Сам человек становится твоим домом.

—Мне уже пора, проводишь до ворот? – поспешно начала собираться Беатрис.

—Идем.

Беатрис собиралась отдать мне кофту, но мне пришлось настоять, что вечером солнце не греет. Приняв поражение, рыжеволосая надела обратно кофту на свое хрупкое тело и застегнула замок. Я поцеловал ее в лоб, и та убежала на остановку.

Зайдя домой, меня встретила мама с встревоженным лицом.

—Вы же не поругались? – тут же спросила она.

—Нет, все отлично, просто был не простой разговор.

—Ты рассказал ей?

—Да, про аварию, и она тоже поделилась с историей из своей жизни.

—Ладно, - выдохнула мама. — Когда про родителей скажем?

—Я скажу. И скажу, когда придет время, - устало произнес я, и поплелся в свою комнату, попутно думая, как все это преподнести в легкой форме.