Глава 14
— Знаешь, что разрушает? - Когда тебе больно, а все делают вид, что ты виновата в этом. Вот это разрушает.
FANFIC & БЕЗ ФИЛЬТРОВ
#Fanfic
#cherrysua_xx
14 Часть. Костёр и ссора.
Они сидели у костра. Жаркие языки пламени отражались в глазах, время будто застыло, разрываясь между угольями и напряжением. Ребята уже успели немного остыть после драки. Лишь синяк на скуле Тома и ссадины на костяшках напоминали, как близко сегодня было к настоящему аду.
Адель сидела ближе всех к Эвелине, всё ещё бросая взгляды, будто проверяя, в порядке ли она. Девочка была в чужой футболке, с растрёпанными волосами и покрасневшими глазами, но всё равно держалась — молча, крепко, словно склеивала себя из обломков.
— Ну, расскажи о себе хотя бы, — вдруг произнёс Данияр, глядя на неё с лёгкой улыбкой.
Эвелина немного опешила, но всё-таки кивнула.
— Мне шестнадцать. Я… люблю музыку. Играю на пианино, немного на гитаре. Занимаюсь вокалом. — Голос у неё дрогнул, но она продолжала. — Ну… пока не переехала к бабушке, у меня всё было нормально. У меня в городе был парень. И лучшая подруга. Мы с ней почти не разлучались. Она мне как сестра.
— И чё, бросил парень, как только ты уехала? — хмыкнул Оливер, смахивая пепел с колен.
— Нет… — тихо покачала головой Эвелина. — Мы не расстались. Просто... последнее время я его не узнаю.
— Классика, — буркнул Том, не поднимая глаз. — Уехала, и сразу к другим на колени.
Эвелина резко обернулась к нему. Но не сказала ни слова. Только взгляд — как удар. Не злой. Не агрессивный. Просто очень больной. Как будто в ней снова что-то треснуло.
— Том, — вмешалась Адель. — Ты серьёзно? После всего?
— Да после чего, Адель? — он вдруг обернулся на неё. Глаза горели. — После того, что из-за неё мне чуть челюсть не выбили? Или ты всё ещё думаешь, что она бедная и несчастная?
— Да, думаю! — Адель подняла голос, почти до слёз. — Потому что она одна, Том. Потому что её чуть не изнасиловали, а ты ведёшь себя так, будто это её вина!
Том встал. Медленно, тяжело, как будто в нём накопилось столько злости, что он не знал, куда её деть.
— Остынь, — бросил он, — тебе виднее, кто тут ангелочек.
Он развернулся и пошёл прочь от костра.
Лекси резко поднялась, глядя ему в спину, потом повернулась к остальным.
— Ну, всё. Смотрите. Он из-за неё весь покалеченный, а вы жалеете её! — закричала она. — Да она вообще тут никто! А ты, Адель, — повернулась к ней, — ты вообще нормальная? Ещё защищаешь её!
Адель встала. В глазах стояли слёзы, но голос дрожал не от страха — от ярости:
— Лекси, ты просто злишься, потому что он не любит тебя. Не надо вымещать это на ней.
— Ты ничего не понимаешь! — крикнула Лекси. — Она разрушает всё. Пришла и всё испортила!
— Знаешь, что разрушает? — Эвелина вдруг заговорила. Тихо, но ясно. — Когда тебе больно, а все делают вид, что ты виновата в этом. Вот это разрушает.
Наступила тишина. Даже искры в костре треснули тише, чем обычно.
Никита посмотрел на Тома, потом на Эвелину, потом снова на огонь. Он хотел что-то сказать, но так и не произнёс ни слова.