День 6029
На следующее утро Дэррил Дрейк выглядит очень рассеянным.
Я хожу на занятия и вроде бы говорю то, что нужно и когда нужно. Но друзья Дэррила постоянно намекают, что он под кайфом. Во время тренировки по легкой атлетике он никак не может собраться, и тренер снова и снова делает ему замечания.
– О чем ты думаешь? – спрашивает Саша, подружка Дэррила, когда тот подвозит ее домой.
– По-моему, сегодня я где-то в другом месте, не здесь, – отвечает он. – Но завтра я вернусь.
Остаток дня и вечер провожу за компьютером. Родители Дэррила целый день на работе, брат – в колледже; поэтому в моем распоряжении весь дом.
Мой рассказ – главная на сегодня тема на сайте Пула. Это испорченная версия того, что я поведал Натану, – в нем полно несообразностей. Непонятно: то ли это Натан пытается что-то скрыть, то ли Пул меня к чему-то подталкивает.
Покинув его сайт, узнаю в Сети все, что могу, о преподобном Пуле. Информации не так уж и много. До того как прогремела история с Натаном, он, кажется, не озвучивал свои мысли насчет одержимости дьяволом. Я смотрю на его фотографии, сделанные до и после этого события, стараясь обнаружить разницу. Но Пул на всех выглядит одинаково. Из-за того что изображение плоское, глаза трудно разглядеть.
На этом сайте я прочитал все рассказанные истории, стараясь обнаружить там себя, найти таких же, как я. Снова Монтана: два свидетельства. Есть и другие, похожие на правду, если верить тому, на что намекал Пул: один-единственный день – срок, предельный только для начинающих, и он может быть каким-то образом превышен.
Конечно, это то, чего я хочу. Оставаться в одном и том же теле. Вести одну и ту же жизнь.
Но в то же время – это не то, чего мне хочется. Потому что я не могу не думать о том, что происходит с человеком, в теле которого я мог бы остаться. Он (или она) просто мгновенно исчезают из жизни? Или первичная душа изгоняется и затем ей приходится жить, перепрыгивая из тела в тело? То есть, по существу, мы просто меняемся ролями? Не могу себе представить более печальной ситуации, чем когда ты, прежде живший в одном теле, вдруг обнаруживаешь, что не способен задержаться ни в каком другом теле дольше одного дня. У меня, по крайней мере, есть утешение, что я не знал другой жизни. Я бы, наверное, удавился, если бы меня вдруг вот так выкинуло и я потерял бы все, чем дорожил.
В ящике меня ждет письмо от Натана. Он пишет, что очень сожалеет о случившемся вчера. Он решил, что отец Пул хочет мне помочь. А сейчас он уже ни в чем не уверен.
Я отвечаю, что он не виноват, что ему нужно прекратить общение с отцом Пулом и постараться вернуться к нормальной жизни.
Еще я пишу, что сегодня – последний раз, когда я выхожу с ним на связь. Я не объясняю, что причина в том, что я перестал ему доверять. Думаю, он сам сообразит.
Закончив, пересылаю всю нашу переписку на новый адрес. И затем уничтожаю свой почтовый ящик. Вместе с этим ящиком уничтожены и несколько лет моей жизни. Единственная настоящая связь с прошлым. Глупо тосковать по какому-то адресу электронной почты, но именно так я себя чувствую. Не так уж много ниточек связывают меня с прошлым, и мне жаль, когда рвется хотя бы одна из них.
Немного позже получаю письмо от Рианнон.
Как поживаешь? Р.
Как раз то, что нужно.
Появляется желание рассказать ей о том, что случилось за последние сорок восемь часов, выложить все события этих двух дней и посмотреть, как она к этому отнесется, поймет ли, что они значили для меня. Мне нужна ее помощь. Нужен ее совет. Поддержка.
Но не думаю, что она хочет того же. А я не хочу рассказывать обо всем, что узнал, если ей это неинтересно. И я пишу ответ:
Это были трудные два дня. И видимо, не только для меня одного. Хоть мне и тяжело это сознавать. А
До полуночи еще несколько часов, но она не находит времени на ответ.