40 глава
На следующий день Такемичи даже не успел допить свой обеденный чай — Майки, Кен и Мицуя ворвались в дом буквально с порога.
— Вставай, одевайся! — заявил Майки, подталкивая Мичи к лестнице.
— Мы идём гулять! — добавил Кен, забирая у него кружку прямо из рук.
— Чего сидеть дома, лето же, — спокойно сказал Мицуя, с лёгкой улыбкой поправляя воротник на рубашке Такемичи.
Такемичи пытался сопротивляться: — А если я не хочу?
— Тогда мы тебя вынесем! — ухмыльнулся Майки и подмигнул.
В итоге Такемичи просто сдался, переоделся в лёгкие шорты и свободную футболку. На улице было тепло, море пахло свежестью.
Спустя полчаса они уже шли по длинной набережной — впереди плескались волны, чайки кричали, воздух был солёный и тёплый. Майки шёл рядом с Мичи и пытался незаметно обнимать его за плечи каждые пять минут. Кен шёл чуть позади и постоянно говорил:
— Хватит его мять, дай человеку нормально прогуляться.
Мицуя купил всем по баночке холодного лимонада и вдруг сказал: — Смотри, Солнышко, видишь пирс? Когда-то я с друзьями туда приходил запускать бумажные кораблики. Давай тоже попробуем?
— Ты серьёзно? — фыркнул Такемичи, но глаза зажглись.
— Конечно, — подмигнул Мицуя.
В итоге вся четвёрка устроилась на деревянном пирсе. Кен мастерил самые большие бумажные лодки, Майки — самые странные, а Мичи и Мицуя писали на маленьких корабликах желания. Такемичи на свой написал «Хочу, чтобы все мои альфы не сожрали меня заживо» и кинул в воду.
— Ну ты и драматичная омега, — рассмеялся Кен и потрепал его по волосам.
Майки пододвинулся к Такемичи и шепнул ему прямо в ухо: — Ну тогда нам придётся съесть тебя нежно.
— Иди ты, Майки! — Мичи скинул его в воду. Майки с грохотом плюхнулся и всплыл с недовольным лицом.
После пирса они ещё долго гуляли вдоль берега — ели мороженое, слушали уличных музыкантов, дурачились, а Такемичи чувствовал себя одновременно самым уставшим и самым счастливым омегой на свете.
— Спасибо вам, — сказал он, когда они уже возвращались домой. — За то, что просто есть.
— Ещё бы! — ухмыльнулся Майки и обнял его, всё ещё слегка мокрый после своего полёта в воду.
Когда они вернулись домой, Такемичи первым делом пошёл в душ — смыть солёный воздух, липкость от лимонада и остатки Майкиного «обнимательного террора». Майки и Кен в это время разложили пакеты с купленными на набережной морепродуктоми — там были тунец, криветки и угорь . Мицуя помогал на кухне разогревать чай.
— Ну что, — сказал Кен, ставя перед Такемичи чашку с горячим зелёным чаем, — ты как? Не устал? А то мы тебя замучили этой прогулкой.
— Не устал, — фыркнул Такемичи, кутаясь в домашнюю рубашку. — Даже наоборот. Я рад, что вы вытащили меня. Хотя Майки мог бы не кидаться в воду...
Майки тут же подлетел, ткнул его пальцем в щёку: — Не ной! Ты сам меня скинул! Зато теперь все желания с корабликами точно сбудутся.
Мицуя с улыбкой наблюдал за ними и сказал: — Знаете, что я думаю? Надо повторить что-то подобное, только всей толпой. Всех позовём — Чифую, Баджи, Коко, Инупи, даже этих двоих — Рана с Риндо…
Такемичи на секунду побледнел: — Рана с Риндо? На пляж? Они же там устроят драку или утопят меня за компанию!
— Ну и что, — ухмыльнулся Кен. — Мы их за ноги привяжем к лежакам.
Майки вдруг подался ближе, обнял Такемичи сзади за талию и притянул к себе: — Ну или посадим тебя на колени и будем следить, чтобы никто тебя не трогал.
— Опять начинаешь! — вздохнул Такемичи, но на лице у него появилась тёплая улыбка.
Потом они ещё долго сидели за столом, обсуждали, куда поедут в следующий раз. Майки на полном серьёзе предложил: — А давайте всем гаремом в аквапарк? С сауной и горячими бассейнами…
— Да ты просто хочешь Мичи в купальнике, — фыркнул Кен.
— Я хочу увидеть его в купальниках! — заявил Майки и чуть не получил подзатыльник от Такемичи.
Ночь закончилась тем, что они втроём уснули прямо в гостиной — на полу, под одним большим одеялом. Такемичи лежал посередине, уткнувшись носом в мягкий бок Майки и переплетясь ногами с Кеном. Мицуя сидел рядышком, прислонившись спиной к дивану, и тихо смотрел на них, думая, что их хаос — самый уютный хаос на свете.