Глава 12.
Ещё раз заглянув в глубину зелёных глаз, Эктор кивнул и поспешил покинуть помещение. Хоть слова Карреры и прозвучали грубо, это было единственно верной в этот момент вещью, которую должен был услышать Гарсия.
Напряжение спало с плеч девушки, и она наконец-то сняла сдавливавшие ноги до боли туфли. Холодный бетон коридора неприятно обжёг горевшие ступни, но это было всяко лучше. Этот маленький эпизод успел заметить Форт, заглянувший в окошко металлической двери, чтобы в крайний раз увидеть эту непокорную особу.
Переваривая всё вышесказанное, Габриэль начала вспоминать о собственном тяжёлом пути становления. Развод родителей украл у девочки возможность учиться в хорошей школе, так как сеньорита Аврора попросту не могла финансово потянуть её прежнюю. Это был первый удар в 9 лет, вторым стала болезнь мамы в 13 лет.
У старшей Авроры итак еле хватало денег сводить концы с концами, и всё же она старалась дать лучшее своей дочери. Но когда мама заболела, малышка Габи решила взять в свои руки часть обязанностей. Она взвалила на себя всю работу по дому, усердно училась, засиживалась в библиотеке, пока не работала.
Конечно, подросток не может устроиться на справедливо оплачиваемую работу в столь юном возрасте, поэтому Каррере приходилось перед школой и после неё до самой ночи работать посудомойкой, уборщицей, сиделкой. Она брала абсолютно любую подработку, которая только попадалась в руки.
Каждый евро, каждый цент были на счету. Огромная часть денег уходила на лекарства.
Пока мама могла работать, они хотя бы немного откладывали, но когда болезнь поразила самого родного на свете человека до такой степени, что она просто лежала и изредка вставала с постели сходить в туалет, Габриэль не могла себе позволить жить, как нормальные подростки.
Она никогда так и не побывала на ночёвке у подруги, не купила чудесное бальное платье на выпускной, не сходила с мальчиком на свидание. Ведь до самого конца школы Габриэль только работала, училась и ухаживала за больной матерью.
Из-за постоянной занятости она так и не обзавелась школьными подругами, была лишь одна девочка, которая хотела общаться с Каррерой и видеться, но не могла из-за постоянной занятости первой.
В период с 9 до 13 лет Габи пыталась заслужить уважение отца, получить его расположение, но новая пассия, настолько опоенная ароматом денег, просто заставила сеньора Карреру вычеркнуть дочь из своей жизни.
И даже, когда в 15 лет девочка, пришедшая в слезах от невозможной усталости, промокшая из-за ужасного ноябрьского холодного дождя, оказалась у порога отчего дома и попросила помощи на лечение матери, ей попросту захлопнули дверь перед носом.
Тогда-то Габи и поняла, что ни в коем случае нельзя опираться на мужчину, нужно строить всё самой. Она начала работать ещё усерднее и даже лично ходила к директору школы попросить ей пройти последние два класса за один год. Директор всё понимала и пошла навстречу девушке, разрешив сдать выпускные экзамены в 16 лет. После этого Габриэль планировала пойти работать, но ночь выпускного бала была омрачена звонком из больницы: любимой мамы не стало.
Дальше смысла работать не было, жизнь до похорон вообще стёрлась из памяти. Единственным лучом света стали блестящие результаты за экзамены - директор школы лично поручилась за воспитанницу перед престижным испанским университетом.
Каррера получила полное финансовое обеспечение и смогла выучиться по специальности, которая её действительно интересовала. В университете тоже не получилось обзавестись множеством друзей в силу возраста. Большинство одногруппников ходили в клубы, куда она попасть не могла, так как по закону ей даже не продали бы алкоголь в магазине.
Были лишь 2 славные девушки, соседки по общаге, которые стали старшими сёстрами малышке Габи - они помогали младшей по учёбе, готовились вместе к экзаменам и просвящали её во все тонкости "женского мира".
На 3 курсе университета они вместе основали компанию. Директором стала Габриэль, так как по натуре была лидером. После окончания университета старшие разъехались по разным концам земли и открыли филиалы в новых странах. Одна девушка переехала в Аргентину, а вторая в Австралию. Габриэль вновь осталась одна, так что решила полностью посвятить себя работе и за несколько лет даже смогла скопить хороший капитал.
Все эти мысли настолько глубоко поглотили девушку, что время пролетало эфемерно быстро, а она продолжала сидеть на холодном полу. В мире теперь ничего не имело значения, ни этот матч, ни ноющие от боли ноги, ни то, что ей уже давно надо было стоять возле Мелиссы и наблюдать за игрой.
В это время на поле просвистел свисток, означавший начало 2 тайма. Эктор сидел на скамейке, но теперь совершенно с другим настроем. Он наблюдал за игрой с внимательностью коршуна, выслеживающего добычу.
Этот разговор несомненно перевернул восприятие неудач у парня. Человек, которого Форт успел возненавидеть, неожиданно под ручку вывел его из лабиринта собственных сомнений. Иногда наш худший враг - наш самый близкий друг.
Команда продолжала бегать по полю, стараясь держать оборону, ибо во втором тайме у Реала словно открылось новое дыхание. Королевский клуб начал оказывать давление, фолить на ключевых игроках и играть «по-грязному». Начались замены, мяч, как косячок на подростковой тусовке, переходил от игрока к игроку. К концу 2 тайма счёт сравнялся и удвоился - 2:2. Это лишь означало, что команд ждёт дополнительный тайм.
Педри высматривал глазами девушку среди зоны Барселоны, но её не было нигде, словно она провалилась сквозь землю. Уходя под трибуны, он кивнул Мелиссе с очевидным вопросом, но та лишь замотала головой.
Это взаимодействие не осталось незамеченным Эктором. Он прекрасно понимал, кого высматривал Педри. Но сейчас не было на это времени, финал на носу. Тогда он, уходя за командой под трибуны, достал из сумки запасные тапки и пачку пластырей. Передал вещи фотографу, произнеся кроткую фразу:
«Служебный выход, 1 этаж, коридор в сторону улицы. Я ничего не говорил».