Озвучивание не поддерживается в этом браузере
Глава 8 - «Огни, книги и чужие руки»
---
«Часто самые важные моменты — это не битвы. А тишина. Когда ты сидишь рядом с кем-то и не боишься быть собой»
— Дивергент, Вероника Рот
— И что это за место? — Джисон оглядел вывеску клуба с неоновыми буквами "Vortex".
— Хз, у него было классное описание на сайте: «Открытость. Свет. Честность». Ну типа... звучит безопасно, — пожал плечами Минхо.
— Безопасно для кого? — пробурчал Джисон, входя внутрь.
Музыка сразу врезалась в уши. Басы били в грудную клетку, свет переливался всеми цветами бифлагов, а в углу кто-то уже без рубашки водил руками по чужой груди.
Бармен в глиттере подмигнул Минхо.
— Минхо... — начал Джисон, но потом остановился.
— Что?
— Это гей-клуб.
— Да ну? — Минхо притворно вскинул бровь, — Я думал, это фестиваль единорогов и самопознания.
— Пошёл ты, — рассмеялся Джисон, — Но... остаёмся?
— Конечно. У тебя задница слишком красивая, чтобы её не оценили.
Тем временем, Чанбин и Банчан шли по ночной улице. Воздух был прохладный, но не зябкий. Банчан держал руки в карманах, а Чанбин нёс в одной руке колу, в другой — телефон, но экран был потухшим. Он не читал. Просто держал.
— Слушай… — начал Банчан, — тот поцелуй…
— Не начинай, — отозвался Чанбин быстро, но не грубо. — Это было. Просто… было.
— Да. — Банчан кивнул. — Но ты не жалеешь?
Чанбин остановился, посмотрел на него в свете фонаря.
— Я больше жалею, когда молчу.
Банчан улыбнулся. Улыбка была не дурацкая, а такая, как бывает у людей, которые что-то поняли про себя.
— Это была хорошая глава, — произнёс он.
— Чего?
— У нас. Сегодня. Как в книге. — Он помолчал и добавил:
— Я бы не стал её вырывать.
На другом конце дома, в комнате, пахнущей страницами и тёплым светом, Чонин лежал на животе, листая книгу. Сынмин — рядом, на спине, раскинув руки.
> «Сила — это не в том, чтобы не бояться. А в том, чтобы делать то, что страшно», — читал Сынмин вслух.
— Эта книга — будто про тебя, — сказал Чонин.
— Про меня?
— Ну да. Ты же вроде из тех, кто делает, даже когда дрожит.
— А ты из тех, кто наблюдает и делает выводы.
— И что?
Сынмин повернулся на бок, уткнулся лбом в плечо Чонина.
— И мне это нравится.
— А мне нравится, когда ты читаешь медленно.
— Почему?
— Потому что я могу разглядывать твоё лицо дольше.
Сынмин усмехнулся. Его пальцы дотронулись до руки Чонина, чуть-чуть, мимолётно.
— Ты снова краснеешь.
— Я не…
— Не ври. Ты весь как Искренность. Прозрачный.
— А ты — как Бесстрашие, — прошептал Чонин, глядя в его глаза. — Только в постели, наверное, больше анархия.
Сынмин усмехнулся, притянул его ближе.
— Хочешь, я докажу?
В клубе Минхо стоял у бара, наблюдая, как Джисон танцует. Не как герой фильма. Не как бог сцены. Просто... с закрытыми глазами.
Впервые без страха.
Впервые не для кого-то, а для себя.
Минхо улыбнулся. Не мог оторваться.
Это было красивее любой постановки.
Настоящее. Редкое.
И он вдруг понял:
В этой жизни он не хочет проиграть.
А в комнате Чонин и Сынмин заснули, укрывшись пледом, книга лежала между ними.
Открытая на странице с подчёркнутой цитатой:
> «Я выбираю быть собой. Даже если это не вписывается в систему».
---
Комментарии