University life [Blackbangtan]

Дженни стучит каблуками, быстро передвигает свои короткие ножки в направлении кабинета отца. Она сильно сжимает кожаную сумку и снова погружается в свои мысли.

Ей не нравилась эта идея.

Она совсем не рада тому, что ей придётся когда-нибудь связать свою жизнь с Юнги.

Ей не нравится то, что из-за какого-то бизнеса она, в какой-то мере, испортит жизнь Юнги. Ведь он не заслуживает этого.

Он заслуживает крутой девчонки, которая будет сходить от него с ума, которая будет проводить с ним каждый день, дарить улыбку, любовь.

И Ким понимает, что она не сможет дать ему всё это.

Кто-то из них точно будет страдать...

Девушка набирает в лёгкие побольше воздуха и стучит в массивную дверь.

Слышится громкий голос отца, который разрешает войти.

— Джендык, проходит скорее, – не отрывая взгляда от важных бумаг, говорит тот. — Подожди, пожалуйста, пару минут, – отец очередной раз перечитывает документы, а потом берёт ручку и подписывает их.

Руби садится на длинный кожаный диван и закидывает ногу на ногу. Она была в этом кабинете сто раз, а тут так ничего и не изменилось.

Что сказать, отец и вправду постоянный.

Спустя некоторое время, мужчина откладывает бумаги в сторону и снимает очки.

— Думаю, тебе Юнги всё рассказал, – начинает тот, при этом пристально смотря на дочь.

— Да, но пап, я не хочу! – снова капризничает девушка и немного повышает голос. — Ты испортишь не только мою жизнь, но и жизнь Юнги.

Донгу усмехается и встаёт со своего места. Он подходит ближе к дочери и опирается об стол.

— Ничью жизнь мы не испортим, Дженни. Я же не выдаю тебя замуж за какого-то незнакомца, я выдаю тебя замуж за парня, который будет тебя оберегать и по-настоящему любить.

— Пап, какая к чёрту любовь? Мы лучшие друзья, а не влюбленная парочка, – психует та и так же поднимается на ноги. — Да и вообще, я не хочу замуж.

— Юнги влюблен в тебя, идиотка, – ухмыляется старший и неотрывно смотрит на брюнетку. — Только слепой не заметит этого.

Руби на минуту теряется. То открывает, то закрывает рот, пытаясь подобрать правильные слова, чтобы опровергнуть сказанное отцом.

Время как будто остановилось для неё. В голове продолжала крутиться фраза отца, которая явно не собиралась уходить с её подсознания.

Младшая Ким хмурится, снова смотрит на улыбающегося отца.

— Не правда, мы друзья, – немного заикаясь, отвечает Джейн.

Мы же друзья?

****

Чонгук переминается с ноги на ногу, очередной раз смотрит на наручные часы, и думает, какой же он всё-таки долбаёб.

Кто в здравом уме пришёл бы сюда?

Сейчас парень стоит возле высоких ворот двухэтажного дома, который был в десять раз больше за его.

Чон правда не знает, почему решил прийти, а самое главное зачем.

Но отец Манобан немного, но внушал, страх, поэтому Гук решил не испытывать судьбу.

А вдруг найдёт подходящих людей для того, чтобы его убили где-нибудь за городом.

Этот человек явно не имеет ничего общего с добром и человечностью...

Не став больше ждать и нагнетать обстановку, темноволосый решил нажать на звонок и оповестить владельцев о своём прибытии.

Спустя несколько минут двери открываются.

— Привет, проходи, мы тебя как раз ждём.

Двери открывала улыбающейся женщина, которая, наверное, единственная нормальная в этой семье. Сонми.

— Здравствуйте, – Чонгук кланяется и неспешно переступает порог дома. — Могу узнать, зачем я здесь?

Что-что, а парень не обладает способностью ждать.

Лицо женщины немного потухло, но она быстро вернула улыбку на лицо.

— Проходи, скоро всё узнаешь, – она пропускает его в какую-то комнату, которая оказалась большим залом. Прямо перед входом, старшая быстро касается руки младшего, тем самым останавливая его. — Только прошу, не реагируй слишком резко на предложение МинХо.

Чонгук не успевает даже задать вопроса, как Сонми убегает совсем в другую комнату, оставляя парня одного со своими мыслями.

Подождите, что?

Чёрт, угораздило же его...

Почему вся эта херня происходит именно с ним?

— Смотрите кто пришёл, – сзади слышишь знакомый стервозный голос, и парню даже не нужно поворачиваться, чтобы понять, кто это. — Какими судьбами, Чонгуки?

Девушка обходит темноволосого и появляется прямо возле его недовольного лица.

Чонгук закатывает глаза, демонстративно проходит мимо девушки и садится на ближайшее кресло.

Лиса хмыкает и провожает его взглядом.

Слишком многое он себе возомнил.

Больше всего Манобан раздражало его спокойствие. Сидит себе откинувшись на её любимое кресло и смотрит в потолок. Глаза прикрыты, а пальцы постукивают в такт какой-то знакомой песни.

Лалиса подходит максимально близко к нему и так же демонстративно складывает руки на груди и смотрит взглядом "а ты не охуел ?"

— Что? – он открывает глаза и в том же спокойствии смотрит на блондинку, которая явно не заморачивалась по поводу одежды, в которой свойственно встречать важных гостей.

Что-то наподобие пижамы весело на её теле и, казалось, вот-вот упадёт с худого тела. А небрежный хвост, которым она всегда любит пройтись по его лицу, вызывало лишь мимолётную улыбку.

— Пойдёмте на кухню, – голос Сонми оборвал интеллектуальную беседу двоих. — Отец уже ждёт, – она улыбалась, но в глазах явно читалось небольшое беспокойство, что и не понравилось младшей.

Пока она думала над тем, что именно придумал отец, то Гук уже давным-давно последовал за женщиной в сторону столовой.

Медленным шагом Прия все же пошла на свою, как она думала, неминуемую смерть...

— Ничего поприличнее одеть не могла ? – недовольный голос отца поспособствовал тому, что настроение упало ниже плинтуса.

Да, она не была одета, как будущий директор его компании, но блять, это же не какие-то инвесторы, перед которыми нужно выглядеть превосходно. Это просто ебучий Чон Чонгук!

— Может приступим к делу? – подаёт голос Чон, когда понимает, что всё это может затянуться.

Мужчина переводит взгляд на парня и хмурится, ведь перебивать таким малолеткам как он не позволено.

Спустя десять минут все сидели за столом. Во главе, конечно же, МинХо, который спокойно ужинал только что приготовленной уткой с каким-то ягодным соусом. Сонми нервно пила воду и изредка смотрела на дочь, которая так и не притронулась к еде, и лишь сидела и сверлила отца глазами.

И только Чонгук беззаботно крутил бокал с водой, при этом рассматривая помещение.
Мужчина явно пытался всеми способами как-то припугнуть паренька, но тот, как оказалось, не простой орешек тоже.

И эта расслабленная поза, в которой он сейчас сидит явно бесила старшего.

Ведь он ожидал совсем не такой реакции.

Но, с другой стороны, это показывает то, что МинХо не ошибся с выбором.

— Настолько я знаю, ты работал барменом в одном из ужасных баров Сеула, – подаёт голос старший Манобан, тем самым заставляя всех посмотреть на него.

Чон хмурится и медленно ставит стакан на стол.

— Я работаю и сейчас там. И, кстати, он довольно популярен, среди молодёжи...

Лиса сдавливает смешок, и прикрывает глаза.

Кто бы мог подумать, что Чон на самом деле тот ещё прямолинейный парень.
Не упускает ни единого шанса постебать отца.

— Ошибаешься, – теперь настало время улыбаться МинХо, — сегодня тебя уволили.

Лалиса давится водой, которую так не вовремя начала пить.

— Что? – ещё больше хмуря свои идеальный брови, переспрашивает младший.

— С моей помощью тебя уволили, Чон Чонгук.

Гук начинает дышать глубже, а вилка, которая находилась до сих пор в руках, начала сгибаться от невероятной силой. Ещё чуть-чуть и она могла погнуться от такой силы полностью.

— Но у меня есть другое предложение для тебя. Работа, за которую я буду платить тебе в три раза больше.

— Что за херня, пап? – вмешивается блондинка и даже не пытается останавливать свои эмоции. — Зачем всё это?

Сонми показывает рукой, чтобы кареглазая села на место и хотя бы попыталась дослушать отца.

В её глазах читалось сожаление, что невероятно бесило.

— Поискав информацию о тебе, я узнал, что ты занимаешься спортом, рукопашным боем и тхэквондо, – вставая со стола, медленно проговаривает Манобан. — Так как моя дочь ни за что не согласится на личного охранника, я решил, что лучшим решением проблемы будешь ты – её друг, – особенно выделяя последнее слово, говорит МинХо.

Всего несколько секунд, за которые Чонгук даже не успел переосмыслить сказанное мужчиной, Лалиса подрывается со своего места и в мгновение ока подлетает к отцу.

Её руки крепко сжимались, а глаза так и полыхали огнём.

— Какой охранник? Ты с ума сошел? Хочешь, чтобы все считали меня какой-то сумасшедшей в университете? – девушка активно жестикулирует, при этом повышая с каждым словом голос.

— Пранприя, – сквозь зубы говорит отец, — это вынужденные меры, – его лицо становится спокойным, а глаза с нескрываемым сожалением смотрят прямо в душу.

— Что? – Ли хмурится и смотрит бегло то на отца, то на мать.

— Я знаю о том, что на тебя напали какие-то придурки, – опуская голову и снижая тон голоса, начинает отец, — и я извиняюсь, что накричал тогда на тебя из-за того, что ты столкнула ту девчонку, которая и подстроила всё это, – мистер Манобан берёт руки дочери в свои и медленно поглаживает. — Почему ты не рассказала мне об это? Я бы посадил тех придурок, что бы знали...

Лиса взрывается. Она моментально отбрасывает руки отца и меняется в лице. Вместо недоумение приходит невероятная злость.

— Ты ему всё рассказала?! – Лалиса стреляет глазами в Сонми, и когда та виновато кивает, ей окончательно срывает крышу.

Она доверяла ей. Лиса впервые доверилась ей, но она, как и ожидалось, предала её. Сонми рассказала всё отцу. Рассказа о попытке изнасилования, рассказала всё об этом вечере.

Блондинка не понимает, как могла поверить ей. Она хотела просто забыть об этом, вычеркнуть из своей жизни этот ужасный момент. Но женщина, наверное, посчитала, что Прия ещё не достаточно настрадалась.

— Лиса, отец был очень зол на тебя, хотел снова отобрать деньги, машину, и отправить учиться в Америку. Я решила, что пусть лучше он узнает всё, нежели отправить тебя за границу...

— Ты решила, – истерически смеётся девушка, — кто тебе дал право решать? Может ты ещё пойдёшь и всем соседям расскажешь? – кричит та и в порыве злости скидывает несколько тарелок со стола.

МинХо зарывается в волосы, но молчит.

Он винит себя. Ведь он не заметил изменений в родной дочери, которая, он уверен, рыдала в своей комнате несколько дней.

Он не помог ей. Не поддержал в нужный момент.

Лишь оскорбил и ударил.
И видит Бог, он прекрасно знал, что Пранприя никогда не простит его за удар, за нелепые высказывания в сторону её родной матери, и за множество других вещей, которые сотворил за этот малый период.

— Да пошли вы все к чёрту.

Мужчина настолько погряз в своих  мыслях, что даже не уловил тот момент, когда его единственная дочь, на лице которой не было слёз, но он уверен, что в душе она рыдала, ушла в неизвестном для него направлении.

И лишь когда услышал громкий звук закрывающейся двери, МинХо понял, что она попросту сбежала.

Оставляя многие вопросы открытыми.

Оседая на свой стул, ненаглядный отец думал только о том, какой же он всё-таки ужасный отец...

****

Лиса всё ещё не может успокоиться. Её всю трясёт, хотя сама не знает почему.

От предательства ?

От злости ?

Или от обиды ?

Светловолосая раздражённо оседает на холодный асфальт и прижимает к груди колени. Она отошла от дома на несколько метров, и её бы было легко найти, вот только проблема.

Она никому не нужна. Не нужна отцу, который даже не попытался с ней поговорить без свидетелей..

Он хотел отправить тебя учиться за границей..

Чёрт, а отец не раз говорил об этом, может Сонми и вправду хотела помочь...

— Эй, Манобан!

А вот и нежеланный свидетелей всего этого.

Быстро поднявшись с земли, Лица натягивает на лицо свою любимую маску « Стерва года », и поворачивается к парню.

— Иди домой, отец будет беспокоиться.

Серьёзно, Чон? Разве ты сам не видел, что он совсем не тот, кто будет этим заниматься?

— Не лезь не в своё дело, ладно? – девушка специально ехидно улыбается, и попутно обнимает себя руками, пытаясь согреться, чтобы Чон не заметил этого.

Но Чонгук замечает.

Как и всегда он недовольно смотрит на наряд девушки, и глухо вздыхает.

Что за привычка одеваться не по погоде?

Он бы, может, и поделился с ней своей одеждой, но, увы, у него у самого ничего не было кроме футболки.

— У тебя есть наличка? – ни с того ни с сего, спрашивает та и внимательно следит за действиями Гука.

Джейкей, который не ожидал слишком быстрого изменения разговора, хмурит брови.

— Да, но зач...

— Отлично, – прерывает его девушка и подходит ещё ближе. — Одолжи пару тысяч, – она смотрит, как ему казалось, глазами кота со Шрека.

Сразу же срывает с себя стервозную маску.

Чонгук тянется к заднему карману джинс и достаёт всё, что было у него на тот момент. Лиса резко вырывает всю сумму с рук и быстро пересчитав, всовывает ему в руки меньшую часть денег.

— А, и ещё, где твоя машина? – пока блондинка прятала деньги в маленький карман пижамных шорт, темноволосый лишь с открытым ртом смотрел на всё происходящее.

— У меня нет машины, Манобан, – шипит тот и с нескрываемым раздражением прячет оставшиеся купюры назад в карман.

Прия на мгновение замирает, а потом с огорчением вздыхает.

— Ладно, вызывай такси.

— Вали домой, Лалиса, – хватая девушку за локоть, говорит Чонгук, но та, как и ожидалось, в нужный момент вырывает свою руку с оков и возвращается на место, где стояла несколько секунд назад.

— Вызывай такси, Чонгуки, – её глаза хитро загораются, что явно, не сулит чего-то хорошего.

****

Чонгук сидит совсем хмурым и лишь тяжело вздыхает, пока чёртова Манобан с кем-то переписывается и даже не обращает на него внимания.

По дороге, она успела сменить адрес её конечной остановки, поэтому им приходится ехать в этом маленьком такси в два раза больше времени, чем планировалось.

— Куда ты собираешься ехать? – не выдерживает парень. — Разве пункт назначения не должен быть твоим домом?

Лиса блокирует телефон и некоторые время просто крутит его в руке.

— Я не поеду домой, – отвечает та и хмуро улыбается. — Я планирую провести вечер в  « JJ CLUB »

Чон говорит тихое "чёрт" и потирает глаза.

Этот клуб он прекрасно знает. Ведь он самый известный и дорогой во всём Сеуле. Известен хорошими напитками и музыкой.

Если Манобан решила провести там вечер, то это означает только одно.

Она будет бухая в хлам.

— Уверена, что ты в подходящей одежде для такого заведения? – темноволосый ещё раз проходится скептичным взглядом по наряду блондинки и поднимает брови.

Лиса хмыкает, хотя и сама понимает, что, да, это совсем не подходит. Её пижамные шорты вроде как и не вульгарные, а благодаря длинной футболке её задница не привлекает внимания, но, чёрт, он прав.

— У меня есть там вип комната не переживай. И да, деньги я тебе завтра верну.

Гук всё ещё хмурится, но не встревает в перепалку.

Это её жизнь. Пусть делает что хочет.

Но, по-правде, парень немного волновался за неё, ведь прекрасно понимал, что в таком состоянии, в котором она находится сейчас после ссоры с родителями, эта девчонка может натворить дел.

Но, другого выбора у него нет. Чон точно не может пригласить её к себе домой переночевать. Во-первых, это лишь ещё больше разозлит её отца и он, Чонгук уверен, сможет оставить не только его без работы, но и его мать.

Во-вторых, это, конечно же, мама.
Если она увидит в доме её, то недели три, Гук точно не сможет отвертеться от коварных вопросов со стороны старшей Чон.

Пока кареглазый летал в мыслях, машина уже давно приехала к тому самому клубу, вывеска которого привлекала всех желающих хорошо провести вечер.

— До встречи, Чонгуки, – непонятно почему, смеётся младшая.

Она быстро открывает двери машины и выпрыгивает на свежий воздух.

Напоследок Лиса нагибается так, чтобы видеть парня, который сидел в машине и ждал, пока водитель уже наконец поедет к его дому.

— И, да, Чон, тебе не идёт быть таким задумчивым, – Прия не скрывает улыбки и сразу же хлопает дверью, оставляя парня с недовольной миной так и сидеть в автомобиле.

Жаль, что блондинка не увидела, как он закатил глаза.

Чёрт, а это явно входит в его привычку....

*****