Глава тридцать семь
Кристина
Я стояла возле своей машины, курила. Ко мне подошёл Джейк. Кинула на него быстрый взгляд и дальше смотрела куда-то вдаль.
— Где остальные? У нас через десять минут, блядь, начало задания.
— Я что, знаю? У Виктора спрашивай. Я уже одета и готова.
Он достал свой телефон и позвонил, как собачка, которой нужно всё приказывать.
Я слышала, как кричал Виктор на него. Хотела засмеяться, но воздержалась.
Через пять минут приехали остальные ребята. Я с ними не здоровалась — просто ждала, когда они все соберут то, что им нужно.
Когда все были в сборе, я подошла к ним, объяснила план: кто куда заходит, а цель все знают.
— А киллеру куда, на всякий случай?
— Ты не видишь вон ту крышу?
— Вижу.
— Ну и пиздуй на ту крышу и не беси меня, пожалуйста!
Он кивнул и быстро ушёл туда, куда я ему показала.
Мы начали идти внутрь, показывая ребятам, куда идти, жестами. На территории было два охранника, и с помощью киллера их убрали быстро. Мы направились к входу. На первом этаже не было людей от слова совсем — это было удивительно и странно.
Двое пошли в подвал, а я с Джеком пошла наверх.
И опять же — тут не было охраны. Что за херня?
Мы аккуратно пооткрывали двери и нашли ту, которая была нужна. Мужчина спокойно спал в своём кресле. Я вколола ему ещё снотворного, и мы начали тащить его на улицу. К нам подключились ребята, ведь человек был вдвое больше меня.
Когда уже положили его в машину, я почувствовала, что что-то не так. Не успела обернуться, как в меня прилетела пуля. Я ещё не поняла куда, но у меня очень сильно начал болеть живот. Я упала на пол, и ребята заметили меня.
Мне всё-таки выстрелили в живот. Чёрт, только вот этого не хватало.
Мне помогли встать, а дальше я уже сама доползла до машины и сразу же начала звонить Виктору — ведь мне больше некому.
Телефонный разговор
— Вить, мы всё сделали, но меня подстрелили...
— Чёрт, Крис! Ты хоть смотришь по сторонам?
— Смотрела, но всё чисто было. Давай не сейчас, пожалуйста. Я еду к твоей даче, прошу, помоги.
Я отключилась и начала искать в бардачке ключи от дачи Вити. Не знаю, откуда они у меня, но сегодня они точно будут нужны. Телефон кинула на сиденье и взяла тряпку, чтобы приложить к ране. Боль усиливалась с каждым моим движением. Спасибо, что хоть дача находится рядом.
Я старалась ехать быстро, чтобы не потерять сознание посреди трассы. Руки тряслись бешено, а сердце колотилось так, будто вот-вот выпрыгнет.
Я быстро доехала, закрыла машину и увидела, что Витя уже тут. Какой быстрый... или это я медленная, как улитка.
Открыла калитку и зашла во двор. В глазах уже темнело, но я ещё держалась. В доме Витя уже ждал меня. Я рухнула на стул без сил. Мне уже даже жить не хотелось — всё это задрало, хочется покоя.
— Дай рану посмотрю.
Я сняла окровавленную тряпку. Пуля осталась во мне, но ничего жизненно важного не задело. Витя взял ещё одну тряпку, чтобы вытереть кровь и увидеть, где пуля. Я стиснула зубы от боли — хотелось кричать или ещё что-то.
— Потерпи, я сейчас вытяну пулю и зашью.
Я кивнула и опрокинула голову, думая, что так будет легче, но не помогло. Я чувствовала, как он достаёт эту грёбаную пулю. Стиснула зубы ещё сильнее, аж до скрежета. Дышать было невозможно, было очень жарко. Я чувствовала, что у меня температура и что вот-вот отключусь. Виктора я уже слышала отдалённо.
Я всё-таки вырубилась.
Очнулась уже в кровати. На мне была холодная тряпка, возле меня лежала бутылка воды и телефон. Не знаю, сколько я проспала, но ощущение было такое, будто вечность.
Я решилась включить телефон — и в этот момент мне звонит Доминик. Чёрт! Именно сейчас нужно было ему позвонить?
Телефонный разговор
— Кристина, ты где? Тебя сутки нету!
— Не ори на меня! Где надо — там и надо!
— Ты, наверное, опять с Виктором, да?!
— Да иди ты к чёрту. Остынешь — напишешь мне, и мы потом спокойно с тобой поговорим.
— Я спокоен.
— Я слышу, какой ты спокойный. Давай не сейчас, пожалуйста. Я позже перезвоню тебе, и мы с тобой поговорим.
Я отключилась, не дав ему ничего сказать. Мне сейчас точно не до этого — мне слишком херово.
Я села на край кровати, чтобы выпить воды. Рана болела очень сильно, голова была будто в тумане — я ничего не понимала. Выпила полбутылки воды и решила пройтись, чтобы стало легче.
Витя даже переодел меня. Ого. Это была моя футболка и шорты, про которые я забыла. Я ещё думала, где их потеряла.
Доминику много знать нельзя. Пусть понервничает, пока мне не станет легче. Меньше знает — крепче спит. Узнает много ненужного — будет спать плохо.