9 часть.
POV Tae:
—Сукин сын, да ты просто используешь мои нервы в своё ублажение. Ненавижу!—крикнул Гуку в след, когда тот уже достаточно нормально отошёл от кухни и скрылся в длинном коридоре.
От брата остался лишь лёгкий аромат дорогого одеколона, парящий в воздухе и понемногу растворяющийся в этой шокирующей обстановке. В голове резко проскальзывают последние, будто током бьющие, услышанные слова Чона. Из-за них сердце быстро пульсирует, отдавая неприятные колющие ощущения. Больно, что такой посыл я слышу в свою сторону.
«Жопа у тебя охуенная. Сегодня снова повторим»
Пальцы на руках начали сжиматься аж до побеления костяшек, а зубы сильно стискаються. Я злобно смотрю всё также на ту дверь, в которую Чонгук недавно уходил, ухмыляясь и довольно радуясь моему побледневшему от шока лицу. Я старался терпеть и пытался сдерживать свои эмоции, которые так и просятся вылезти наружу. Чувствую, что скоро не сдержусь и наваляю этому придурку за все его издевательства надо мной, считая их ещё с самого раннего детства и к нынешнему времени. С каждым днём я понимаю, что чувство обиды и жалости самого же себя накапливается во мне ещё больше, и настанет момент, когда я не смогу контролировать эмоции. Мне в душе настолько ужасно, что просто хочется беспрерывно кричать, пытаясь дальше успокоиться словами:" Смирись. Потом может повезёт." Мне это надоело! Я просто не понимаю, что я такого сделал, что Чонгук ко мне так ужасно относится? Что? Если его настолько сильно бесит моё существование, то пусть просто отстанет от меня навсегда и вовсе не обращает внимание. Эти высокомерные слова, наглый тон и издевательские действия. Надоело, самого это бесит. Он разве не знает, что у меня тоже есть чувства и что своим отношением ко мне может сделать больно? Даже если и знает, то все эти проделки делает специально, чтобы удовлетворить себя моими реакциями. Но я ведь не игрушка, чтобы ко мне относились, как захотят. Я человек, как и все остальные и заслуживаю лучших отношений со стороны своих близких, считая конечно же сюда и свою семью. Все мои родные и дорогие для меня люди не пытаются даже поверить в мои возможности, так о какой речи должна идти моя самореализация? В противном случае я позволю дать волю своим эмоциям и похуй какие там будут последствия. Меня и так уже добивают, как могут.
Поправив на себе футболку, я снова кинул короткий взгляд на дверь и повернувшись в противоположную сторону, начал идти к лестнице, поднимаясь на второй этаж к своей временной комнате. Сегодня хоть и у меня учебный день, но так как я себя плохо чувствую, весь вымотанный и обессиленный из-за плохого морального состояния, решусь пропустить школу. Всё равно со мной родителей нету и они мне не будут прочитывать лекции за пропуски важной учёбы.
Входя в комнату, я тихо закрываю за собой двери, опираясь об неё спиной и медленно спускаюсь вниз. Глаза сами по себе крепко сжимаются, не давая возможности проскользнуть с век хоть одной капли слезы, которая вот-вот хочет вырваться из меня. Нижняя губа жалко подрагивает, боясь издать из себя вопль. Как же я сейчас ничтожно выгляжу. Моё внутреннее состояние просто разрывается и даже не может определиться, кому можно пожаловаться о своей никчёмной жизни и довериться? Родителям—нет. Друзьям—не вариант, не поймут. Чонгуку—никогда в жизни. Больше никого у меня нету... Придётся утешать самого себя дурацкими словами, настраивать на лучшее будущее и мастерски притворяться перед кем-либо счастливым парнем, жалко улыбаясь и на вопрос:"Как ты?", всегда отвечать: "В порядке".
Вдруг за спиной слышаться настойчивые стуки в дверь и доносящийся голос двоюродного брата, который выводит меня из душевного, подавленного морально, состояния.
—Неженка, поднимай свой зад и собирайся в школу. Опоздаешь и тебе крышка.—предупреждает Чонгук, продолжая стоять за дверью.
—Я не пойду сегодня на учёбу. Неважно себя чувствую.—кратко ему отвечаю и на ватных ногах поднимаюсь с пола.
Страшно сейчас представить, какая там реакция на лице Гука возродилась? Наверное снова сделает своё угрюмое выражение и что-то замыслит сделать. От него можно ожидать всё, что угодно.
—Что ты там вякнул? Я сказал тебе быстро собирайся и вали в школу!—повышает тон голоса и ухватывается за ручку двери, дёргая и пытаясь её открыть, но потом понимает, что всё это безнадёжно, ведь дверь оказывается закрыта на замок.
—Просто...оставь меня на время в покое, прошу.—тихо, почти полу шёпотом произношу слова и сажусь на край кровати.
—Тэхён, ты снова меня не слушаешься? Забыл про наказания?—раздражённо сводит брови к переносице.
«Моим наказанием являешься только ты»
—Я потом сделаю по дому всё, что ты мне скажешь, но сначала дай мне немного отдохнуть. Пожалуйста.
—Неженка.—додаёт последние слова Чон и уходит на первый этаж, оставляя меня одного со своими мыслями.
***
—И так, твоя задача помыть полы на первом, втором этаже, протереть пыль со столов и убраться в моей и своей комнате. Потом ты должен выучить домашние задания на завтра и успеть ещё научится готовке одного блюда.
Ничего себе, он конечно захотел. Я ему уборщик или домработник что-ли? У меня не останется сил, чтобы всё это переделать. К тому же я должен ещё всё это успеть сделать сам в одиночку за день. Не знаю, справлюсь я с этим или нет, но попытаться стоит. Лучше ему всё-таки не дерзить, ведь психу в голову всё что хочешь может залезть.
—Но, ты же говорил, чтобы я в твою комнату не заходил.
—Убраться ты там должен, но не смей шарить по моим вещам. Увижу такое и ты от меня не отделаешься простыми извинениями.
—Понял.—опустил голову вниз и в тайне от него закатил глаза.
—Ну и чего ты ждёшь? Иди и убирайся.—приказал Гук, указывая пальцем на швабру и ведро наполненное водой, которые стояло возле кладовки.
Не хотя, я пошёл и взял в руки уборочные принадлежности. Смочив тряпку холодной водой, от чего у меня аж руки заледенели, начал приступать к работе. Резко и быстро проходился шваброй по полу, в голове проклиная всё, что попадается мне на пути.
—Руки из жопы растут? Ты мне хорошо мой пол и не выделывайся. Будешь дерзить, то я тебя по второму кругу заставлю очищать всё заново.
—Моя жопа и то лучше будет твоего скверного характера.—фыркнул сам себе под нос, вытирая маленькие капли пота из-зо лба.
Чонгук же конечно услышал эти слова, но ничего не сказал в ответ, а лишь ухмыльнулся и сел на мягкий диван, продолжая наблюдать за моими действиями. Это меня бесило и одновременно смущало. Даже на секунду взгляд не сводил. Тщательно смотрел и блуждал диким взглядом по моему телу. От этого я стиснул пальцами швабру, тяжело вздыхая. Терпения у меня было слишком мало, поэтому я повернулся к нему и задал вопрос.
—Чего ты смотришь?
—А что, нельзя? Может сможешь мне запретить?—ухмыльнулся Чон и встал с дивана, напрявляясь ко мне небольшими шагами.
Мне сразу стало страшно и не по себе. Его взгляд, как будто у дикого зверя, который заметил свою жертву и тайком к ней подкрадывается. Толпа мурашек быстро пробегает по всему телу, глаза бегают по дому, ищя будто какой-то путь побега. Пальцы крепче стискивают металлическую палку, от чего ладоши быстро потеют и ёрзают по ней. Сглотнув вязкую слюну, я начал отступать назад, пока не почувствовал сзади себя прохладную стену, упирающуюся мне в спину. Дальше уже некуда идти.
—Мой любимый братик, всё, что находится в этом доме—пренадлежит мне и ты в том числе.—издаёт совсем не добрый смех Чонгук и полностью прижимает меня своим телом к стене ещё сильнее, спераясь руками по двум сторонам возле моей головы.
—Зачем...—тихо издаю я слово, отворачивая голову в другую сторону, чтобы не смотреть в его сверкающие злом глаза, наполненные собственностью и коварностью. Он же внимательно меня слушает, проходиться взглядом по моему лицу и ждёт, пока я продолжу свой жалкий рассказ дрожащим голосом.—Зачем ты так себя высокомерно ведёшь? Если у тебя есть деньги, то ты думаешь, что можно уже всё себе позволять?—перевёл на него взгляд, поджимая дрожащие губы от напора обиды, которая сейчас так сильно душит.
—Я отношусь так только к тем, кого до ужаса костей ненавижу.—стискивая зубы, проговаривает шёпотом, будто как змия шипит и вот-вот собирается накинуться на раздражающий перед собой объект.
—Если ненавидишь, так зачем согласился жить со мной под одной крышей целых две недели?—начал срываться на крик, толкая руками об твёрдую грудь Гука.
—Люблю издеваться над тобой, развлекая этим себя.—слегка приподнял уголки губ, перехватывая своей рукой моё запястье.
—Отпусти меня и я уеду к себе домой.
—Перестань дерзить и слушайся своего хозяина.—сдерживается, чтобы не сорваться на грубость.
—Отпусти меня сейчас же!—настойчиво я проговорил, но потом громко вскрикнул, когда моё запястье сильно сжали чуть ли не до хруста костей. Крик боли тут же разлетелся эхом по дому, заполняя потом еле слышными всхлипами. От моих сопротивлений и в попытках выдернуть руку из хватки, Чонгук всё же отпускает меня, из-за чего я не сдерживаюсь на ватных ногах и падаю с громким звуком на пол. Чувствую себя сейчас просто в плену демона из-за которого никак не могу выбраться. Моё мнение ему даже не интересное и он даже не пытается меня выслушать, сразу же перебивая и приказывая другие действия. От этого становиться плохо на душе. Мораль и больно.
—Живо поднимайся и уберись в моей комнате. Я скоро вернусь.—бросает на меня короткий взгляд сверху вниз, просовывает руки в карманы брюк и уходит к гардеробу. С шкафчика достаёт уличные вещи, быстро их одевает, затем подхватывает по дороге ключи от машины и уходит из дома, громко закрывая за собой дверь.
После его ухода я тяжело вздыхаю и со всей злости бьюсь кулаком об пол. Просто не понимаю, насколько сильно может вывести меня человек из строя, что я готов уже сам себя избивать, причиняя боль. Чонгуку это подвластно. Его один взгляд в мою сторону берёт всё тело до дрожи и испуга, а действия вообще заставляют почувствовать себя настолько жалким, насколько ещё никогда не был.
Мучительно встав с пола, я неохотно взял в руки уборочную вещь и продолжыл прибирать в этом доме. Не хочу, но по его словах должен, хотя я никому вовсе ничего не обязан, уж точно ему.
***
Наконец-то я уже помыл полы на первом и втором этаже. Теперь остаётся убраться в его комнате, ведь у меня и так чисто, да и навести порядок я могу в любое время. Подойдя к заветной двери, ручка под напором тяжести моей руки прогибается вниз и уже слышится небольшой скрип открытого проема. Аккуратно и достаточно тихо я захожу в помещении, сразу же оглядываясь дизайну и оформлению комнаты. Выглядит она очень красиво и уютно. В центре расположена большая двухместная кровать чёрного цвета, которая была заправлена белой простынёй и подушками. Большой столик по левую сторону, на котором расположен дорогой компьютер, настольная лампа и стопка каких-то документов. В правом углу стоит аквариум больших размеров и пару маленьких пуфиков. Тёмно фиолетовые стены, много разных медалей и картин, весящих на ней. Видно, что у него много наград то за спортивные соревнования, то за различные конкурсы по математике, физике, биологии. Для меня это странно, что достаточно умный человек решает по-детски издеваться надо мной, а не то чтобы чем-то другим заняться.
Осмотрев ещё раз комнату, я заметил, что она более чем чистая и убирать тут принципе нечего. Пожав плечами, я взял тряпку в руки и начал ею протирать столы, пока не заметил в рамке фотографию, где были изображены Чонгук и ещё какой-то парень. Они стояли в обнимку, искрине улыбались и держали в руках воздушные шарики. Взяв её в руки, чтобы рассмотреть поближе, я заметил на другой стороне еле видную надпись.
«Больше не осмелюсь кому-либо доверять»
—Может это его парень?—задал сам себе вопрос, обратно ставя фоторамку на столик.
Вдруг сзади резко захлопывается дверь. От этого я заметно вздрагиваю и замираю, стараюсь даже не дышать от испуга. Сердце от паники быстро набирает темп сердцебиения, импульс в крови увеличивается, а по телу волной проходит внезапный холодок.
—А я же говорил тебе не шарить в моих вещах. Любопытный такой?—подходит ко мне ближе и встаёт за моей спиной. Слишком близко, слишком малое расстояние между нами, слишком горячее дыхания я сейчас чувствую на своей шее и как его сильные руки бестыдно блуждают по моей спине, поднимаясь то вверх и пускаясь вниз к пояснице.—Запомни, что твоё любопытство когда-то тебя погубит.—после этих слов он кидает меня кровать и сразу же нависает надо мной, разглядывая испуг на моём лице.
—Я ничего не...
—Довольно.—перебивает меня, опускаясь лицом к шее и вдыхая полной грудью мой запах.—Просто молчи.—проходиться плавно языком с шее к ключицам, оставляя влажную дорожку.
—Чонгук...—еле выдавливаю из себя слова, упираясь руками об его грудь,—прекрати.
—Готов повторить вчерашнее?—ухмыльнулся, прикусывая губу и переведя на меня свой дикий взгляд.
Продолжение следует...