Облако в тени

Скажите все огромное спасибо Фоксе, которая подбила меня на ещё несколько глав по этому ОС х Канон пейрингу!

Главы почти никак не связанны между собой, это просто маленький сборник небольших, но каноничных для шипа Мейли/Макак драбблов.

Приятного прочтения! ^^

_______

Макак смотрит в зеркало, крепко сжимая края раковины, на которую упирается. Руки трясутся.

Как он позволил себе настолько расслабиться, чтобы не заметить, как исчез гламур с лица? Как мог позволить ей увидеть это извращение? С другой стороны, почти невозможно не растаять под нежной ладонью любимой девушки, которая ласково зарывается в тёмный мех на голове, перебирает его пальцами.

Но сейчас тёплые прикосновения не имеют смысла. Она заметила его уродливый шрам на пол лица. Увидела белый, пустой, слепой правый глаз. Что она подумает? Что скажет? Для чего ей такой выродок?

Стук в дверь ванной комнаты, в которую Макак пулей вбежал, как только понял, что случилось, заставил вздрогнуть. Вспомнить, что он всё ещё в квартире Юн.

— Макак, — мягкий, тёплый с нотами беспокойства голос слышится из-за двери. — Открой мне дверь, пожалуйста.

— Не сейчас, — отказывается демон теней, накладывая на изуродованное лицо гламур.

Мейли больше не стучится. Стоит за дверью. Он слышит её дыхание. Старается уважать его желание, но при этом нервничает, волнуется за него.

Чёрт! Это должен был быть тихий вечер, проведённый в обнимку за просмотром старого фильма. А он всё испортил!

Хотелось сбежать, скрыться в тени и вернуться в додзё, где он будет предоставлен сам себе. Но нельзя так поступать с той, кто тревожится за него и ждёт, когда дверь откроется.

Странно. Мейли увидела его без гламура, так? Неужели она на испугалась? Не подумала о нём плохо? Хотя Юн не из тех людей, которые прямо скажут о том, что им не нравится, так что не стоит удивляться, что она всё ещё не выставила его из квартиры.

Набрав воздух в лёгкие, Макак поворачивает замок в двери ванной, щелчок, и в ту же секунду дверь распахивается. Воин встречается взглядом с шоколадноволосой девушкой.

— Как ты? — спросила она, теребя пальцами рукава мятного свитера. Переживает.

— В порядке, — отмахивается Макак. Может, если вести себя так, будто ничего не было, то всё забудется?

Мейли промычала, явно не впечатлилась игрой Шестиухого. Она, может, и наивная, но сейчас даже слепой поймёт, что демон явно не в порядке.

— Ты... снова наколдовал... маскировку? — замялась она, пытаясь подобрать правильный термин.

Вся надежда Михоу опустить эту ситуацию рухнула, как и надежда провести этот вечер друг с другом спокойно и без происшествий.

Хвост застучал по плитке ванной комнаты, янтарные глаза забегали, не желая встречаться с яркими изумрудами напротив.

— Макак, — мягко попыталась надавить девушка, чтобы тот сказал хоть что-нибудь. Но это тоже не вариант, ведь есть слишком личные темы, а они встречаются всего-то месяца три. — Я хочу поговорить с тобой, но пойму, если ты желаешь избегать эту тему, — она обхватила одну из его ладоней своей, нежно сжав.

Теневой хочет ответить, сказать, что лучше забыть об этом и притвориться, будто всего этого не происходило. Но сможет-ли он, зная, что она видела его истинное лицо?

— Я... Не знаю, — Макак отворачивается, отходит снова к раковине, выпуская руку Юн, и смотрит в зеркало над ней. — Почему ты так спокойна?

— В каком смысле? — не понимает девушка, делая шаги в его сторону и вставая рядом. Отражение в зеркале, как и Мейли, смотрит на Макака.

— Ты увидела меня без гламура.

Так вот, как эта вещь называется. Надо запомнить.

— И что? — уточняет Юн.

Да, это было неожиданно - повернуться к любимому и увидеть, что правого глаза нет, хотя он точно всегда там был. Лишь слепая белизна. Это заставило впасть в ступор, которого хватило, чтобы Макак всё осознал и с огромной скоростью вылетел из комнаты, оставив зеленоглазку в тишине и замешательстве.

— Ты не хотел, чтобы я этого видела. Почему?

— Потому что это уродство! — шипит воин, опуская голову и впиваясь пальцами в края раковины.

— Вовсе нет.

— Ты видела всего несколько секунд, — спорит Михоу. — Ты не можешь судить.

— Так дай увидеть больше, — просит Юн.

Макак совсем немного поднимает глаза. Ему страшно. Он не хочет терять её, не хочет, чтобы она ушла, оставила его одного.

Но это ведь не первый раз, когда он раскрывает замаскированную часть перед ней. Мейли видела его уши, все шесть. И вопреки опасениям воина, девушка влюбилась в эту его особенность, могла частенько просить показать их вновь, чтобы аккуратно прикоснуться и наговорить множество комплиментов.

Макак вздыхает, проводил ладонью снизу вверх рядом с правой стороной лица, проявляя проходящий через правый глаз шрам.

Демон теней поднимает голову, собирается посмотреть на своё отражение в зеркале, но его щёки быстро обхватывают тёплые ладони и поворачивают голову прямо к Мейли. Лучше уж так, чем он посмотрит в зеркало и накрутит себя снова.

Рванная линия спускается от виска вниз, олицетворяя безжалостное сражение воина. Янтарный глаз с левой стороны лица ярко блестит, а вот правая часть выглядит...

— Ужасно? — прервал тишину демон теней. — Просто скажи.

Мейли нахмурилась немного. Как можно так плохо говорить про себя? Ничего не ужасно! Но надо как-то иначе...

— Я же говорила, что люблю тебя, верно? — спросила она, как будто ушла от темы.

— Да? — не понимает Макак смену вектора разговора.

— А теперь я люблю тебя ещё больше.

Макак открыл рот, но ни единое слово не могло найти выход. Он уже был готов к горькой правде, даже к оскорблениям. Но это...

Обезьяна уставилась в изумрудные глаза напротив, ожидала увидеть ложь, обман, которые так часто встречались в его жизни. Но он смотрел в своё отражение в любящем взгляде смертной.

— Болит? — спросила та нежно, стараясь вывести любимого из ступора.

— А? — вздрогнув, очнулся Макак, после минуты погружения в путающиеся мысли, одно из ушей дёрнулось. — Только если сильно надавить...

Мейли кивнула и медленно, еле касаясь прошлась пальцами по шраму от его начала со щеки вверх до его окончания у виска.

По телу демона теней пробежала дрожь, хвост скрутился вокруг его ноги, сжал. Несмотря на уязвимое положение, Шестиухий закрывает глаза, наклоняясь к ладони девушки. Его руки поднимаются, чтобы обвить её талию и прижать ближе.

— Ты... Совсем не думаешь, что он уродливый? — тихо спросил Михоу.

— Вовсе нет, — просто, быстро ответила Юн, даже не задумываясь, а потом умудряется удивить Люэра ещё сильнее, поднимаясь на носочки и легонько прижимаясь к части шрама над веком губами. Демон затаил дыхание. — Я же сказала, что люблю тебя теперь ещё больше. Потому что теперь вижу тебя полностью настоящего, — опережая его вопрос, добавила Мейли.

Макак немного посмотрел на неё, усмехнулся и поднял её на руки за бёдра, покрутившись вокруг своей оси.

— Макак! — хихикнула довольно маленькая девочка в обличии взрослой девушки.

— Не представляешь, как сильно я тебя обожаю, — не скрывая радости от того, что его приняли и таким, проговорил Макак.

— Меня не волнует, какие "дефекты"... — показала она воздушные кавычки. — ... у тебя есть. Главное, что в твоём сердечке, — ткнула Юн ему в грудь пальцем, когда тот опустил её на пол. — И потом, твой брутальный шрам очень даже добавляет твой шикарный образ сильного воина, — продолжает восхвалять демона она. — Я бы себе тоже такой хотела, — Макак хлопнул глазами, поднял одну бровь. — Перебор?

— Перебор, сахарок, — кивнул он с улыбкой. Перестаралась она с похвалой. — Но спасибо, я чувствую себя намного лучше.

— А знаешь, что заставит тебя чувствовать себя ещё лучше? — протянула зеленоглазая.

— Фильм с вкусняшками?

— Фильм с вкусняшками! — подтвердила радостно девушка.

Макак хмыкнул, наклонился, чтобы поцеловать очаровашку в щёчку и пошагал в комнату вслед за Юн, которая увлекала его за собой, несмотря на безобразный шрам на его лице. А может, эта отметина не такая уж и уродливая?