4
Двэки выглядывает из-за сугроба. Ему подарили шубку с длиннющим мехом и махровый шарф, закрывающий все лицо свино-кролика. Сейчас он был на охоте. Внимательный поросёнок уже давно заметил, что за ним и Бан Чаном следит подозрительная пара - ласка и лиса. Петачковый малыш незаметно сбежал от своего волка и скакал по сугробам за белой зверюшкой. Только ласка залезла на дерево, Двэки тут же принял это как вызов и после попытки взобраться в варежках по стволу, тут же падал в снег. Бан специально завязывал Двэки так, что бы малыш не смог снять с себя ничего и не замерз. Но розовенький не сдается, он берет шишку, обваливает ее в снегу и со всей силы бросает в ласку. Это было так неожиданно для нее, что зверек тут же слетел с ветки с писком. Джинирет с писком высовывается из снега, держится лапками за спину, куда пришелся удар шишкой и вертится в агонии, будто туда прилетела дробь. Внезапно посреди этого представления, ласка оборачивается на Двэки и зарычав мчится к поросе. Напуганный свино-кролик громко пищит от страха и пытается бежать по сугробам, но быстро передвигаться в шубе по сугробам больше тебя сложнее во много раз. Ласка нагоняет жертву и цепляется за капюшон, начиная дербанить поросенка. Пух летит в разные стороны под рычание, визги и хлопья снега разлетающиеся вместе с пухом. Двэки отчаянно натягивает капюшон, пока гибкий противник вертится вокруг и пытается укусить свинку за живое. Раздается быстрый скрип снега и Джинирет останавливается, а после с визгом отцепляется от Двэки. Свино-кролик поднимает голову и видит, как Бан Чан пытается удержать ласку, но та все время выскальзывает как кусок мыла и пытается сбежать. Поросенок встает из снега, его недавиче пушистый капюшон был как шкура избитой собаки – подранный, склоченный и мокрый. Двэки встает из снега и цепляется за меха Бан Чана. В это время ласке удаётся выскользнуть из рук волка. Она быстро скачет между сугробами, подальше от парочки. Но Двэки уже не унять и указывая в след за Джинирет :
- В погоню!
Но Чан не двинулся с места, пока поросенок не забрался да его руки и не шлепнул по пальцам, крича уже громче:
- НЕ МЕДЛИ! В ПОГОНЮ!!!
И после такого Бан Чан побежал за лаской. По сугробам большой волк передвигался в разы быстрее маленького свино-кролика. Однако даже ему было трудно догнать юркого белого зверька среди снегов. Но при этом они не отставали, до того момента пока она не скатилась по склону. Там уже волк и свино-кролик догнали Джинирет и она была поймана в тески голых рук Бан Чана. Двэки ликовал в кармане, постоянно высовываясь и падая обратно на дно. Чан аккуратно встал из снега, стараясь не навредить зверьку, что громко и драматично пищал. В какой-то момент раздался крик:
- Что ты творишь!? ИРОД!!!
К Бан Чану подбегает блондин в белой шубе и хватает за руки
- Отпусти зверя. – Требует он, нервно тряся руки Чана
Бан Чан отпускает и ласка запрыгивает в рукава Хенджина, который явно недоволен видеть волка так близко к их с Чонином домом. Парень упирается руками в боки и злобно смотрит на Чана.
- Вам что совсем заняться нечем?! Взрослый мужчина, а бегаешь по лесу и ласок чужих ловишь! Ну что за глупости! Вот у таких родителей совсем потерянные дети! Стыд и позор!
Хенджин поправил свой пушистый капюшон и, продолжая возмущаться, уходит от Бан Чана и Двэки. Так грубо волка еще не отчитывали, даже тявкнуть не дали, поругали и ушли. Невиданное хамство. Теперь Чан будет сидеть дома и грустить.
Хван, когда отошел подальше от волка, спрятался за кустами и следил что бы парочка ушла. Только после этого он пошел к из земляночке. Внутри все было по старому, котел с супом на огне, рядом лежит мокрый от снега лисенок, а под слоями одеял и шкур лежит Чонин, пораженный ознобом. Джин снимает свою шубу, берет с камина миску Аена и наливает туда горячего супчика. Присаживаясь на кровать к больному, Хенджин ласково теребит макушку торчащую из под шкур.
- Ена-а. Давай, выползай кушать.
Чонин медленно высовывает свою красную моську и смотрит на Хенджина с мольбой. Малыш хлебушек явно хочет поспать еще больше. Ему так плохо, что он не отказался бы даже от удара по голове, лишь бы потеряться от реальности как модно дольше, желательно пока не выздоровеет. Чонин медленно и не без помощи Хвана садится. Хван прикладывает руку ко лбу малыша. Горячий. Но уже слабее. Аену трудно есть даже с ложечки Хенджина. Кусок в рот не лезет, он заставляет себя запихивать в себя суп. Хенджин еще долго сидел и приласкивал своего больного лисенка.
- Скорее бы мы закончили с этими двумя и пошли куда-то где гораздо теплее. Там ты в миг выздоровеешь. Вот увидишь.
Ена улыбается и слабенько тянется к Хенджину в объятия. Голую и потную спину обдает прохладой. Чонину хотелось зарыться в шкуры потеплее и одновременно с этим освежиться в снежку.
Двэки, наблюдающий за всей этой картиной из малюсенького окошка над кроватью, затянул капюшон и потрусил по сугробам обратно домой, пока Бан Чан не спохватился.