Глава 30. Согревающий суп.
Кухню в этом доме втиснули в узкий и длинный общий коридор площадью всего шесть квадратных метров. Шкафы прибили гвоздями к стене до самого верха, под газовой плитой организовали полочки для сковородок и место для мусорного ведра. Пространства, которое изначально было очень тесным, едва хватало на то, чтобы мог стоять один человек. Худощавый Омега, казалось, чувствовал себя здесь вполне комфортно, медленно, очень терпеливо помешивая суповой ложкой в кастрюле, стараясь не звенеть о стенки емкости.
Кондиционер в доме пришел в негодность еще много лет назад. При попытке включить его он, вроде бы, дул, но обогреть помещение не мог. Ступни Омеги покраснели от холода, и он потирал их друг о друга, чтобы согреться. Увидев это, Чжэн Фейлуань почувствовала себя настолько расстроенным, что не смог удержаться и обхватил эти холодные ноги своими руками.
Как мог его Омега жить в лачуге без нормальной кухни и пола с подогревом? У него должен быть просторный большой дом, в котором Омега мог бы лежать на чистом белом плюшевом одеяле и спать допоздна, пока его раскинутое в неге тело не зальют лучи солнечного света.
Завтра утром... он поведет его выбирать дом.
В жилом комплексе «Jiusheng's river View» недавно завершили строительство, и квартиры выставили на продажу. Большинство из них имели люксовую конфигурацию с четырьмя спальнями и великолепным видом на набережную. Чжэн Фейлуань сам проведет переговоры с менеджерами по продаже, Омеге подберут самый лучший и самый солнечный дом, где он сможет жить с полным комфортом. Нет, они вместе будут там жить!
- Ах... Суп готов! – радостно воскликнул Омега.
Юноша взял ложку, зачерпнул немного, попробовал, и, похоже, решив, что сахара и специй достаточно, выключил плиту. Положив ложку в миску, он понес ее Чжэн Фейлуаню.
Когда он шел к кровати, от окна потянуло холодом.
Омега громко чихнул, его тело задрожало, он распахнул одеяло и поспешил прижался к источнику тепла, заползая в постель. Передвигаться ползком и с миской в руках неудобно, поэтому юноша пошатнулся и, пытаясь удержаться, едва не заехал Чжэн Фейлуаню коленом прямо в пах.
Альфа успел среагировать, поддержав юношу под локоть и перехватив миску, прежде чем его облили горячим супом:
- Осторожно!
- Спасибо...
Омега сел на кровати поудобней, смущенно улыбнулся, и, гибко изогнувшись, прижался к своему Альфе, кротко и послушно.
Холод в комнате был невыносимым, но, забравшись под несколько одеял и согревая друг друга своим теплом, они совсем не мерзли. Пожалуй, даже стало жарко...
Серебристые початки в миске прозрачные, финики красные, а несколько хлопьев сахарной пудры придавали супу сладкий вкус. Омега опустил голову и подышал на ладони, согревая их. Затем он снова потер руки, повернул голову и увидев, что Чжэн Фейлуань неподвижен, почти приказал:
- Пей.
Выпьешь суп вместе со мной?
Чжэн Фейлуань хотел это сказать и скормить Омеге ложечку горячего лекарства, но произошла странная ситуация: горло и мышцы вообще не слушались приказов. Независимо от того, насколько сильно билось сердце, тело, казалось, одеревенело. Он держал миску, сохраняя лицо спокойным, неулыбчивым. Чжэн Фейлуань сделал глоток. Берберин в сочетании с приторной сладостью вяжущим вкусом отозвался на языке.
После долгого молчания улыбка на лице Омеги постепенно исчезла.
- Тебе... тебе это не нравится? - Омега осторожно отодвинулся, не осмеливаясь снова прикоснуться к нему без разрешения. - Фейлуань, я знаю, ты не любишь сладкое, но кондиционер дома сломался, и в доме действительно холодно... Попробуй согреться супом. Просто сделай несколько глотков, хорошо?
В выражении его лица появилась неописуемая тревога.
Чжэн Фейлуань забеспокоился. Он не мог выносить низкий нервный голос Омеги. Ему захотелось схватить юношу за запястье и сказать, чтобы он не грустил. Пока его Омега доволен, он будет счастлив, несмотря ни на что. Но тело по-прежнему не реагировало, напоминая лишенную сознания марионетку.
Какая-то ужасная сила блокировала его и мешала выразить свои чувства.
- Фейлуань...
Омега нежно позвал его. Страх и любовь одновременно светились в его глазах, и в конце концов любовь восторжествовала. Он протянул руку и начал учить Чжэн Фейлуаня держать суповую ложку, как учат маленького ребенка:
- Съешь немного, совсем чуть-чуть... Хорошо. Молодец, послушный мальчик...
Был первый час ночи. За окном завывал ветер, бросая в стекло тяжелые хлопья снега.
Чжэн Фейлуань выпил грибной суп ложку за ложкой, а затем спокойно устроился на коленях своего Омеги, наблюдавшего за глотательными движениями его кадыка. Глаза юноши были ласковыми и нетерпеливыми.
- Фейлуань, это вкусно? – спросил он.
Чжэн Фейлуань кивнул.
Омега удовлетворенно улыбнулся, обхватил его за талию, медленно сжал кольцо и уткнулся кончиком носа в складки свитера, как мальчик, который стесняется своей любви.
Свет из коридора придавал его волосам живой и теплый светло-каштановый оттенок.
- Фейлуань, Чэн Сю позвонил мне вчера вечером и сказал, что у тебя снова плохое настроение и раздражительный характер. Я сразу понял, что ты, вероятно, придешь ко мне либо на этой неделе, либо на следующей. В любом случае, мне следовало подготовиться к твоему визиту. Кто знает, не постучишься ли ты в дверь вскоре после того, как я повешу трубку?
Он нахмурился и подсчитал дни кончиками пальцев:
- В прошлый раз ... Я помню, что в последний раз ты приходил 18 ноября. Сегодня только 30-е. Это меньше двух недель... Раньше между твоими визитами насчитывалось более трех недель...
Он потянул Чжэн Фейлуань за одежду и обеспокоенно спросил:
- Фейлуань, что с тобой происходит в последнее время? Ты находишься под слишком большим давлением на работе?
Мужчина, сидевший в изголовье кровати, не произнес ни слова.
Конечно, Чжэн Фейлуань хотел говорить. У него было слишком много вопросов, особенно когда он услышал имя старого подчиненного, который не должен был пересекаться с его Омегой. Но сейчас он был заперт в теле, сделанном из стали, и мог совершать только ограниченный спектр действий и движений. Он даже не мог сказать своему Омеге ни слова утешения.
Внезапно мужчина почувствовал, как Омега снова обнял его. Его мышцы отозвались рефлекторной дрожью и окаменели.
- Фейлуань, конечно, я... Конечно, я хочу тебя видеть, но ты приходишь слишком часто, это нехороший знак ...- Омега разволновался. - Чэн Сю просил меня не беспокоиться, сказав, что у тебя много дел в конце года, и, конечно, ты будешь чаще нуждаться в успокоении, чем обычно... Эта причина может обмануть других, но как же она может обмануть меня?
Его объятия стали крепче. Ладони Чжэн Фейлуаня тоже обхватили тонкое тело, и шерстяная ткань свитера собралась между пальцами.
-... ты привык держать власть в своих руках. Что бы ты ни делал, ты должен сам принимать решения, чтобы чувствовать себя уверенно, но если ты не позволишь никому разделить свою власть, как другие смогут помочь тебе в работе? Фейлуань, «Цзюшен» - не маленькая компания. Наоборот, она очень крупная, зрелая и вполне устойчивая. Зачем тебе тратить так много энергии на стремление к ненужному совершенству? Если ты зарабатываешь деньги, у тебя должна быть возможность тратить их, не так ли?
Омега немного приподнялся и выжидающе посмотрел на Чжэн Фейлуаня, словно надеясь, что тот кивнет головой и пообещает отныне разделять жизнь и работу и больше не тратить на свою карьеру все 24 часа в сутки.
Столкнувшись с такой бескорыстной заботой, Чжэн Фейлуань почувствовал жар в груди и чуть не выпалил, соглашаясь на все его просьбы.
«Не волнуйся, у меня хорошее здоровье, я сильный и не часто болею».
«Я пересмотрю свой стиль жизни, научусь сочетать работу и отдых, и делегирую подчиненным все, что можно делегировать».
«Я только что получил с таким трудом завоеванный длительный отпуск, и теперь все мое время принадлежит тебе. Я могу оставаться с тобой столько, сколько ты захочешь, хоть вечность».
Однако в черных глазах Омеги он увидел лишь собственное абсолютно равнодушное отражение.
- Ладно, ты все равно ничего не понимаешь и ничего потом не сможешь вспомнить... Как только наступит утро, ты станешь совершенно другим...
Омега прервал общение, успокаивающе улыбнулся, взял пустую миску, встал с кровати и пошел на кухню убираться.
При движении его штанины задрались, обнажив бело-розовые лодыжки. Когда Чжэн Фейлуань увидел это, в его теле возникло необъяснимое беспокойство, и зуд распространился от подошв ног до сердца, проникая в мозг и кости.
Он поднялся в оцепенении и последовал за Омегой на кухню.
Юноша не обратил на него внимания, включив воду в мойке.
Струя воды коснулась тонких, сияющих белизной пальцев.
Рукава его одежды были закатаны на десять сантиметров, а запястья оказались столь тонкими, что Чжэн Фейлуань легко мог обхватить их.
Вымыв посуду, он воспользовался бумажными полотенцами, чтобы впитать воду и вытереть ее насухо. Затем юноша встал на цыпочки и открыл шкафчик над головой, чтобы положить посуду туда. Подол его одежды задрался, обнажая сексуальный изгиб талии.
Взгляд Чжэн Фейлуаня прикипел к идеальной дуге, которая продолжилась выпуклым куполом ягодиц. У него возникло нестерпимое желание обхватить их ладонями, смять и оставить алые отпечатки пальцев, заставив Омегу жалобно застонать.
Чжэн Фейлуань сурово посмотрел на Омегу, и в его глазах вспыхнул огонь.
Бум!
Вымытая фарфоровая миска упала на пол и, ударившись о плитку, разлетелась на куски.
Звук заставил Чжэн Фейлуаня вынырнуть из своих эротических грез. Внезапно он осознал, что сжимает руками упругие теплые шары, о которых подумал несколько секунд назад.
Он действительно сделал это...
Надавив сзади, он прижал Омегу к краю стола, крепко удерживая его грудью, животом и промежностью, чтобы остановить свою жертву от сопротивления. Одна его рука оперлась о столешницу и преградила добыче любой путь к бегству, а другая рука сунулась к нему в брюки, оглаживая скользкие ягодицы.
Рост Чжэн Фейлуаня считается высоким даже среди Альф, поэтому Омега не мог высвободиться.
- Фейлуань?...
Голос Омеги изменился, теперь он был полон страха.
Рука Альфы в его штанах действовала чрезвычайно самоуверенно, тиская мягкие полушария. Размяв их как следует, он скользнул пальцами вдоль сладкой ложбинки и уверенно проник в ягодичный клапан. Отсутствие смазки не помешало ему проникнуть в вожделенную глубину.
- Что?!
Омега вскрикнул, все его тело напряглось, он не смог унять дрожь.
Царапая столешницу, юноша попытался схватить хоть что-то, что могло дать ему чувство безопасности, но в конце концов запаниковал и схватился за раму газовой плиты, покрытую пригоревшей грязью.
Огонь был потушен десять минут назад, и в данный момент панель все еще была очень горячей, однако юноша не мог ее отпустить.
- Фейлуань... сегодня ... Ты можешь не делать это сегодня? - Омега буквально умолял: - В тот раз мне было очень больно. Пожалуйста, пожалуйста... В следующий раз, когда ты придешь, я заглажу свою вину и сделаю все, что захочешь, хорошо?
- Не двигайся!
Чжэн Фейлуань услышал свой холодный голос. Одновременно он сильно надавил большим пальцем, жестоко растирая нежные внутренности Омеги в наказание за его неповиновение, и выпустил феромон, абсолютно не дозируя его воздействие. Омега вскрикнул, получив конскую дозу афродизиака, смешанного с анестетиками. Изо рта и носа Омеги потекла кровь, заставив его мгновенно обмякнуть в талии.
С этого момента начался кошмар.
Чжэн Фейлуань видел и ощущал все это, но совершенно не мог вмешаться. Тело жило своей жизнью, и ему лишь оставалось быть свидетелем этого бесспорного изнасилования.