Два одиноких сердца

Малфой. Ну да, конечно, это он. Кто же ещё может так «грациозно» ползти? Холёный, наглый и до бесконечности высокомерный, так и хочется ему подгадить чем-небудь... И ведь ничего толком-то и не умеет, а раздувается так, будто он умеет всё на свете! Я уже сталкивался с ним сегодня, у мадам Малкин, когда мы с папой зашли за моей формой. Он тогда стоял на скамейке, выставив грудь вперёд так, как будто он был королём каким-небудь, не меньше. Мне стало интересно, и я прочитал его память за пару секунд. Да, за счёт моей огромной ментальной силы я могу прочитать память человека практически за мгновение. Вот такой вот я везучий на всякие плюшки. Так вот, прочитанное мне не понравилось совсем. Если сначала я думал, что у этой человеческой особи мужского пола есть хоть какие-то причины так высокомерно себя вести, то, после увиденного мной «кино», я убедился в ошибочности моих выводов. Это просто ребёнок с раздутым самомнением. Всё, больше ничего. Ни-че-го! Но давайте вернёмся к нашим баранам.

— Что, Поттер, нашёл себе ещё одну подружку? — сказал этот... прилизанный глист. Да, точно, глист! Буду теперь всегда его так называть!

— Отстань, Малфой! — Вдруг завопил тот рыжий «друг». И... всё? Это всё, что он может сказать?.. М-да... Негусто...

— А то что, Уизел? Что ты мне сделаешь? Заплачешь в мамину юбку? Или начнёшь кулаками махать, как твой папаша? — начал язвить этот гусь... Нет, бедная птица тут не причём, не нада её оскорблять... А тем временем страсти накаляются. Они что, тоже драться будут?.. И да, мои предположения оказались верны. Уже через пару секунды этот рыжий с воплями Тарзана бросился вперёд, прямо на Малфоя. Но я опять оказался быстрее. Всё ещё листая книгу, я слегка прищёлкнул пальцами и эти двое сразу же остановились под воздействием моей магии.

— Если хотите устроить ещё одни «бои без правил», то найдите себе другое место. Здесь нечего делать невоспитанным дикарям вроде вас, — я добавил в свой голос жёсткости, и подпитал своей магией, чтобы они одумались, а потом ещё раз щёлкнул пальцами и магия, повинуясь моей воле, понесла этих двух недотёп на выход из помещения. — ...Совсем уже обнаглели... — недовольно бурчу себе под нос, закрывая ту самую книгу, что держал в руках всё это время и отправил её магией на вершину моей стопочки. И дальше пошёл между книжных полок, ища новые книги, и стараюсь не замечать шокированных взглядов оставшейся компашки.

***

После того, как я выбрал себе ещё небольшую стопочку книг, я нашёл отца и мы пошли на кассу оплачивать мои сокровища. О, из-за тех клоунов и увлечением разглядывания книг я и не заметил, что тут проводился «митинг» широко известного Гилдероя Локхарта! И нет, я не верю в тот бред, что он написал. Нет, в сами-то подвиги я верю, но я не верю, что эти подвиги он сделал сам. Я прочитал все семь его книг и в целом это хорошие романчики. Для женщин. И сами истории были написаны грамотно, но... Всегда это «но»! Но хронология событий между книгами очень меня... смущает? Да, думаю так. Например, книга «Тропою троллей», действия происходят весной и временным диапазонном длится всю весну. Но вот несостыковочка: в книге «Я — волшебник» события происходят в то же время и в тот же год, но в совсем разных местах! И это не просто опечатка — таких несостыковок очень много. И я не верю, что это просто случайность. У меня два варианта: либо всё это выдумка, либо... Либо Локхарт украл эти подвиги у других, а с настоящими героями он что-то сделал. И что-то мне подсказывает, что второй вариант очень даже возможен. Я никогда не был сказочником и всегда смотрел на мир реалистично. И никогда ни кем не восхищался до такой степени, чтобы не видеть такую наглую ложь.

Но самое хреновое это то, что этот «герой» будет учить нас Защите от Тёмных Искусств! Кошмар! Это же придётся весь первый — я надеюсь только первый! — курс учиться ЗоТИ самому! Хотя... Кому я тут заливаю? Для меня-то это будет проще-простого, но вот для других... Эх-х...

После книжного магазина мы с отцом пошли за моей волшебной палочкой. Интересно, какая она будет? Из чего сделана? Поскорее бы придти!

И вот, через минут пятнадцать, мы наконец-то пришли. Хм. Кругом пыль, грязь и просто неистовый срач... Но ладно, не будем о весёлом! Хм? А я вижу, что кое-кто пытается аккуратно тянуть ко мне свои ментальные щупальца. Хех. Так вот как Олливандер узнаёт имена всех своих посетителей ещё до того, как они представляются. Он просто наполовину Эмпат и может читать мысли, но это все его возможности в Эмпатии. Старик не может ни читать эмоции, ни передавать их — предрасположенность к Легиллименции, это всё, на что хватило его дара. Но я немного отвлёкся. Когда этот «читатель» понял, что не сможет меня прочитать, то он переключился на моего отца. Вот только фигушки ему — я уже давно защитил папу от таких вот «мозгоклюев». На всякий!

— И кто же ко мне пожаловал? Не представитесь, молодые люди? — проскрипел голос в темноте, тем самым заставив слегка вздрогнуть моего отца. Но только слегка — папа у меня тренированный, его таким не напугать, я старался, хе-хе...

— О, здравствуйте, мистер Олливандер! Я Ксенофилиус Лавгуд, а это моя капусточка, Ангела! Мы пришли за его первой волшебной палочкой, — проворковал отец. Ну зашибись, теперь я ещё и капуста...

— Конечно, конечно, сейчас мы найдём, несомненно, вашу волшебную палочку, молодой человек, — проговорил старик, беря в руки металлическую линейку. — Какой рукой предпочитаете колдовать? — спросил он у меня, подходя ко мне.

— Без разницы, я амбидекстер, — когда я был совсем малышом и только-только учился брать в руки ложку, я наблюдал за родителями и старался держать ложку как они. Получалось немного кривовато, но, если уж я чем-то увлекусь, то не успокоюсь, пока не добьюсь своего. И, когда я уже в совершенстве овладел своей правой рукой, выяснилось, что я, оказывается, левша! Папа с мамой тогда знатно так прифигели... Вот так вот я и стал «двуруким». Да и магичить я привык без палочки, а в беспалочковой магии не нужны всякие там слова и непонятные фигуры — захотел и колданул.

— О!.. Тогда, это нам не понадобится, — мистер Олливандер посмотрел на линейку и, откинув её в сторону, скрылся между стеллажами с волшебным палочками, бурча себе под нос. — ... Амбидекстер, надо же, давно я таких не встречал...

Минут через пять Олливандер появился, держа у себя в руках коробочек десять, не меньше. Я взял протянутую мне палочку, но я, даже не беря её в руки, понял, что она не моя. Магические каналы этой палочки мне не подходят — слишком жёсткая.

— Нет, нет, определённо нет, — старик выхватил палочку у меня из рук и дал другую, но эта тоже не подошла, впрочем как и следующие шесть. А вот восьмая оказалась моя — такая же гибкая и нежная. Для своих. Но, если надо будет, то она станет несгибаемой, словно скала и сносящей все препятствия на своём пути. Хех, прямо как я. Белое, словно мрамор, лакированное дерево с шипами у рукояти и изумрудными прожилками по всей длине. Невольно вспомнился тот парень из книжного... Хи-хи, кое-чего явно не хватает...

— Белоснежный Терновник и кровь Белого Фестрала, десять дюймов, очень необычное сочетание, единственная в своём роде. Как она была сделана я не знаю, её сделал сын родоначальника моего семейства и, до этого дня, она никого не выбирала, — задумчиво проговорил Олливандер и чуть придурковато улыбнулся. — А вы необычный клиент, мистер Лавгуд?

Эх, знал бы он насколько я необычный...

— Вы правы, сэр, но я думаю, что вы немного поспешили со своими выводами, — я загадочно улыбнулся и взял в руки последнюю оставшуюся палочку. Такие же мраморно-белое дерево, шипы у рукояти и прожилки, только уже насыщенного пурпурного цвета и она тоже десять дюймов. А сами палочки выглядят словно сёстры-близнецы.

— О Мерлин! Да вы просто аномалия какая-то! — раздухарился старик. И было от чего. Ведь эта палочка мне тоже подошла и ничуть не хуже первой, скорее они дополняли друг друга. Я понял это ещё когда Олливандер только вернулся с коробочками у себя в руках. Потоки магии нельзя скрыть. Я разглядел «внутренности» палочек ещё до того, как Олливандер начал свой «ритуал». Я мог бы сразу взять свои палочки, да только дядьку расстраивать не хотелось... Ну любит человек фигнёй пострадать, мне, что, жалко, что ли? А тем временем мистер Олливандер продолжал одухотворённо вещать. — Эта палочка сделана из того же самого Белого Терновника, что и ваша первая, и эти палочки являются сёстрами. Но сердцевиной этой палочки является перо Таинственного Феникса. Говорят, что этот Феникс мог видеть всё на свете, от его взгляда нельзя было спрятаться. Считалось, что Таинственный Феникс это сама Мать наша Магия. Но его уже не видели более двух тысяч лет, он исчез примерно в тоже время, когда была сделана эта палочка. Это чудо мира было сделано основателем моего рода, Джерейнтом Олливандером. Хозяин у палочки тоже первый.

— Первый и последний. Ведь терновник никогда не предаёт... — говорю я на автомате, задумавшись про этого Таинственного Феникса. Ох, чувствует моя жо... То есть, Интуиция, что что-то  ещё будет... Я определённо ещё услышу про этого Феникса и не раз...

Мистер Олливандер уже хотел что-то сказать, как, вдруг, от одного из стеллажей раздался непонятный звук, похожий на маленький взрыв. А потом что-то прилетело прямо ко мне в руки. И этим чем-то оказалась волшебная палочка. Тоже терновник, но только угольно-чёрного цвета и тоже с шипами у ручки и серебристыми прожилками.

— М-д-а, всё чудесатее и чудесатее... — пробормотал Олливандер себе под нос. — Угольный Терновник и кровь Белого Фестрала, одиннадцать дюймов. Эта палочка является сестрой вашей первой палочки с кровью Белого Фестрала, ведь Фестрал был один и тот же. Верная, как и любой терновник, и жёсткая, порой жестокая, но только когда близким нужна помощь, — отрапортировал Олливандер, а потом как-то странно на меня посмотрел. — Но это...

— ...не моя палочка, — закончил я за него, задумчиво рассматривая палочку у меня в руках, — верно. Она не принадлежит мне, но я чувствую в ней что-то родственное, родное... Эта палочка хочет, чтобы я взял её с собой и помог ей найти своего хозяина. И я даже догадываюсь, кто это может быть... — уж не он ли это?