Глава 33
Врач мерил давление девушке с мертвенно бледным лицом, в то время, как высокий лысый мужчина в дорогом смокинге сидел с другой стороны и держал свободную холодную ладонь Марины в своих.
Рядом стояли друзья девушки, в глазах которых читались тревога и переживание. Невысокий пожилой мужчина с белыми густыми усами и добрыми глазами без лишней суеты осторожно и уверенно осмотрел Марину и утвердительно кивнул.
- Ну-с, юная леди, вы переутомились. Ничего страшного в этом не вижу. Вам необходим покой - минимум неделю строгого пастельного режима... - врач ненадолго задумался, поправляя указательным пальцем ровно и аккуратно постриженные усы, и продолжил. - Может быть, с вами что-то произошло неприятное? Стресс, нервы, переживания вполне могли стать причиной обморока. В таком случае, рекомендую обратиться к психологу, - ответил доктор, смотря на девушку. В ответ Марина покачала головой.
- Нет, со мной все в порядке. Я не нуждаюсь в помощи психолога, благодарю за совет, - вежливо и холодно ответила Марина, скрещивая руки на груди, откидывая голову назад и закрывая глаза. Ей хотелось поскорее исчезнуть отсюда, не видеть грустные лица ребят и поскорее забыть этот день, как страшный сон. Особенно ей тяжело было смотреть Алисе в глаза. Девушка чуть ли не плакала, еле сдерживая себя от потока горячих слез. Ей хотелось поддержать Марину, успокоить, но она не знала как. Порой лучшее действие - бездействие. Алиса понимала, что сейчас подруге нужно время придти в себя, побыть одной и разобраться во всем самой, не впутывая других в свои проблемы. Звучит эгоистично, но Марина не тот человек, которому нужно чье-то плечо, чтобы излить душу. Ей абсолютно не требуется внимание со стороны и забота окружающих. Она сама по себе, но сейчас Марине было очень плохо и больно, но сказать об этом самым дорогим людям она не могла, просто потому что не хотела жалости с их стороны.
- В таком случае, расскажите мне, Марина, как вы спите? Вас не беспокоят кошмары или бессонница? - старичок улыбнулся, складывая свои вещи в большую сумку.
Марина молчала, смотря в пол, у нее не было ни малейшего желания продолжать разговор.
- Мышонок, тебя снова мучают кошмары? - тихо спросил Лев, наклоняясь к ее уху, но в зале стояла гробовая тишина, невольно заставляя всех услышать вопрос продюсера. Дыхание девушки стало прерывистым, а сердце начало учащенно биться. В уголках ее глаз скопились слезы, а щеки начали розоветь. Она нервно кусала губу, бегая глазами по всему паркету.
Марина медленно положила руку на живот и низко опустила голову, словно почувствовала сильную боль. Продюсер тут же обнял ее и спрятал от других ее слабость. Через секунду Марина уже рыдала навзрыд, нервно сжимая черное пальто мужчины в своих кулаках. Лев одним движением переместил ее на свои колени и начал гладить спину, чтобы хоть немного успокоить ее чувства, которые бешеным потоком вырвались наружу.
- Мышонок... Господи... Тихо, тихо... Ш-ш-ш... - продюсер заботливо покачивался, убаюкивая ее, как ребенка, но Марина не унималась. Она кричала, как будто ее режут, все сильнее вжимаясь в широкую грудь продюсера.
Врач не медлил, он вколол ей успокоительное, и вскоре она уснула на руках мужчины. Марина здорово напугала ребят. Впервые они увидели ее слезы, отчаяние, слабость и боль. В этот день она перестала быть для них железной девой без чувств и эмоций. Она такая же хрупкая, ранимая и слабая, как ребенок... Они не знали, что делать, как быть... Такое поведение от "стойкой" девушки ребята никак не ожидали.
Алиса тихо плакала на плече юноши со светлыми волосами. Он обнимал ее и не говорил ни слова. Юноша с длинными слегка вьющимися волосами цвета молочного шоколада выглядел растерянным, а высокий брюнет был, словно громом пораженный. На его бледном шокированном лице не было места чувствам и эмоциям. Он, не отрываясь, смотрел на спящую девушку в руках наставника и не мог до конца поверить в то, что сейчас произошло.
Его мучил вихрь вопросов, проносящихся в голове, не давая покоя, на которые ему не дадут никаких ответов. И это было мучительно для окончательно запутавшегося парня.
Врач оставил наставления Льву и удалился. Все еще какое-то время стояли молча, не решаясь задать давно приготовленные вопросы, пока мужчина слегка покачивался, продолжая обнимать исхудавшее тело девушки.
- Ничего не спрашивайте у нее... Мышонок многое перенес не так давно. Нет смысла ее об этом расспрашивать - она ничего не скажет, только сделаете больно моей девочке. Она изо всех сил старается забыть, понимаете? Не нужно снова напоминать о самых ужасных днях ее жизни. Я рассчитываю на вас... - прервал тишину Лев и медленно осмотрел всех присутствующих.
Ребята понимающе кивнули, и Лев грустно улыбнулся. В этот момент телефон продюсера зазвонил, заставляя всех вздрогнуть от неожиданности.
- Да, я слушаю... Нет... Я не смогу приехать, решайте сами свои проблемы... Что? Почему ты говорить мне это только сейчас? Черт... Нет... Я же сказал, что я занят... Значит прогорим. Я...
- Вы можете ехать, я позабочусь о ней! Обещаю! - прервал телефонный разговор Ден, делая шаг вперед. - Я присмотрю за Мариной, мы можете на меня положиться!
От лица Марины
Когда я проснулась, то почувствовала сильную боль в области шейных позвонков. Ох, здорово, отлежала. Так-так... Я в своей комнате – свой потолок я узнаю из тысячи. Поехали дальше...
Я медленно перевернулась, чтобы слезть с кровати и пойти умыться, как вдруг, увидела до жути знакомое лицо рядом с собой. Наши носы почти касались друг друга. От такого неожиданного поворота событий, я чуть не закричала. Какого черта он здесь делает? Да, еще спит на моей кровати?! Что я пропустила за то время, что была в отключке?
Сахарок мирно спал на самом краю кровати лицом ко мне. Еще и слюни пускает на мою подушку... Он что, смотрел, как я сплю? Я вздрогнула от неприятной картины, которую невольно представила у себя в голове.
Ладно, разберусь с ним потом. Сейчас я слишком растеряна, чтобы принимать какие-либо решения. Я аккуратно, с осторожностью партизана, покинула логово врага и скрылась в ванной, предварительно накрыв неожиданного гостя пледом. Пусть отдохнет немного. Судя по положению его тела, в котором его одолел сон, Ден уснул совсем недавно. Его лицо даже во сне было уставшим и обеспокоенным.
Мне понадобилось больше времени, чтобы придти в себя и окончательно вспомнить события прошлого дня... Ребята, наверное, сильно разочаровались во мне... Я глубоко вздохнула, продолжая стоять под холодными успокаивающими разум и тело струями воды.
Когда я вышла из душа, Дена нигде не было видно. Плед был аккуратно сложен и лежал на стуле, кровать заправлена. Хороший мальчик, вот только где он? Пока я пыталась собраться с мыслями, дверь в мою комнату открылась, и на пороге возник он - мой кошмар наяву с большой кружкой в руках.
- Как себя чувствуешь? - невозмутимо спросил он, подходя ближе и вручая мне кружку с горячим напитком. Его лицо было уставшим и помятым, под глазами красовались мешки.
- Прекрасно! - с наигранным энтузиазмом ответила ему, забирая напиток и делая глоток. Через секунду я чуть не выплюнула противную жидкость обратно, но, проявив великодушие и этикет, с трудом проглотила ненавистную жижу.
- Фу! Что это? Где мой кофе? - я искривилась в гримасе возмущения и отвращения одновременно. Во рту остался мерзкий привкус какой-то сушёной травы. Уголки рта басиста поползли вверх.
- Это зеленый чай с ромашкой, хорошо успокаивает нервы, он полезен, и да, кофе тебе нельзя - врач запретил, - спокойно ответил брюнет и отхлебнул немного целебного чая. - Вполне прилично, не знаю, чем тебе не угодил мой чай. Довольно приятный на вкус.
- Я не смогу начать день без кофе, отойди. Я сама себе сделаю, - я хотела пройти мимо него, но брюнет схватил меня за руку и остановил, не решаясь посмотреть мне в глаза.
- Что еще? - недовольно спросила я, запрокидывая голову назад и смотря на его задумчивое лицо. Он явно хотел что-то спросить, но медлил и тянул резину. От его молчания мне с каждой секундой становилось только хуже. Даже сердце начало биться чаще, в предвкушении тех самых вопросов, которые я боюсь больше всего.
- Нет, прости, но пока придётся обойтись без кофе. Я обещал Льву Иосифовичу, что позабочусь о тебе, и я сдержу свое обещание, - неожиданно для меня он не начал допрос и грустно улыбнулся. Я была в замешательстве, я не узнаю его. Сахарок не из тех людей, которые будут молчать. Как самый любопытный человек на свете, он просто обязан был меня спросить о вчерашнем... Он снова протянул мне чай, продолжая все также виновато улыбаться. Я вздохнула.
- Мне обязательно это пить? - я обреченно посмотрела на брюнета, замечая, как улыбка на его лице становилась все шире. Он утвердительно кивнул, окончательно лишая меня всякой надежды не пить это пойло, но видимо, черная полоса моей жизни продолжается...
Мы сидели на кухне и пили чай. Он - обычный черный, а я с чудо-ромашкой. Ден продолжал молчать и вести себя, на удивление, спокойно и уравновешенно, но я не могла не замечать его пристального взгляда, поверх чашки, который не на шутку тревожил меня...
- Я сорвала вам репетицию, прошу прощение. Больше такого не повториться. Скажи, что простил, - не глядя на собеседника, извинилась я, делая еще один глоток лечебного чая. Сахарок чуть не поперхнулся от моих слов и пуще прежнего уставился на меня с непонимающим и немного раздраженным взглядом.
- Зачем ты извиняешься? Ты ни в чем не виновата! - фыркнул он, убирая чашку в сторону и скрещивая руки в замке. Я подняла на него недовольный взгляд.
- Хорошо, как скажешь! - безразлично ответила я, осознавая, что сейчас спорить с ним бесполезно. Он продолжал буравить меня взглядом, в то время, как я через силу заставляла себя допить эту ужасную ромашку.
- Что? - мне стало неприятно от его зеленых глаз, обращенных в мою сторону. Сейчас, именно сейчас я читаю на его лице те самые заветные вопросы, которые он так и не успел спросить.
- Нет, ничего... - он опустил глаза и вздохнул. Ден взлохматил волосы и снова посмотрел на меня. Я ничего не понимаю. Почему он молчит о вчерашнем и делает вид, что ему не интересны причины моего странного поведения? Папочка, это твоих рук дело? - Я хотел сказать, что пацаны с Алисой зайдут скоро, - он улыбнулся.
- Зачем? - мой прямой вопрос сбил его с толку.
- Э-э-э... Проведать тебя, зачем еще? - ответил он, почесывая затылок.
- Это лишнее, я в порядке. У вас мало времени, на следующей неделе выступление, более разумно посвятить эти часы репетициям, - безразлично ответила я, допивая противную ромашку и морща нос.
Наш разговор прервал звонок в дверь. Я недовольно уставилась на Дена. Пожав плечами, он победно улыбнулся и скрылся в прихожей.