Цена жизни

Элья заняла место в командном центре. В свете голограмм её глаза отражали ту же решимость, какую Т/и помнила у матери.

— SOLIS‑01 — страховой протокол, — начала она. — После гибели Совета ваше «Пламя» освободило мир от контроля, но создало вакуум. Solis может за 60 минут синхрони­зировать все ключевые сети и зашифровать их единым открытым стандартом. Никто — ни Рэй, ни любая другая группировка — не сможет узурпировать коммуникации и дроно‑оружие. Но есть цена: неделя полного цифрового блэкаута. Банки, больницы, энергосети лягут. Паника неизбежна.

Т/и закрыла глаза. Решение походило на рубильник: выключи свет, чтобы не погасла свобода.

Пэйтон шепнул:
— Мы удержим людей, если заранее предупредим. Главное — Рэй. Он ударит сразу, когда сети рухнут.

Элья кивнула:
— Поэтому нужен двойной план: Solis + нейтрализация его техноклана. Я разведала координаты их ядра — подземный дата‑узел «Катакомбы 7».

Т/и поднялась.
— Значит, делаем это одновременно. Solis запускается здесь, я веду штурм в «Катакомбы». Как только их ИИ погаснет, никто не вскинет новые цепи. И мир... наконец вдохнёт.

Под ночным дождём ударная группа спустилась в вентиляционные шахты старой метролинии. Впереди — мигающий лазерный сеточный щит техноклана. Элиас, улыбаясь, выдвинул портативный «спайк» и за 30 секунд перепаял питание. Барьер погас.

— Наши 45 минут до Solis, — прошептала Т/и и шагнула вперёд.

Залы «Катакомб» гудели серверами. По коридорам патрулировали дроны‑церберы. В беглом, жестоком бою команда вырубала их ЭМ‑зарядами. До ядра оставалось тридцать метров, когда раздался голос Рэя:

— Поздравляю, Т/и! Ты всё‑таки пришла сдаться?

Он стоял у цилиндрического процессора. На грудной броне — полевой передатчик; вся сеть техноклана завязана на нём.

— Я пришла закончить, — тихо ответила она.

— Свет, тьма — одни слова, — усмехнулся он. — Людям нужен порядок. Я дам им его. А ты подаришь хаос.

— Нет, — сказала Т/и, активируя браслет‑маячок. — Я дарю им выбор.

Пока они говорили, Пэйтон уже закрепил магнитную петлю на силовом кабеле ЦП. Одно нажатие — и перегрев. Рэй заметил поздно. С шипением кабель вспыхнул, ядро заискрило. Рэй бросился к панели, но Т/и перехватила его удар. Короткая схватка — и он повалился, оглушённый.

Система техноклана погасла в 02:07.