Глава 25. Почему голубоглазка?
Келт вернулся домой. Открыл дверь и увидел сидящих перед порогом Кея и Келтара. Котенок уже совсем освоился и чувствовал себя свободно, а пес привык. Один пищал, второй вилял хвостом и тихо гавкал, и оба они смотрели на хозяина голодными глазами. Келту казалось, что они вечно хотят жрать, в любое время суток. Пришлось кормить, хотя у самого в холодильнике ничего не было. Закупаться продуктами парню не нравилось. Проще пожевать что-нибудь на ходу или заскочить в столовку неподалеку.
Глядя, как питомцы с аппетитом уплетают корм, Келт тоже захотел есть. От пиццы бы не отказался.
«Пусть голубоглазка мне завтра ее и купит», — с усмешкой подумал он, стоя на балконе. На улице было совсем темно, и в домах один за другим загорались окна. Свет в квартире Кати тоже горел — в гостиной. Но сама девушка в окне не появлялась. Он ждал ее, и ждал, и ждал — почему-то думал, что она сразу же побежит к окну. А ее все не было, и не было, и не было. Даже когда в ее окне-наконец-то зажегся свет, девушка не появилась.
Келт раздраженно сорвал с окна плакат, который она, судя по всему, даже не заметила, и, не выдержав, написал в чат на троих с Лехой и Хитвейвом:
«Пацаны, нужен номер новенькой».
«А ты еще не выяснил?» — удивился Хитвейв.
«Щас узнаю», — отреагировал Лёха.
Пока он искал номер Кати, Хитвейв успел подоставать Келта — мол, ты правда решил с ней мутить? А почему? А зачем? Поразвлечься, что ли, хочешь?
«Влюбился», — пошутил Келт, стоя перед открытым окном. Осенний холод его не смущал — напротив, ему нравилась прохлада. Он точно не заболеет, иммунитет крепкий. Последний раз болел несколько лет назад, так что плевать.
«Что, правда?!» — поверил Хитвейв.
«Ты тупой? Сказал же, сохну по ней», — ответил Келт.
«Не, серьезно! Зачем она тебе? Чем она тебя зацепила-то?!»
«Я отчитываться должен?»
Ему стремно было признаваться, что новенькая настолько ему понравилась, что он последовал тупому совету Лёхи и заставил ее стать своей девушкой. Ладно, ненастоящей девушкой. Подставной. Ни к чему принуждать он её точно не будет, и, если она захочет, может послать его. Он в ответ ничего не сделает. Зато какое-то время новенькая будет рядом с ним. Как будто бы он нормальный, а не отморозок в глазах других.
«Не, просто интересно. Ты предложил ей мутить, и она согласилась?»
«Ну… Я ее заставил», — раскололся он все-таки.
«Ты больной?» — снова появился в чате Лёха и вместе с номером Кати прислал с десяток ржущих стикеров.
«Ты мне сам посоветовал!» — взорвался Келт. В ответ Лёха отправил голосовое с громогласным смехом.
«Я имел в виду не это, зайчик, — написал друг. Иногда он в шутку называл так друзей в переписке. — Я имел в виду очаруй ее и все такое! Тебя же девчонки любят!»
Они с Хитвейво начали веселиться и стебать Келта, пока тот, разозлившись окончательно, не послал их.
«Говорят, Саша переживает, — не переставал написывать Хитвейв. — Может, позвонишь ей?»
«Может, в задницу пойдешь? Я уже все ей сказал».
«Окончательно кинул ее?»
«Типа того. Но я ничего ей и не обещал»
Выйдя из чата, Келт написал Кате в одном из мессенджеров.
«Если завтра свободна, пойдем гулять. Отведу тебя в одно место, о котором никто не знает».
Дописав, он задумался. Может быть, смайлик в виде розы поставить? Или там идиотское сердечко? Нет, она точно неправильно поймет. Подумает, что он её на свидание зовет.
Прикусив губу, Келт добавил:
«И сделаешь за меня матешу».
Так, она же все три года должна будет его желания выполнять? Пусть еще полы вымоет. Представив, как голубоглазка злобно на него смотрит, но послушно идет за тряпкой, Келт весело расхохотался — чуть телефон не выронил. И стер сообщение. Зачем писать ей это? Она ведь даже его послание не видела. Ей плевать.
Он схватил с подоконника лист с надписью и поморщился. Ведет себя, как малолетний идиот.
На телефон пришло новое сообщение.
«Девку себе нашел? Ну ты и козел», — написала Саша и заблокировала Келта, хотя отвечать он ей и не собирался. Просто положил телефон на подоконник. А когда снова поднял взгляд на окно Кати, увидел ее — девушка открыла створку и высунулась на улицу.
Келт так обрадовался, что зачем-то помахал Кате. А потом осекся — зачем он сделал это? Но почти тут же на его лице появилась улыбка — она помахала ему в ответ. Тогда он взял телефон и все-таки написал ей сообщение:
«Завтра будем веселиться».
Пусть знает.
«Как достал мой номер?» — написала в ответ Катя.
«Инсайдерская инфа», — написал Келт, почти не глядя на экран телефона — его взгляд был направлен на голубоглазку.
«У друзей небось попросил», — догадалась она. И прислала еще одно сообщение:
«Спасибо еще раз за то, что спас. Я правда тебе благодарна».
И стикер в виде застенчивого медвежонка.
«Спасибо нужно говорить или один раз, или не говорить его никогда», — выдал Келт, хотя в жизни не разговаривал так.
«Ты админ паблика с фразами настоящих пацанов?» — спросила голубоглазка. Келт хмыкнул. А смешно! Чувство юмора у нее есть. С этой девочкой не будет скучно.
О его ногу потерся Келтарт— пришел благодарить за ужин. Келт не удержался и взял котенка на руки, и тот тотчас довольно замурлыкал. Катя увидела его и захлопала в ладоши.
«Люби его, понял?» — прислала она сообщение.
«Я его сожру, это мой Келтар», — не удержался он. Ему нравилось её дразнить.
«Дурак!!!»
Катя показала на Келта пальцем и покрутила у виска, высказывая этим незамысловатым жестом все, что думает о нём. А затем резко оглянулась — в её комнату то ли постучали, то ли зашли, поэтому она захлопнула окно. И Келту пришлось поступить так же. Настроение у него было хорошим, несмотря на дурацкий день.
Утром он встал на удивление бодрым, выгулял Кея, наскоро вымыл ему лапы и вышел на балкон. С него он точно увидит, что голубоглазка вышла из подъезда и как бы невзначай догонит ее. Раз она его подруга, будет неплохо, если они появятся в школе вместе.
Однако из подъезда Катя вышла не одна, а в сопровождении высокого мужчины в дорогом костюме, который, видимо, был ее отцом. Они сели в машину и поехали в школу, а Келт, чертыхнувшись, помчался вниз и оседлал байк. Обгонит тачку и приедет в школу первым.
Раньше он на байке в школу не ездил. Знал, что учителя точно это не оценят, хоть у него и права есть. Кто-нибудь обязательно звякнет Создателю, скажет — ваш тобот на мотоцикле разъезжает, побеседуйте с ним. А с ним связываться не хотелось. Он же неадекватный. Раин еще про подарок ему на день рождения говорил. Да для него самым большим подарком будет, если Келт сдохнет. Но он такое одолжение ему делать не собирается.
До школы Келт, естественно, добрался первым. Встал у ворот с независимым видом, встретил Лёхуис Хитвейвом.
— Погнали? — предложил Хитвейв.
— Подругу жду, — усмешкой отозвался Келт.
— Придурок — покачал головой друг. — Как можно было Сашу променять на нее, а?!
— Слушай, заткнись, ты меня достал, — лениво посоветовал ему Келт.
— Не ревнуй, — заржал Лёха, а потом посерьезнел. — Слушай, мне тут такой видос подогнали. С твоей новенькой.
— Какой еще видос? — не понял Келт.
— Сейчас включу. Кто-то из девок Коноваловой снимал. Такое себе видео, если честно.
Келт нахмурился. Вчера около школы одна из ее подружек тоже снимала происходящее на видео. Зачем? Новый способ самоутвердиться, записывая на камеру травлю? И куда они хотели это выложить? В сеть?
Лёха достал телефон и включил его. Какой-то смертник сначала вылил на нее ведро воды, а потом и вовсе оттолкнул — так, что она упала, отлетев к стене. Келт сразу догадался — вот как она получила те царапины. Из-за этого!
Кровь в венах мгновенно вскипела, а в голове запульсировала ярость — такая, что мышцы подрагивали, а сердце обожгло — но не жаром, а холодом.
Он досмотрел видео, в котором Катя храбро пыталась противостоять натиску одноклассников, а ее подруга помогает ей.
Его пробрало насквозь. Будто пулями прошило.
Келт на мгновение прикрыл глаза, пытаясь успокоиться. Вдох. Выдох. Вдох.
Никто не имеет права трогать его девушку. Он будто даже и забыл, что Катя не его подруга. И хотел разорвать того типа, который её толкнул, на несколько частей. Вчера он тоже был безумно зол, но девок не тронул. Зато этому типу, которые коснулся Катю, не жить.
Вдох. Выдох. Снова вдох.
— Ты в порядке? — похлопал его по спине Лёха.
— Только в драку не лезь, — добавил Хитвейв. — Иначе тебя попрут нафиг из школы. И батя не поможет…
Выдох.
Возьми себя в руки. Еще дела есть. Урода всегда успеешь наказать.
Он говорил себе это и успокаивался.
Вдох.
— Все в порядке, — хрипло ответил тот. Его ярость улеглась, затаилась в глубине души, как хищник, готовый в любой момент напасть на врага.
Парни ушли, и он остался один. А когда появилась Катя, без лишних слов взял за руку.
— Вместе пойдем, — тихо сказал Келт, переплетая ее пальцы со своими.
— И тебе доброе утро, Келтеныш, — улыбнулась Катя. И почему у нее улыбка такая красивая?.. Глаза, правда, грустные. И на нижней, чуть припухшей губе ранка — тонкая и длинная.
Так, стоп. Как она его назвала? Келтеныш?
— Что ты сказала? — прорычал парень.
— Ничего. Сказала: «Доброе утро, Келт», — невинно на него глядя, ответила Катя. — А ты что подумал?
Голос у нее был честным, а глаза такими хитрющими, что парень нахмурился. Врет же!
— Ты сказала Келтеныш.
— Ой, тебе послышалось, — лукаво ответила девушка.
Ну точно врет! Девчонки так всегда делают! Смотрят на тебя честными глазами и врут. А ты даже слово против сказать не можешь. Потому что нет аргументов!
Келту неожиданно стало весело.
— Ладно, идем, — решил он. — Помни, что для всех ты моя девушка. И веди себя подобающе.
— Да, ваше высочество. Могу вам кланяться каждую минуту, — насмешливо ответила девушка. А вчера она такой дерзкой не была. Лучше пусть дерзит, чем дрожит от страха.
Келт ничего не стал говорить, а просто повел ее за руку к школьному крыльцу. На них смотрели все, кто в это время был во дворе — и старшеклассники, и те, кто учился в средней школе. Даже учителя, спешащие на уроки.
Ни на кого не обращая внимания, Келт уверенно распахнул дверь, пропуская Катю, а сам зашел следом. Снова взял её за руку, чувствуя на себе изумленные взгляды. На него и прежде-то любили потаращиться, а сейчас и вовсе глаза не отводили. Еще бы! У Келта появилась подруга! Девочка-изгой, которую невзлюбила одна из королев школы. Местная сенсация. Ну или драма — как посмотреть.
— Какой сейчас урок? — тихо спросил Келт у Кати.
— Физика.
— На каком этаже?
— На третьем.
— Кабинет?
— Триста пятый… Слушай, я новенькая или ты? — возмутилась она. Он не ответил — пришлось обменяться рукопожатиями с парнями из параллельного класса, с которыми они иногда зависали вместе.
— Твоя подруга? — спросил один из них, с любопытством разглядывая Катю.
— Моя, — подтвердил Келт и обнял ее за талию. Катя сверкнула глазами, но убирать его руку не стала.
— Красотка, — подмигнул один из парней. — Я тебя прежде не видел.
Катя хотела что-то ответить, но Келт сделал это вместо нее.
— Она новенькая. Только перевелась. Если что, присмотрите за ней, ок?
— Вообще без проблем, Келт! Не дадим твою подругу в обиду!
Они направились к лестнице. Какие-то десятиклассницы заметили их и стали шушукаться, а одна даже тайно сняла на телефон. Ну, это она думала, что тайно, но Келт все заметил. Возражать не стал — пусть эти фотки, где обнимает новенькую, разойдутся по всей школе.
Чем больше человек знает, что Катя — его девушка и пилот, тем меньше у нее будет проблем.
— Может быть, отпустишь меня? — тихо спросила Катя.
— Может быть, будешь делать все, что я говорю?
— Ты еще ничего не говорил.
— Вот именно. Я еще ничего не сказал, а ты уже споришь. Бесишь. — Келт рассердился. Он вполне целомудренно держал ее за талию, не лапал. И чего возникает? Или…
Тут его будто холодной водой окатило. Или ей неприятны его прикосновения? Ну уж как-нибудь потерпит. Им нужно показаться вместе перед классом.
Одноклассников парень заметил издалека — они стояли перед закрытым кабинетом и смотрели на них. Многие уже знали, что Келт и новенькая вместе, но не верили в это до последнего. Как самый крутой тип школы может встречаться с жалкой падлой?
Только она не падла.
И он докажет им это.
В его голове мгновенно созрел план.
— Нам нужно сделать вид, что мы вместе, — сказал Келт. — Чтобы они поверили.
— Как? — удивилась Катя, а он вдруг остановился и прижал ее к стене на глазах у всех. Склонился, одной рукой удерживая ее за плечи, а вторую положил на щеку, проведя большим пальцем по скуле и не понимая, зачем делает это.
Почему, когда она так запретно близко, сердце начинает стучать, как ненормальное? Почему его так сильно к ней тянет?
Ее голубые глаза стали большими — даже зрачок расширился. Пухлые губы чуть приоткрылись в удивлении.
— Ты чего творишь, Грамадина? — прошипела девушка, не отводя от его лица взгляда. Он чувствовал, как напряжено её тело, но она не отталкивала его.
— Выполняю свое обещание. Защищаю тебя.
— Что?.. — растерялась Катя.
— Просто обними меня, — приказал Келт. Вернее, ему казалось, что приказал, хотя на самом деле просто просил, боясь показаться в это мгновение слабым.
— Но…
— Я ничего тебе не сделаю. А они поймут, что ты — со мной. Никто не посмеет тебя больше тронуть.
Катя кивнула и не уверено положила дражащие руки на его пояс. Так несмело, что ему вдруг показалось, будто до этого она никогда не касалась парней. Келт нервно сглотнул, чуть сильнее притягивая её к себе за плечо.
Снова тонкий аромат солнца и винограда. Захотелось зарыться носом в ее волосы, но он не мог. У него крышу сорвет окончательно, а себя нужно контролировать.
— Я сделаю вид, что целую тебя. Поняла? — едва слышно спросил Келт, касаясь своим лбом ее лба.
— Но я не…
— Просто доверься мне.
Келт склонился к ней еще ниже. Его ладонь скользнула со щеки на ее затылок.
Катя почему-то прикрыла глаза. Ее длинные ресницы затрепетали, и это смотрелось так мило, невинно, но вместе с тем искренне, что сердце Келта вновь обожгло — но не яростью, которая на время улеглась в нем, а нежностью.
Снова этой проклятой нежностью. Болезненной. Навязчивой.
Ненормальной.
Нежность терзала его. Рвала на клочья. Выбивала землю из-под ног.
Он не мог контролировать ее, задыхался от этой нежности, будто от жара. Больше всего Келт хотел оттолкнуть Катю от себя, но вместо этого коснулся своими губами ее губ — нежно, почти невесомо, забыв, что на нижней ранка.
Ему было плевать на это. На все было плевать. Даже на прозвеневший звонок.
Он просто должен был ощутить ее губы под своими. Попробовать их на вкус.
Очень нежно, очень осторожно, очень аккуратно.
Почти невесомо.
Едва касаясь.
Почти не раскрывая губ, но ловя ими ее дыхание.
Он никогда и никого так не целовал. Обычно делал это с напором, от которого девчонки вроде как с ума сходили. Срывал поцелуи с чужих губ дерзко, даже грубо. А порой и вовсе не целовал — ему не хотелось нежности, вполне хватало и страсти, которая вспыхивала, но тут же угасала.
А сейчас все было иначе.
Будто он разучился целоваться по-настоящему. И эта чертова нежность все сильнее плавила сердце. Делала его слабым и уязвимым.
С трудом контролируя себя, Келт чуть усилил напор, но Катя вздрогнула, и он тотчас остановился. Отстранился, подумав, что сделал ей больно. Губа же у нее разбита…
— Больно? — прошептал Келт, думая, что он полный придурок, раз полез к ней. Но он просто хотел, чтобы все видели — она его девушка. И обходили ее стороной.
— Нет, просто… Ты украл мой первый поцелуй, — вдруг стукнула его по плечу Катя. Глаза ее были пьяными. А зрачки такими широкими, что глаза казались не голубыми, а белыми.
Одноклассники все так же смотрели на них во все глаза. Кажется, они были в шоке.
— Чего? В смысле украл? — не сразу дошло до Келта.
— Я ни с кем еще не целовалась, — прошипела девушка. — Мало того, что Грамадина,тобот, который восемь лет назад предлагал стать его пилотом,и об этом не помнит,не узнал, так еще и вор.
— Я же не целовал тебя по-настоящему, — нахмурился он. Капец, во что он вляпался?!
Вернее, в кого.
— Но все равно целовал, — вздернула подбородок Катя. — И знаешь, Келтеныш, если уж делаешь что-то, то делай нормально.
— Могу повторить, — ухмыльнулся парень, приходя в себя. — Иди ко мне. Повторим.
Он потянулся к Кате, но им помешали.
— Вы совсем уже рехнулись? — раздался строгий голос физика позади — Келта, чем еще ты собрался в школе заниматься?
Они обернулись и увидели препода, который сердито на них смотрел. Кажется, он все видел. Келту было на это ровно, а вот у Кати загорелись щеки.
— А чем можно? — нагло спросил парень. Физик его раздражал. Вечно придирался.
— Тебе, Келт, можно только учиться! И не смей мне тут дерзить! Обалдел совсем! Тут тебе не дом свиданий, а школа. А ты, — он перевел взгляд на притихшую Катю,— Как тебе только не стыдно, Чар! Только перевелась, уже с этим отморозком тискаешься вместо того, чтобы учиться! Отвратительно!
— Не называйте его так, — вдруг сказала Катя.
— Что? — прищурилась физичка.
— Не называйте своего ученика отморозком, — еще громче сказала девушка. Ее слышали все — и училка, и одноклассники, столпившиеся позади.
— Ты себе что позволяешь? — опешил препод.
— Я просто прошу вас не называть его так. Это неправильно. — Катя не отступала. Упрямая девочка.
— Да перестань, — тихо сказал Келт, Вот глупая, её физик на молекулы расщепит за дерзость.
— Я лучше знаю, что правильно, а что неправильно, Чар. После уроков — ко мне в кабинет, — велел он и открыл, наконец, кабинет. — Заходите. Начнем урок.
Щеки Кати стали пунцовыми.
— Не стоило вмешиваться, — тихо сказал Келт. — Я сам могу разобраться со своими проблемами.
Она зашла в класс, а он вдруг подумал, что никто раньше не заступался за него перед учителями, которые считали его отбросами. Ни один человек.