Мой билет в Барселону

— Извините, мне нужно в уборную, — быстро произнесла я, на ходу оправдываясь, избегая взгляда парня.

Я заметила, как его глаза мелькнули в поисках ответа, как будто он хотел что-то сказать или спросить, но вовремя сдержался. На мгновение мне показалось, что он не собирается отпускать меня так легко, но я уже двигалась в сторону коридора, почти сбегая от этого давления.

Бальде, не понимая, что происходит, кивнул.

— Хорошо, не задерживайся, — сказал он с лёгким удивлением, а я лишь быстро бросила взгляд на Ламина, прежде чем скрыться за дверью.

В туалете я стояла перед зеркалом, пытаясь успокоиться. Всё вокруг казалось немного расплывчатым от алкоголя и переживаний. Я смотрела на своё отражение, пытаясь выровнять дыхание. Нужно было немного времени, чтобы прийти в себя и отступить от всей этой путаницы, которую создал Ламин.

Я поднесла воду к лицу, но услышала шаги за дверью. Чёрт. Я знала, кто это. Пальцы замерли на краю умывальника, когда дверь туалета медленно открылась. Ламин вошёл, не спрашивая разрешения.

— Ты что, решила спрятаться от меня? — его голос был низким, тоном, который я хорошо знала. Он был настойчивым, как всегда, но в нём была какая-то напряжённая твердость.

Я не повернулась к нему сразу. Вместо этого, я продолжила умываться, намеренно медленно, пытаясь вернуть себе уверенность.

— Не усложняй. — сказала я, не скрывая раздражения в голосе.

Но Ламин не ушёл. Я почувствовала, как его шаги всё ближе, его присутствие становилось всё ощутимее. Он стоял рядом, и его отражение в зеркале казалось таким близким, почти тянущимся ко мне. Я не могла игнорировать, как сильно его глаза меня изучают.

— Ты опять пытаешься убежать, — сказал он тихо, но его слова пробивали всё вокруг, заставляя меня замереть. — Ты уже знаешь, что не сможешь уйти, правда?

Я попыталась успокоить своё дыхание, но не могла скрыть, как его слова цепляют. Я обернулась к нему, стараясь не показывать, как он меня сбивает с толку.

— Ты что, не понимаешь? Всё это — глупость, — сказала я, хотя сама не была уверена в своих словах. Чувства уже начинали брать верх. — Я устала.

Ламин не отступил. Его взгляд был сосредоточен, и, несмотря на все мои попытки держать дистанцию, он был слишком близко.

— Я не позволю себе снова потерять тебя, — прошептал он, его глаза не отрывались от меня. Это было больше, чем просто слова. Это было обещание.

Я снова сделала шаг назад, но он был быстрее, его тело почти касалось моего, не давая мне возможности двигаться. Я чувствовала, как внутри всё сжимается. Это чувство... Оно было таким знакомым.

Я попыталась выйти, но он резко встал между мной и дверью, не давая мне пройти. Я замерла, ощущая, как мои нервы сдаются под его давлением. Его глаза не отрывались от меня, и я знала, что он не собирается отпускать меня так просто.

Я нервно хихикнула, пытаясь скрыть растерянность. Но внутри меня проснулось странное чувство — дежавю. Эта ситуация... я будто уже была. Всё как в тот раз, когда он так же стоял передо мной, не давая уйти. Я вспомнила, как мы оба были почти на грани, и всё равно не могли оторваться друг от друга. Это было нечто большее, чем просто встреча двух людей.

— Ты не уйдёшь, — его голос был тихим, но в нём была та же решимость, что и раньше.

Я шагнула назад, чтобы выйти, но парень опять оказался между мной и дверью. Кажется, он даже слегка ухмыльнулся, как если бы знал, что я не смогу просто так уйти.

— Ты помнишь? — спросил он, и его взгляд стал более напряжённым. — Это дежавю, не так ли?

Я стояла, не зная, что ответить. Было слишком много всего в голове, слишком много эмоций, чтобы понять, что делать. Всё, что я чувствовала, — это сильное желание выйти отсюда, но одновременно и неимоверная слабость перед ним. Он был слишком близко.

— Ты меня достал, Ламин, — сказала я, но в голосе уже не было уверенности. Это звучало скорее как призыв к себе, чтобы вернуться в реальность.

Он усмехнулся, поднимая бровь, но не отступил.

— Ты можешь мне что угодно говорить, но я знаю, что ты чувствуешь, — его рука медленно скользнула по моей шее, и я не смогла сдержать дрожь. — Ты всегда это чувствовала, и ты не можешь скрыть этого.

Я замерла, пытаясь вырваться, но он просто не отпускал меня. Его пальцы скользнули по моим волосам, и я почувствовала, как всё внутри меня сжалось. Это было нечто большее, чем просто притяжение. Это было как магнит, который не отпускал, несмотря на все усилия.

— Ламин, отпусти, — прошептала я, хотя уже не была уверена в том, что хочу от этого всего. Я всё ещё боролась, пытаясь удержать ту дистанцию, которая была мне нужна.

Но он не отступил. Вместо этого, он наклонился ближе, и я почувствовала его дыхание на своём лице. Я попыталась сделать шаг назад, но он оказался быстрее.

— Мне так тебя не хватало, — сказал он, почти касаясь губ моих.

Его слова, его близость... Всё это сбивало меня с толку. И я знала, что я не могла просто оттолкнуть его, не могла уйти, как бы я этого не хотела. Я была слишком близка к нему, и его присутствие было настолько сильным, что я не могла сопротивляться.

Мои руки сжались в кулаки, и я чувствовала, как его слова проникают в меня, не давая мне уйти. Я была так близка к тому, чтобы потерять себя, что даже не заметила, как его губы оказались рядом с моими.

Я закрыла глаза, чувствуя, как внутри меня всё начинает сдаваться. Я не могла больше противостоять ему, не могла больше бороться с тем, что было между нами. В голове крутились мысли, но они все сбивались в одну: я не могла от него уйти. Он не позволял.

Когда его губы, наконец, коснулись моих, я почувствовала, как всё вокруг исчезло. Никакие мысли, никакие барьеры. Только он и я, в этом моменте, неважно, что будет потом. Всё, что оставалось — это лишь его присутствие, его сила, и я, безоружная перед этим.

Он глубоко вздохнул, когда мои губы ответили на его прикосновение, и я почувствовала, как его руки обвили мою талию, прижимая меня ещё ближе. Всё вокруг растворилось, и не было ничего важнее, чем этот момент. Я знала, что это не просто порыв, не просто импульс, но что-то намного более сильное и непреодолимое.

— Ламин... — едва слышно прошептала я, пытаясь вернуть хотя бы часть контроля, но его губы, словно отвечая на моё сопротивление, снова нашли мои.

Я не могла остановиться. Всё внутри меня взывало к нему, а каждый его поцелуй становился всё более настойчивым, как если бы он хотел доказать что-то мне... или себе. Но я знала, что в его глазах было нечто большее, чем просто желание. Он хотел что-то большее — и я, кажется, уже не могла этого избежать.

Он слегка отстранился, его взгляд был полон решимости и чего-то неизбежного, как если бы между нами не было места для сомнений.

— Я не отпущу тебя, — сказал он, и я почувствовала, как его слова проникают прямо в меня. Это было не просто утверждение, а обещание, которое я, наверное, не могла нарушить, даже если бы захотела.

Я посмотрела на него, стараясь собрать остатки воли, но всё, что я видела, — это он. Его лицо, близость, сила, которая исходила от него, и я не могла отделаться от этого чувства. Я не могла противостоять.

Его руки стали смелее. Пальцы скользнули по моей спине, исследуя каждый изгиб, каждый миллиметр, как будто он хотел выучить меня наизусть. Я чувствовала, как моя кожа вспыхивает под его прикосновением, как дыхание становится неровным.

— Ты дрожишь, — прошептал он мне на ухо, его голос был хриплым, тёплым, и я почувствовала, как волна мурашек прошлась по телу.

— Я... — я пыталась сказать хоть что-то, но язык запутался в собственных ощущениях. Всё тело отзывалось на него — жадно, будто давно этого ждало.

Он медленно провёл губами по моей шее, ловя каждую реакцию, каждый вздох. Его ладони обвили мои бёдра, и я почувствовала, как он прижимает меня к себе крепче, как его тело становится таким же нетерпеливым, как и моё.

— Скажи мне, что ты хочешь этого так же, как и я, — его голос вибрировал прямо у моего горла, и я с трудом удержалась, чтобы не потерять контроль.

— Не надо...— выдохнула я, вцепившись в него пальцами, как будто он был единственным, что держало меня на плаву.

Он отступил всего на секунду, чтобы посмотреть мне в глаза. В них — пламя, желание, и эта безумная нежность, от которой мне хотелось раствориться. Его пальцы коснулись подола моего платья.

— Прошу доверься мне. До конца.

Он стянул с меня платье, будто делал это не в первый раз, будто знал, как мне нравится — медленно, с трепетом, но с внутренним огнём, который уже невозможно было сдержать. Я чувствовала, как его взгляд скользит по моему телу, прожигая каждую точку, словно ласкает уже одним лишь вниманием.

— Ты с ума сводишь меня, — выдохнул он, проводя пальцами по моим рёбрам, по бокам, ниже, обрисовывая контуры, словно хотел выучить каждую линию.

Его губы опустились на мою грудь — не спеша, с едва уловимым, почти мучительным касанием, от которого я выгнулась навстречу. Он целовал, прикусывал, царапал чуть-чуть зубами, заставляя меня терять связь с реальностью. Моя спина выгнулась под ним, дыхание сбилось, я больше не могла думать — только чувствовать.

Его ладони скользнули вниз — по животу, к бёдрам, и остановились на моем белье. Он посмотрел на меня снизу вверх, как будто спрашивал разрешения, хотя знал, что я уже вся — его.

— Давай уже, — прошептала я, хрипло, почти с мольбой.

Он одним движением избавил меня от последнего барьера между нашими телами. Я почувствовала, как его пальцы находят меня — и касаются так, будто он читал по мне, будто слышал, где именно мне нужно больше, глубже, сильнее. Я не сдерживалась. Моё тело отзывалось на него каждым нервным окончанием, каждым дрожащим вдохом.

Он оказался между моими ногами, целуя внутреннюю часть бедра, всё ближе, всё ниже, пока я не застонала, вцепившись в его волосы. Его язык скользнул по мне, и я потеряла счёт времени. Он доводил меня до предела — и не отпускал. И только когда моё тело задрожало в предвкушении, он приподнялся, прижал меня к себе, и я почувствовала его — горячего, готового, и уже просто необходимого.

— Ты уверена? — спросил он, тяжело дыша, сдерживая себя из последних сил.

Я кивнула, обвивая его ногами, притягивая ближе.

— Возьми меня.

И он вошёл в меня — медленно, глубоко, с тихим стоном, и в этот момент всё исчезло. Больше не было ни прошлого, ни будущего — только мы. Его движения становились быстрее, ритмичнее, пока всё во мне не взорвалось волной удовольствия, которую я не могла контролировать. Я тонула в нём, а он — во мне.

Мы были единым целым. До последней капли дыхания. До последнего толчка. До тишины, когда мы, обессиленные, остались сидеть рядом, сплетённые, ещё пульсируя в одном ритме.