Часть 23
- Не думаю, что правильно меня поймешь, - улыбнулась Мэй.
- Но ты меня поняла, так почему думаешь, что я не пойму тебя?
- Даже и не знаю с чего начать... Когда мне было где-то года три-четыре, в дом напротив переехала семья и мама потащила меня знакомиться с ними. Она как-то сразу сдружилась с женщиной и мужчиной. У них был сын, на год старше меня. Я тогда не любила с кем-то знакомиться и тем более дружить. Увидев меня в тот день в гостиной, он держался поодаль. Почти каждый день мама вместе со мной приходила в этот дом. Мы с тем мальчиком все время переглядывались, но подойти никто из нас не решался. Так прошло около недели и получилось так, что родители ушли в кухню, а мы с ним остались одни в комнате. Сидели на разных краях дивана и то и дело встречались взглядами. Тут он встал, подошел ко мне и картавя сказал: "я - Рик!", - на лице девушки появилась легкая улыбка, - я назвала свое имя и так мы начали дружить. Виделись почти каждый день, когда стали постарше ходили гулять в лес, правда, далеко не уходили. Потом построили вон тот дом, - Мэй показала на десятиэтажное здание, - и мы стали ходить туда, на крышу, иногда задерживались до позднего вечера, потому что не могли оторваться от звезд. Помню, как мама ругала меня, говорила что туда ходить опасно, а мы все снова и снова убегали от всего мира на крышу и любовались видом на небольшой городок. Когда были классе в шестом, договорились и, встретившись ровно в три часа ночи, пошли в лес. Ходили там где-то час с фонариками, пугаясь каждого шороха, а потом, пока еще было темно, решили зайти на крышу. Дня за два до этого наш общий друг уехал в другой город и даже не отвечал на звонки. Поэтому мы дали обещание, что никогда не оставим друг друга в одиночестве. Вернувшись домой, нас наказали на месяц. Мы могли видеться только в школе, но этого было мало и поэтому каждую ночь встречались у одного из фонарей и стояли там где-то полчаса. Даже не знаю, зачем. Всего полчаса, но мы успевали говорить обо всем. Так глупо. Прошло примерно полгода. Наступил октябрь. Однажды, Рик не появился ни на одном уроке. После школы я зашла к нему домой. Дверь открыл его отец и сурово сказал, что его нет дома. На следующее утро мама разбудила меня и сказала, что... что семья Рика уехала. Она знала об этом две недели. Об этом знал сам Рик и даже ничего не сказал, - голос Мэй слегка задрожал, - Он...он нарушил обещание, он оставил меня одну. А... спустя несколько дней пришел конверт, на котором не было обратного адреса и отправителя. В этом конверте лежала наша фотография и сзади было написано "прости", а в углу, мелким почерком, его почерком, написано "вдребезги". Я долго думала, зачем он написал это слово. Как-то после школы я решила сходить на крышу. Впервые за все время я поднялась туда одна. На двери маркером было небрежно написано "поднеси огонек". Я не сразу поняла о чем идет речь, а, придя домой и увидев фотографию я поняла, что что-то написано невидимыми чернилами. Я смогла прочитать это предложение:"ты вдребезги разбила меня, я вынужден разбить тебя, прости". С того момента я начала его ненавидеть. Он сказал, что я разбила его. Как я это сделала? Он просто уехал, ничего не объяснив. Решил сделать больно... А вчера как ни в чем не бывало появился в нашем доме. Я успела отвыкнуть, но он снова появился с миленькой улыбкой, в надежде, что я буду рада... как же он ошибся.
- Улыбнись.
- Что?
- Улыбнись. Тебе идет улыбка. Улыбайся чаще..вдруг..кто-то влюбится в твою улыбку, - Адам посмотрел на Мэй. Уголки ее губ слегка приподнялись, - Вот и хорошо. А теперь послушай. Помнишь ты обещала, что не уйдешь? Вряд ли ты теперь поверишь, но я обещаю, слышишь?, обещаю, что не уйду от тебя. Всегда буду рядом. Для этого Рика это были лишь слова, но для нас нет.
- Такое замечательное чувство, когда веришь человеку, - девушка улыбнулась и посмотрела прямо в глаза Адама.