Без Фильтров

— Просто ты… хорошая, Эвелина. Тебе не должны были так делать. Ни подруга, ни парень.
FANFIC & БЕЗ ФИЛЬТРОВ
#Fanfic
#cherrysua_xx

35 ЧАСТЬ. Сообщение и Найтон.
— А нахуй плачешь тогда, если всё хорошо? — вдруг бросил Том с дивана. Голос был колючим, с нажимом, как будто специально хотел задеть.

Эвелина резко обернулась. Губы дрогнули, она на секунду опешила. Потом быстро вытерла слёзы тыльной стороной ладони, резко отвернулась, будто ничего не случилось.

— Не твоё дело, Каулиц, — бросила она зло и коротко, словно ножом отрезала. Подошла к раковине, налила себе холодной воды, сделала пару глотков. Смачила стакан и поставила его обратно с лёгким глухим стуком. Не глядя больше ни на кого, вышла в коридор, оставив телефон на краю кухонного стола.

Дверь тихо захлопнулась.

Прошло не больше минуты — и снова:

Пим-пим.

Пим-пим.

Пим.

Три коротких уведомления, сразу следом — звонок. Рингтон резко прорезал тишину. Звенел звонко, настойчиво, раздражающе. Потом обрывался. Кто-то явно ждал, что Эвелина прочитает сообщения. Или хотя бы взглянет.

Том нахмурился. Он помедлил — потом встал. Подошёл. На экране — блокировка.

Он начал с простого:

1-2-3-4
Ошибка.
1-1-1-1
Ошибка.
0-0-0-0
Ошибка. Заблокировано на 30 секунд.

— Ну конечно, — пробормотал он себе под нос.

Ждал. Смотрел в окно. Тишина. Где-то за стеной поскрипывал пол, слышались голоса в другой комнате. Через полминуты он снова взял телефон и набрал 8888.

Разблокировано.

— Хех… дура. Самый лёгкий пароль, — усмехнулся он, но в голосе не было радости.

Открыл сообщения. Отправитель: Майкл.
Несколько сообщений:

— Эля, пожалуйста, не верь Дине. Она всё перекрутила.
— Я клянусь, это было недоразумение. Лола — это просто… это она полезла сама.
— Посмотри на фото нормально. Ты же знаешь, я не мог бы...

И последнее сообщение:

— О, ты в сети. Не игнорь, дура. Ответь хотя бы. Мне не пофиг.

Том скривился, прочитав это. Пальцы сами начали печатать:

— Да пошёл ты нахуй.

Он отправил. Мгновенно. Потом — заблокировал контакт. Всё.
«Контакт заблокирован.»

Удалил всю переписку — подчистую. Только в телефоне Эвелины.
Майкл теперь писал в пустоту, даже не подозревая, что читает его не та, кто раньше отвечала с эмодзи-сердечками.

Через пару минут Том вернулся в гостиную, закинув телефон в руку, будто это был ненужный предмет.

Эвелина уже сидела в углу дивана, поджав ноги под себя, в капюшоне. Вся сжалась. Он подошёл, не останавливаясь, и на ходу кинул ей на колени телефон.

— Вещи свои тут не разбрасывай, — коротко бросил, не глядя, и сел к парням.

Эвелина посмотрела на экран, потом — на Тома. Лицо у него было совершенно спокойным, как будто вообще ничего не произошло.

Прошло около получаса. Кто-то уже рассказывал тупые истории, кто-то ел чипсы, кто-то спорил про кино.

— Мне уже пора, — вдруг сказала Эвелина, вставая с дивана. Голос звучал тихо, но ровно, почти отстранённо.

— Але, Эвелина, ты куда? — Данияр даже не повернулся сразу, просто вытянул шею назад. — Ещё только десять. Деревня — это не город, тут никто тебя не украдёт.

— Ну, максимум собаки съедят, — хмыкнул Никита, хрустя чипсами. — И то, блин, и их тут нету.

Эвелина слабо усмехнулась, будто машинально.
— Просто… хочу спать. Устала. И бабушка может начать переживать.

— Ладно, — протянул Данияр, пожав плечами. — Никто тут тебя не держит, иди.

Эвелина молча накинула худи, взяла телефон и тихо вышла. За спиной остался гомон, хохот и запах чипсов. А снаружи — вечерняя прохлада, звуки насекомых и медленно опускающаяся тишина.

Она шла по пустынной дороге, освещённой только желтоватыми огнями фонарей. Воздух пах влажной землёй. В животе всё тянуло — от усталости, от обиды, от всего.

Проходя мимо старой остановки, она вдруг услышала:

— Эй, киса… куда идём?

Голос был ленивый, растянутый, чуть насмешливый. Она резко обернулась.

На бетонной скамейке сидел Найтон. В руках — сигарета, капюшон надвинут на лоб. Он медленно встал, потянулся и подошёл.

— Поздновато для прогулок, — сказал он, будто невзначай. — Одна, в темноте... страшно же.

— Всё нормально, — ответила она, делая шаг в сторону.

— Я, кстати… — он слегка усмехнулся, — тогда, когда… ну, это… с тобой было… Я не бил. Не люблю вообще такое.

Эвелина застыла. В груди что-то болезненно кольнуло.

— Правда?

— Честно. Я тогда даже не хотел там быть. Просто… все как с цепи сорвались. А я… я не такой.

Он говорил мягко, почти с раскаянием.
Она глянула в его лицо — спокойное, беззаботное. Ни капли тяжести в глазах. Только лёгкий интерес. Или даже азарт?

— Спасибо, — коротко кивнула она, не зная, зачем.

— Ты что, плакала? — внезапно спросил он.

Она пожала плечами.
— Проблемы. С друзьями. С парнем.

Он замолчал, будто обдумывая, потом шагнул ближе:

— А хочешь, расскажи. Серьёзно. Я… умею слушать. Можем пройтись. Или просто... посидеть тут. Я не трону, если боишься.

Эвелина смотрела на него — и не могла понять. Всё звучало правильно. Но ощущалось... как-то фальшиво. Как будто он примерял на себя чужую роль. Слишком заботливо. Слишком гладко.

— Ты не обязан. Всё нормально, — проговорила она и уже почти отвернулась.

— Просто ты… хорошая, Эвелина, — добавил он тише. — Тебе не должны были так делать. Ни подруга, ни парень.

Её сердце будто сжалось. Но она заставила себя сделать шаг назад.

— Мне пора.

— Ладно, — Найтон приподнял руки. — Я не настаиваю. Просто… если захочешь поговорить — я рядом. Всегда был.

Он остался стоять у остановки. А она пошла. Шла быстро, будто старалась уйти не только от него, но и от всех воспоминаний, от всего, что её тянуло вниз.

Только когда за спиной стихли его шаги и голос, она наконец выдохнула. Долгий, дрожащий вдох. И слёзы снова подступили — беззвучные, как капли на стекле.