Chapter seven
—что?! Что значит перейду? НАХАЛЫ! Я НЕ КАКАЯ-ТО ВЕЩЬ! КТО ВАМ ДАЛ ПРАВО МЕНЯ ОТДАВАТЬ КОМУ-ТО, СЛОВНО КУКЛУ? Я НЕ ИГРУШКА?!—кричала Шнайдер, подорвавшись с места. Братья взглянули друг другу в глаза и на их лицах появились нездоровые улыбки.
—Дашенька, успокойся—начал Герман, вставая с дорогого кресла.
—успокойся?! Ты мне так просто это говоришь?!—удивлённо спросила та, чувствуя, как слезы подступают к глазам—я ведь надеялась, что ты поможешь мне—первая мокрая дорожка появилась на щеке Даши. За ней последовала и вторая.
—разве он тебя не спас?—подключился к разговору Голубин старший, видя то, как Гера обходит стол и идёт к «жертве», он проделал то же самое.
—зачем я вам?—рыдая, спрашивала брюнетка. Но никто не ответил. Герман подошёл с девушке, нежно хватая за подбородок. Он взглянул в её глаза. Боль и некая обида отражались в них. Слезы запеленали зрачки, и эта картина вызывала тысячу мурашек на его коже. Он провёл большим пальцем по фарфоровой щеке, обводя контур пухлых бледных губ, после чего оттянул нижнюю. Губы блондина накрыли её губы... Это было неожиданно. Герман нежно двигался во рту кареглазой, пока та пыталась оценить в ситуацию и принять какое-либо решение.
Но долго поцелуй не продлился. Глеб вырвал девчонку, словно тряпичную куклу, из рук брата и уже жадным, требовательным, властным поцелуем ворвался в ротик молодой особы. С остервенением кусая и без того закусанные до порезов губы, он прибавил нотку грубости, схватив её за шею.
«оставь её на десерт»- кричало сознание парня, но искушение было настолько велико, что просто так он не мог оторваться.
Всё таки подавив в себе животное желание овладеть её прямо тут, на столе, в кабинете младшего брата, тот оторвался от неё, смотря на запуганную до смерти Дашу.
Ужасно!