10.
Прошло три дня.
Три дня, за которые Пейтон понял, что его раздражает не сам факт присутствия Т/и, а её холодность.
Она приходила, занималась с Фэйт, готовила еду, убирала, но... будто исчезла для него. Ни шуточек, ни тёплого взгляда, ни попыток разговорить его.
Т/и просто делала свою работу.
И это сводило его с ума.
— Ты опять на неё смотришь, — заявила Фэйт за ужином, жуя макароны.
Пейтон моргнул.
— Что?
— На Т/и. Ты смотришь на неё, но не говоришь с ней.
Т/и подняла глаза, но тут же снова уткнулась в тарелку.
— Мне кажется, тебе стоит извиниться, — продолжила Фэйт, будто это был очевидный факт.
— За что? — нахмурился Пейтон.
Фэйт пожала плечами.
— Ты взрослый, сам разберись.
Пейтон тяжело вздохнул и поднялся из-за стола.
— Мне нужно выйти.
Т/и, не отрываясь от еды, спокойно кивнула.
Но когда дверь за ним закрылась, она сжала вилку чуть сильнее, чем нужно.