Глава 28
------------------------------------------------------------
Неделя прошла незаметно. Вьюга за окном с каждым днем становилась все сильнее. У детей отменили школу из-за погоды и они проводили все свое время на базе. После той трагедии в каньоне прошла целая неделя, но еще никто не смог прийти в себя после шока. Арси до сих пор лежала и не вставала из-за боли в спине, а Саундвейв еще не разу не просыпался. База была охвачена тревогой и безмолвной тишиной.
Тем временем мед отсек
Речет стоял возле аппаратуры и старался стабилизировать показатели. Вливание энергона нельзя было пропускать из-за того, что связист был и так слаб. С каждым днем надежда а то, что связист выживет и станет таким как прежде ослабевала очень быстро. Дыхание бывало срывалось на хрип, а температура скакала. Несмотря на мутный страх перед смертью связиста врач хотел сохранить его жизнь. Саундвейв был нужен для Оптимуса и...у них должен был быть ребенок.
Что касается Прайма, то он приходил к связисту каждый день. Ранен он или уставший - неважно. Он все равно шел в палату. Мысль о том, что это конец не давала ему покоя. Неделя прошла, а Саундвейв так и не очнулся. Чем это может закончиться....
------------------------------------------------------------
Понедельник. Речет с Нокаутом стояли у мониторов и о чем-то говорили; Арахнида, Бамблби, Уилджек и Балкхед были на миссии, а Оптимус сидел в темном уголке зала и что-то записывал в книжку. Теперь он стал тем кем он был раньше: спокойный, уравновешенный и безэмоциональный лидер автоботов.
Перо нежно скользило по белому листку бумаги оставляя после себя красивые и аккуратные слова. Моментами он макал "ручку" в чернильницу и снова продолжал писать. На его лице не играло ни одной эмоции. Пустые глаза были втуплены в бумагу и будто бы не замечали ничего вокруг себя.
Вдруг тишину прекратил звук открывающевося партала. Прайм не пошевелился. Он одним глазом взглянул в сторону вашедших и с тяжелым вздохом продолжил писать. Но вдруг на его плечо кто-то положил руку. Повернув голову он увидел Мегатрона.
Мегатрон: Ты хорошие пишешь сочинения, но нам нужно поговорить по душам, глаз на глаз.
Оптимус: О чем поговорить?
Мегатрон: Ты знаешь...
Оптимус: *повысил голос* если это касается Саундвейва, то я никуда не пойду!
Мегатрон: Оптимус, пожалуйста. Тебе нужно проветриться на свежем воздухе. Ты сидишь на базе уже неделю и ни ногой в тот мир не выходишь! Давай, давай! Рэчет, открой Земной мост в лес, пожалуйста!
Доктор знал, что задумал Мегатрон. Прайму и в правду было нужно побыть на свежем воздухе, но никто не решался ему это сказать. Открыв мост Речет подождал пока Десептикон засунет в него Прайма. Через 2 минуты воронка закрылась и на базе воцарилась полная тишина. Тяжело выдохнув доктор повернулся к Арахниде которая стояла между Балкхедом и Бамблби и спокойно ответил:
Речет: это ему во благо!
Арахнида: надеюсь.
***
Мегатрон шел в глубь леса держа Оптимуса за руку. Снег под их ногами прятно хрустел из-за мороза. Продираясь через густые заросли камыша Гладиатор уверенно вёл Прайма в лес.
Оптимус: куда ты меня тащишь? Поговорить с глазу на глаз - это не значит гнать меня в глубь леса!
Мегатрон: я хочу кое-что тебе показать и если ты сейчас не смолчишь, то я тебя понесу на плече.
Оптимус: да какое ты имеешь право?!
Мегатрон: Вот такое! Дружеское!
Не отпуская руки автобота Мегатрон шел в перед, но вдруг его дернуло назад. Он не мог больше тянуть Оптимуса. Будто тот приклеился к снежному полу. Повернув голову назад он увидел, что из руки Прайма тянется черная нить которая зацепилась за ближайший ствол дерева. Оптимус тем временем уставился в землю и не показывал ни одного признака жизни.
Мегатрон: ладно...давай начнем разговор здесь.
Оптимус: а давай мы его совсем не будем начинать!
Голос Оптимуса начинал срываться на крик. Он тяжело дышал, но было видно что он трясется от злобы и ярости. Синие волосы свисали с головы и прикрывали лицо автобота из-за чего нельзя было увидеть его эмоций, но и без того можно было понять, что тот не в самом лучшем настроении.
Оптимус резко поднял голову. Его волосы снова улеглись в привычном ему виде. Повернувшись к Мегатрону он измерил того с ног до головы. Прайм старался притушить свои эмоции, но Мегатрон все-равно увидел яркий огонек ярости в его глазах. Было такое ощущение будто бы Прайм сейчас забудет о нынешней ситуации и набросится на десептикона как на своего врага. Но он продолжал стоять неподвижно, держась за дерево черным канатом.
Оптимус: что ты хотел мне сказать? Что Саундвейву станет лучше и у нас с ним все будет хорошо? Что мне нужно верить в лучшее? Что у Речета и у Нокаута все получится и они смогут снова его поставить на ноги? Ты это хотел сказать?
Мегатрон: А ты что? В это не веришь? Что с тобой стало, Оптимус? Ты себя видел?
Оптимус: со мной все хорошо!
Мегатрон: с чего ты это взял?
Оптимус: я не тащу людей просто так в лес!
Оптимус резко вырвал свою руку из хватки десептикона. Он повернулся к Мегатрону и начал прожигать в нем дырку. Десептикон встретился с черным глазом в котором пылал белый кошачий зрачок. Голубой глаз который остался неповрежденным сейчас был наполнен яростью и огнем битвы.
Оптимус: я знаю кто с Саундвейвом так поступил! Я убью Старскрима, я убью всех десептиконов которые станут у меня на дороге!
Мегатрон вздрогнул и отступил немного назад. Эти слова как игла вонзились ему в сердце. Он такого удара со стороны своего друга явно не ожидал.
Опустив голову он закутался в свое пальто. Он начал нервно переминаться с ноги на ногу ища какого-то выход. Но ему не пришлось искать какого-то ответа на дерзкое словечко Оптимуса. Автобот вовремя пришел в себя.
Оптимус: Мегатрон, я...я не знаю что на меня нашло. Прости, я не о тебе говорил. И не о всех остальных десептиконах, которые у нас на базе. Они стали моей семьёй. Я просто... в последнее время так много всего произошло, что я просто... я запутался! Я не знаю, что мне делать дальше! Если Саундвейв умрет, как я буду жить без него? Тогда какой смысл в этой битве? Помоги мне принять правильное решение. Пожалуйста. Я не могу справиться один.
Мегатрон поднял голову и посмотрел на Прайма. Впервые за эту неделю он увидел как он изменился: сильное тело теперь казалось уставшим, голова соно клонилась вниз, а синие волосы уже не были такими яркими. Тяжело выдохнув и улыбнувшись Мегатрон подошел к автоботу и положил тому руки на плечо.
Меатрон: я понимаю. Ты волнуешься за Саундвейва. Это естественно. Я тоже волнуюсь за Бамблби: как он перенесет беременость, что может произойти с ним завтра. Все эти вопросы у меня начинают крутиться перед сном, но...нужно как-то идти дальше. Мы же не сдаемся. Правда?
Оптимус: Я устал. Я на этой неделе вообще не спал. Писание в книге меня немного успокаивает, но не надолго. Мегатрон, я не могу идти дальше. Давай просто присядем и поговорим. У меня уже ноги трясутся.
Оптимус отпустил черный канат и бессильно упал на холодный снег. Его руки тряслись, но не из-за холода, а из-за страха и безысходности. Запрокинув голову к небу он начал тяжело дышать выпуская изо рта облачка пара. Глодиатор увидел как за эту неделю автобот похудел, но...как это возможно? Как за такой короткий срок можно так похудеть?
Мегатрон: Оптимус, а почему ты так похудел? Я конечно понял, что ты не доедал из-за шока, но чтобы на столько...
Оптимус: Это не из-за недоедания.
Мегатрон: А из-за чего?
Оптимус: эта черная жижа *он показал пальцем на свой черный глаз* очень много жрет энергии. В прямом смысле этого слова - оно просто высасывает из меня все, что есть. И из-за этого я так похудел. Я старался надевать одежду такую...более пышную, чтобы никто этого не заметил, но...стоп. Как ты это заметил?
Мегатрон: вот держи...
Десетикион что-то вложил в раскрытую ладонь автобота. Оптимус устало опустил голову и посмотрел на свою руку. На ней лежал камешек с рисунком оленя.
Оптимус: Мегатрон, подарки не возвращают.
Мегатрон: знаю, но он тебе больше нужен чем мне.