Красная нить

Очередной теплый осенний денёк даёт повод накинуть поверх футболки куртку, надеть кеды и выпрыгнуть из квартиры, оставляя по ту сторону двери бьющую из колонок громкую музыку, гору недописанных рефератов и кричащую убраться комнату.

Нет, Чонгук не грязнуля, совсем наоборот, очень чистоплотный и хозяйственный, что и дало повод родителям доверить сыну самостоятельное проживание в двухкомнатной квартире совсем недалеко от института.

Нет, он не хвостист, что вечно заваливает сессии. Более того, по некоторым предметам он получает зачёты автоматом, ибо «примерный студент».

И нет, он не относиться халатно к личному пространству других, вечно надоедая, аки обычная молодежь, то ночными вечеринками, то, как сейчас, громким прослушиванием музыки.

Просто надоело.

Надоело вечно находиться в ожидании появления <b>её</b>.

Чтобы не путаться, и не вводить в непонимание, предлагаю начать сначала...

········
Однажды, лет так в 16, Чонгук стал свидетелем того, как на его глазах хрупкое запястье мамы, что готовила завтрак уже опаздывающему в школу любимому младшему сыну, обвязала тонкая, красная нить. Парень бы и дальше не замечал ее, приняв за браслет, пока нить не пустила продолжение, стала тянуться, пока, наконец, не обвязала запястье отца, что сидел напротив и вдумчиво читал газету.
Сказать, что Чонгук удивился - ничего не сказать. Шок его был настолько потрясающим, что он даже не смог поблагодарить маму за старания. Лишь молча снял со спинки стула рюкзак и отправился в школу, оставляя позади удивленные взгляды родителей.

После этого инцидента парень все чаще стал замечать, как запястья людей чудесным образом обрамляются тонкими алыми нитями, концы которых чаще бывают свешены, беззаботно волочась за хозяином запястья.

Подростком Чон был, мягко говоря, замкнутым, несмотря на большую любовь и поддержку со стороны родителей. В жизни тинейджера не последнее место играет такой институт социализации, как школа - и вот тут начинаются довольно банальные проблемы в виде иерархичной ступени.

Единственным верным другом парня был старший брат - Чанёль - которому Чонгук мог рассказать все, что угодно,не боясь в последствии быть осмеянным. И вот, когда маленькая проблемка в виде «чертова красная-глюко-нитка» достигла предела терпимости - это когда Чон стал замечать ее на всех, включая себя - он откинулся на кровати брата, который усердно учил биологию, и позвал:

– Чааан

– М? – промычал тот в ответ, не отрываясь от прочтения и помечая в книге что-то карандашом.

– Кажется, я схожу с ума.

Старший брат перевел серьезный взгляд, загнул уголок страницы, чтобы не забыть, и отложил книгу.

– Ты о чем? – спросил он, повернувшись на стуле к брату и слегка наклонив голову в сторону. Чанёль хорошо знал интровертичную натуру брата, и был уверен, что если он что-то рассказывает, то это серьезно и требует внимания.

Чонгук присел на кровати и в груди проснулось чувство сомнения. «Может не надо? Может пройдет?» вторило сознание. Парень перевел взгляд на запястье Чана и , увидев свободный конец нити, решился.

– Понимаешь... – начал Чон и рассказал брату все. Рассказал, что уже некоторое время видит на запястьях людей связующие красные нити: какие-то с соединёнными концами, какие-то - нет. Рассказал, что, после некоторых наблюдений, стал замечать — те, что не связаны, обычно быстро разбегаются, других же, даже после крупных ссор, снова сводит нить.

– То есть – немного заторможено, спустя несколько минут молчания, подал голос Чанёль – ты говоришь, что можешь видеть истинные пары?

Чонгук ничего не ответил, лишь в глазах читалось сомнительное « Да?».

Не зная, как на такое реагировать, Чан лишь громко выдохнул. Повисла тишина.

– Забей – выдает Гук на одном дыхании и обратно валится на кровать – я действительно сошел с ума...

Чанёль, немного подумав, вдруг выдает:

– Сможешь доказать?

········

Приятный поток холодного осеннего воздуха бьёт в лицо, стоит лишь выйти из подъезда. Решив немного прогуляться, парень сворачивает в сторону аллеи, что издали напоминает художественную картину какого-нибудь художника.

Чонгук повыше тянет ворот куртки, жалея, что не взял шарф, и сует руки в карманы, замедляя шаг и принимаясь рассматривать проходящих мимо людей.

Со временем, это стало что-то типа хобби - искать «сведённых судьбой».

Разобравшись получше в своей способности, он с интересом первое время разглядывал окружающих. Вот, например, прямо сейчас, немного дольше от Гука, идет парочка. Они невинно перекидываются фразачками, то громко хохоча, то смущённо отводя взгляд, и ведь надеются на долгие отношения... Но только Чонгук знает, что об отношениях здесь речи нет, ибо у девушки нить свободно болтается на запястье, а у парня - отведена далеко. Это значит, что он уже встретил свою половинку, но не спешит ее признать. К своим двадцати двум годам он встречал и замужних людей, которые отнюдь не являлись истинными, но от чего-то упорно терпят друг друга, забывая скандалы и обиды. В большинстве случаев такие браки случаются  по расчету.

Потом, когда Чон перерос подростковый возраст, а с ним ушла и застенчивость с боязнью людей, когда он начал знакомиться с большим количеством народа ( годам так к двадцати), решил заделаться Купидоном. А почему бы и нет, собственно? Для него не составляло труда подтолкнуть нужных людей друг к другу. Миссия значительно облегчалась, если, как уже говорилось, люди встречались даже в самой непринуждённой обстановке. Так он и завел большой круг друзей, но, несмотря на это, лучшим его другом всегда оставался хен, который уже начал ординатуру в одной и Сеульских больниц, стал очень занетым, но все равно находил время для младшего брата.

Так, в один день, явившись после работы, уставший, не успев перешагнуть порог квартиры Чонгука, Чанёль поймал удивленный взгляд брата на запястье, затем хитрый прищур, и улыбку до ушей.

– Только не говори, что...–не успевает он закончить, как...

– Хеоооон – счастливая улыбка брата, что, кажется, сейчас лицо треснет.

Чанёль лишь шумно выдыхает и, наконец разувшись, проходит внутрь квартиры, бубня что-то типо «Этого только не хватало» и « Свалился мне на голову».

– Кто она? Сколько ей лет? Она красивая? Высокая или низкая? Она работает с тобой? Вы уже успели пообщаться? – и Чанёль думает, что  сейчас или его любимый братик выйдет в окно девятого этажа без парашюта, или он сам.

– Давай не сейчас? Я ужасно устал– выдает он и скрывается за дверью в ванной.

С тех пор Чанёль так и не познакомил брата с суженой, все время находя отговорки.

Теперь наступил такой период, что Чонгук все реже задумывается, когда же придет его черед. Все время кидая судьбе «Ну когда уже? Я тут не молодею!», он ждёт и ждёт, а злощастная красная нить на запястье все так и болтается, отказываясь с кем-то спариваться.

Чон уже измучился представлениями своей будущей второй половинки. Он перевстречался со многими(всё-таки, судьба судьбой, а животные инстинкты надо удовлетворять), собирая для себя образ той единственной. Она будет ниже него на несколько сантиметров, у нее будут средней длинны темные волосы, черные-черные глаза, красивая, подтянутая фигура, длинные ноги, упругий зад, неплохих размеров...так, унесло не туда.

На самом деле, оставляя шутки в стороне, Гук давно решил, что примет свою половинку такой, какая она будет. Он вдоволь насмотрелся на драмы, где один из партнёров брезгливо отвергает другого лишь из-за внешности, и такие ситуации его злили.

В общем, да. Судьба не очень-то и спешила его с кем-то сводить.

Нагулявшись вдоволь, хорошенько промерзнув, но удовлетворив свое любопытство в справедливости распределения истинных, парень возвращается домой и принимается за рутинную работу, после чего заваливается спать.

········

Мерзкий будильник не даёт досмотреть приятный сон, и Чон, успев обматерить всех и вся, встаёт собираться в институт.

Сборы не занимают у него больше получаса, и он, не забыв закрыть квартиру, направляется в институт, что находится буквально в пяти минутах ходьбы.

– Джей Кей! – слышит он недалеко, и даже не оборачивается, потому что знает, что ему не избежать пылких объятий друга. Да, так и происходит.

– Хосок-хен, отлипни – шутя и посмеиваясь, толкает парня Чон. Знакомьтесь, Чон Хосок - "жертва" Чон-хренов-купидон-Чонгука, по совместительству одногрупник и хороший друг. На самом деле, парень на два года старше, вот только что он забыл на пятом курсе, Чонгук не поймет. Одна радость - его девушка может кое-как сдерживать его всеживоетискательный пыл.

–Чонгукиииии – подбегают с другой стороны и Чонгука снова заключают в объятья. «За что?»- думает Гук, но:

– Привет, Бэкхен-хен. – ещё один друг- супер красавчик Бен Бэкхен. На самом деле, его нить тоже с кем-то связана, но Чонгук никак не может в этом разобраться. Прямо спросить он не может, следовать по пятам тоже не может, а на хитрое «Бэкхен-хен, когда ты уже найдешь девушку?» получает лишь « Потом, сейчас некогда».

– Вы слышали, на этой неделе зачислили новеньких на наш курс – информирует Хосок за разговором. – может, там будут какие-нибудь красотки?

– Тебе Джису яйца оторвёт – шутит Чонгук, а Бэк звонко смеётся.

– Чё ты ржешь? – обращается Хосок к Бёну – я, вообще-то, тебе это говорил.

– А чего только мне? Вон, Чонгук тоже ходит без девушки, а ты только ко мне прикопался! - возмущается тот.

– У Чон-бабник-Чонгука девушек было больше чем соли в море, а ты так и помрёшь девственником!

Бэкхен густо краснеет и обиженно уходит в свою аудиторию, ибо парни дошли до универа.

– Ну и зачем ты так? – ещё улыбаясь спрашивает Чон, подходя к доске с расписанием, что висела на стене в фойе. К слову, народу тут было - не пройти, но Хосок, гордо расталкивая всех подряд, всё-таки расчистил дорогу.

– Девятая аудитория – информирует он, затем поворачивается – Чонгук?

Однако Чонгук отказывается откликаться. Для него вообще весь мир становится на паузу, как в фильмах, и он видит только как его нить наконец начинает скользить по вектору направления, лавируя между толпой стоящими людьми.

Сердце учащает ритм биения. Тук. Тук. Тук. Слышно, как оно бьётся. «Сейчас»- проносится в голове. Тело бросает в холодный пот, кончики пальцев покалывает от ожидания.Тук. Тук. Тук. «Наконец».

Так, Чонгук, дыши глубже.

«Сейчас ты ее увидишь».

Взгляд скользит за нитью и наконец достигает запястья. Тук. Тук. Тук.

Стоп.

Сбой в системе.

Как-то не очень запястье походит на женское. Тааак. Чонгук закрывает глаза и с шумом выдыхает. Ещё раз.

Спокойно. Человек стоит спиной и кого-то слушает. Может девушка-томбой и любит одеваться в мужские вещи! Широкая спина.« Вообще-то, это не обязательно должна быть модель! Да, да! Может, она спортсменка! » думает Чон, а потом « А каких единоборств? Боксерша что ли?!»- лицо искажается, будто он только что откусил неплохой кусок лимона. На самом деле, спина красивая, ровная, с виднеющейся из-под просвечивающей рубашки мужской талией. « Уж лучше боксерша!»

Так, дальше: короткие светло-русые волосы. Хэй! Это сейчас модно! Все девушки так стригутся. Да, да!

–Тэхен!– зовёт кто-то, и объект разворачивается так, что можно видеть профиль. Вот! Уже лучше! Вполне себе нежные черты лица! Тэхен - прекрасное женское имя!

Так Чонгук тешит себя, пока объект мужским, низким, бархатным голосом не отвечает:

– Иду, Чимин-хен!

А в голове Чонгука только «Тотальный пиздец»...