Стук колес и чужое дыхание

Лухан сегодня был в приподнятом настроении. Его в последнее время не часто можно увидеть таким. Он еще разок проверяет, ничего ли не забыл, и выходит из маленькой уютной квартирки. Парень только недавно начал ее снимать, но за это время настолько привык, что чувствует себя в ней как в родной. Около подъезда стоит такси. Водитель помогает загрузить в багажник красной уже не новой машины чемоданы, пока Хань мысленно жалеет ее, глядя на вмятину у двери. Уже завтра он будет в гостях у своей тети, которая живет в Японии. Лу не в очень хороших отношениях с ней, но по большей части он едет туда ради племяшек. Эти милые девчушки каждый раз заставляют улыбку появится на личике парня.

Подставляя щечки, на которых играет румянец и виднеются веснушки, солнышку, Хань глубоко вдыхает. Пыльный и довольно грязный воздух. Ведь это железнодорожный вокзал, а рядом широкая дорога и море машин.

- Молодой человек, вы свой чемодан забирайте, а? - раздается громкий низкий голос таксиста. Кажется, он не первый раз обращается к блондину.

- А? Д-да... Конечно!
Хань мешкается, метушится, извиняется несколько раз, виновато поджимая губки и часто хлопая ресничками.
'Надо быть внимательнее', - напоследок думает Лу перед тем, как пойти к месту посадки.

Лухану нравится такая атмосфера. Поезд - это уникальное место. Ландшафты, проносящиеся мимо с высокой скоростью. Стук колес. Чай в стеклянных стаканах. А еще люди. Каждый со своей историей. И вот то самое уникальное чувство, когда с совершенно незнакомым человеком проводишь ночь напролет в разговорах. Открываешь душу тому, кого больше никогда не увидишь.

Это уже вторая остановка поезда, а Хань все еще сидит в одиночестве. В наушниках одна за другой играют красивые, даже грустные, песни. Прикрыв глаза, Лу полностью проникается драматической и очень ироничной историей любви, что рассказывается в его любимой песне. Он не замечает, как дверь в купе открывается.
Соседом Лу оказывается симпатичный парень. В глаза сразу бросаются густые черные волосы, которые так гармонично сочетаются со смуглой кожей. Лу водит глазами в разные стороны, но, как на зло, невозможно побороть желание смотреть на прекрасное тело этого человека. Хотя нет... Возможно. Есть то, что привлекло парня намного больше, чем сильные руки и пресс, что даже сквозь футболку можно заметить. Глаза. Если вы не верите в то, что глаза - зеркало души, то поверите, когда взглянете на этого уже даже не парня, а настоящего мужчину. Лу буквально не смог отвести от них взгляд, когда брюнет, сложив вещи, таки повернулся лицом.

- М? А я уж было подумал, что Вы уснули, - спокойно и возможно как-то сухо говорит незнакомец. Хани почти не слышал, что было сказано, ведь музыка продолжала играть несмотря на то, что на нее сейчас никто не обращал внимания.

- П-простите, - Лу быстренько снимает наушники и, откидывая их с телефоном подальше, протягивает руку для приветствия, - Я Лу Хань.

- Джэвон.

Так мало сейчас было услышано, а ведь этот чарующий голос хочется слушать вечно. Блондин даже не обратил внимание на то, что новый знакомый не захотел пожимать его руку. Та просто упала на колени, а сердечко, кажется, пропустило пару ударов. Такое непонятное чувство. Оно вроде и знакомо, но в то же время совсем далекое и неизвестное. Разве в такой ситуации не стоит просто не заморачиваться и отложить попытки разговора? Но нет, напротив, Лухану еще больше захотелось поговорить с ним, услышать этот бархатный баритон еще, глядя в эти полные загадок глаза.

И тема нашлась, когда Джэ достал из небольшого спортивного рюкзака блокнот и ручку. Он выводил строки аккуратным элегантным почерком. И Лу не мог упустить возможности подсесть к парню и расспросить о том, что же он пишет.

- Так вы поэт!

- - Скорее человек, описывающий свои эмоции рифмованными строками.

- Но это и есть поэт!

Слово за слово. Фраза за фразой. Лу все больше осознавал, насколько же огромная душа у этого человека, широкий кругозор, интересные и необычные мысли. Спустя часы, когда солнце почти закатилось за горизонт, забирая с собой и яркие красный, малиновый, розовый, оранжевый и желтый цвета небосвода, когда буквально лишь пару лучиков еще проникали в купе, черты лица обладателя пленительного взгляда стали смягчаться. Его жизнь не проста, это понятно, даже если почти ничего конкретного не было рассказано. Но в какой-то степени у них это общее.

- Значит, твоя жизнь состоит из неудач в любви, ненавистной работы и тяге к рисованию? - Джэ делает заключение из недавнего рассказа Ханя, на что тот кивает в ответ, -думаю, тут стоит что-то менять...

Менять? Знаешь, есть то, что хочется сейчас поменять. Есть то, что сейчас безумно хочется сделать. Головка Лу лежала на плече Вона, ведь так он успокаивал эмоции от своей не очень веселой истории. И когда эти глаза так близко, когда голос слышен так четко, когда даже его дыхание можно ощутить на себе, откидывать дурные мысли в сторону все тяжелее. Невыносимо. Может, не настолько они и дурные. Ведь нет ничего зазорного в желании коснуться губ того, в ком тебя манит буквально каждый сантиметр. Да, они знакомы даже не день. Но этот факт не останавливает. Обоих.

Каждое прикосновение, словно еще одна рассказанная история. Каждый поцелуй полон красок, эмоций. В этот момент, в эту ночь, когда мирок сужается до 'только мы', когда не думаешь об обстановке и окружающих, когда не заботят проблемы, что морочили голову месяцами, Хань чувствует себя самым счастливым человеком на планете.

Сильные руки, что изучили буквально каждый миллиметр хрупкого тела, горячие шершавые губы, следы которых еще будут оставаться некоторое время, тихое 'Малыш, давай постараемся не будить пассажиров' шепотом на ушко. Все это будет помнить Лу. Все. До последней секунды, до последнего прикосновения, до последнего стона. Весь этот вечер и всю эту ночь.

Что бы не заставило этих двоих повести себя именно так, это не было ошибкой по мнению обоих.

Поздней ночью под звуки стучащих колес Лухан усыпал в объятьях человека, с которым он познакомился этим вечером, но которого знает уже словно тысячу лет.