6
ВНИМАНИЕ!
Глава содержит недопустимые половые сношения! Тег "инцест" сайт не пропускает, поэтому предупреждаю здесь.
В семье Сяо Чжаня очень любят и искренне им дорожат. Иногда эта забота кажется ему тяжелейшими оковами, она душит изнутри, ложится тяжестью непомерного груза и является жесточайшей пыткой. Но иногда она может послужить во благо его замыслам. Отец и брат сделают всë для счастья омеги, поэтому он может довольно нагло требовать своего, если сильно того желает.
Тогда пусть Ван Ибо будет его капризом.
Семья не сможет ему отказать, опираясь на знание о его сдержанности в желаниях и скромности в поведении. Чжань никогда не станет наглеть и легкомысленно подвергать себя опасности. Ему просто нужно самому ввести этого парня в круг своих ближайший телохранителей, как того человека, которому он безоговорочно доверяет. Забавный факт, что истинной причиной этого стремления является халатность Ибо в отношении его безопасности, элементарный пофигизм.
Именно так.
Здесь и кроется ключ к ответу. Нужно убедить отца в том, что альфа хороший телохранитель, который в одиночку способен заменить ту суровую компанию. Внимателен, проницателен и всегда находится настороже. С этим могут возникнуть трудности, но в число невозможного записывать ещë рано.
Сегодня он либо совершит ужаснейшую ошибку в своей жизни, которая повлечëт за собой суровый домашний режим, без права на спокойное будущее, либо приблизится к свободному существованию, заполучив Ван Ибо если не в личную охрану, то в качестве надëжного человека, с которым Сяо Чжаня можно отпустить по первому требованию, не задавая лишних вопросов и не сомневаясь в его безопасности. Ставки безусловно высоки, но на кону стоит заветная мечта, возможность ослабить удушающий поводок пристальной опеки и навящевой заботы. Он готов пойти на рискованный шаг ради будущего послабления его строгого режима.
Сяо Чжань вместе с начальником охраны выходит из особняка, взгляды ожидающих направлены на них, а они в свою очередь смотрят на Ван Ибо. Такого же спокойного, равнодушного и совершенно незаинтересованного в ситуации.
Боже, даже глаза не бегают по сторонам в попытке разобраться с происходящим, как у остальных! Ну что за прелесть?
— Ван Ибо, не могли бы вы сегодня сопроводить меня в город в связи со срочным делом крайней необходимости, — Сяо Чжань вежливо улыбается, а на лице собеседника даже уголок губ не дëргается в ответ на эмоцию.
Скала. Огромная, леденящая душу глыба.
Парень переводит взгляд на начальника охраны, который кивком даëт своë разрешение на поездку.
— Да, — лаконично отвечает он.
— Спасибо. Не возражаете, если мы используем ваш мотоцикл?
— Не возражаю.
Альфа вытягивает руку в сторону гаража, приглашая своего господина пройти вперëд, Сяо Чжань слушается и с зародившейся в груди ребяческой радостью отправляется к зелëному коню. Дерзкому и резвому. Полной противоположности спокойному и собранному владельцу.
Ван Ибо идëт чуть позади, следя за доверенным ему объектом. Пристально, но ненавязчиво, так, чтобы не привлекать внимания и не доставлять дискомфорта. Как и учили... Увы, не спецназ, а улицы, где не было права на ошибку. Если цель заметит слежку, то шансы на выживание крайне малы. Они не разоблачают. Они заманивают в тихое место и ловят, пытают, с целью заполучить информацию и убирают, когда считают тебя бесполезным. В качестве наказания. Чтобы другие не рисковали посылать своих людей, а те в свою очередь не соглашались на столь опасную авантюру.
С самого утра, когда в доме полно охраны, Чжаня отправили вместе с ним по каким-то важным делам. К тому же на мотоцикле. Скорее всего, Сяо Цанжен проверят его надëжность. В таком случае, слежка возобновится, и тот человек будет дотошно анализировать каждое действие Ибо. Нельзя совершить ошибку или выказать неуважение омеге, на кону стоит его карьера.
Интересно только, почему сам Сяо Чжань согласился на эту поездку. Вероятно, Сяо Цанжен убедил его в том, что на мотоцикле быстрее. Слишком рискованный способ испытать нового человека. Где-то в своей теории альфа совершил ошибку.
Сяо Чжаню понравилась прошлая поездка и он не без предвкушения ожидает следующую. Если Ибо станет его новым телохранителем, то стоит задуматься о переходе на новый транспорт. На мотоцикле быстрее и интереснее, да и людей теперь не будет так много, чтобы занимать едва ли не весь салон автомобиля. И это тоже одно из проявлений свободы. Выбор транспорта. Просто выбор.
Омега садится сзади и уже смелее обнимает своего водителя. При такой близости снова отчëтливо чувствуется сандал, и Чжань понимает, что его дальнейшая судьба решится сегодня.
Молодые люди выезжают из гаража и отправляются в сторону главной дороги. Спустя всего несколько секунд из того же гаража выезжает ещë один человек и следует за ними. Тот самый преследователь. Чжань совершенно не удивлëн такому раскладу дел. Иногда забота о нëм выходит за рамки адекватного, но неприятный осадок всë равно остаëтся. Складывается такое впечатление, будто ему не доверяют.
— Ван Ибо! — приходится кричать из-за сильного бухтения мотора. — Давай оторвëмся от того мотоциклиста.
Чжаню кажется, что он видит подобие улыбки в отражении бокового зеркала, хотя она больше похожа на дьявольский оскал. В следующую секунду резкое увеличение скорости заставляет его буквально вцепиться в человека впереди, он явно выжимает всë из этого старенького мотоцикла, будто сам давно мечтает заставить преследователя глотать пыль. Сяо Чжаню ещë не приходилось участвовать в гонке, но процесс ему явно по душе, заманчиво и с притоком в кровь того самого адреналина. Страшно становится тогда, когда мотоцикл выезжает на главную дорогу и входит в поток машин, а вернее маневрирует между ними, доходя до откровенно опасных и рискованных ходов, от чего Чжаню несколько раз хочется попросить Ибо остановиться, замедлиться или просто вести осторожнее, но мысль о хвосте заставляет сдержаться.
Что угодно, лишь бы не очередная слежка.
Лишь бы уйти от этого контроля.
Они быстро доезжают до своеобразного центра (сосредоточения городских удобств неподалëку от их элитной глуши), Сяо Чжань просит остановиться возле парка, но Ибо проезжает мимо. Они едут ещë пару улиц и оставляют мотоцикл рядом с огромным торговым центром, где можно бродить целую вечность в поиске своих целей, пока они расслаблено гуляют по улице.
— Спасибо, — улыбается Чжань.
Его улыбка кажется немного грустной, но является самой искренней из тех, что он когда-либо дарил. Спасибо, что помогаешь мне сбросить эти цепи. Спасибо, что ты не боишься избавить меня от оков. Ощущается это так, будто Ван Ибо знает все нюансы и полностью понимает ситуацию. Кто этот человек. Почему за ними следил. И при этом добровольно отводит его от Сяо Чжаня, защищая от нежеланного внимания. Будь это на самом деле так, омега бы... Расплакался? Обнял в порыве благодарности и нахлынувшей нежности? Трудно сказать, подобного с ним ещë не случалось. Сейчас же Ван Ибо просто соблюдает меры предосторожности. Не столь важно, главное, что Чжань в безопасности и они могут спокойно пойти в парк.
"Так ему и надо. Пусть бегает по бутикам. В следующий раз рядом с отелем припаркуюсь," — мысленно забавляется Ван Ибо.
Рядом с дорогой ещë слышен шум машин, на улице толпа людей, не имеющих собственных автомобилей или же уже добравшихся до места работы. Молодые люди входят в парк, где картина резко меняется, потому что в будние дни, когда взрослые работают, а дети учатся, в местах для отдыха нет практически ни души. Только Сяо Чжань, нахождение которого на рабочем месте не имеет никакого значения. И Ван Ибо, правда он приехал сюда по работе.
Они проходят по каменным дорожкам с изысканными скульптурами и необычными растениями по сторонам, любуясь тишиной и спокойствием. Чем дальше они отходят от бушующий цивилизации, тем тише становится вокруг, тем чище ощущается воздух, будто бы в городе ты не дышишь полной грудью. В особняке ощущается что-то похожее, но в парке нет стен, давящих на тебя, как ограждения на пожизненно заключëнного.
Сяо Чжань осматривается по сторонам так, как будто никогда раньше не знал воли, жизни, свободы. Внимательно изучает каждое дерево, наблюдает за бегущими по дорожкам муравьями и осторожно обходит травинку, выросшую между камней.
— Так красиво, — шепчет Сяо Чжань, поднимая голову вверх и замечая, как же необычно смотрится небо, застланное ветками деревьев.
Он переводит взгляд полный воодушевления и восхищения на Ван Ибо, но сталкивается уже не просто с каменной стеной, а с едва заметной брезгливой гримасой. Альфа что-то растирает ботинком о дорожку.
— Клещ. — Объясняет он, замечая недоумение Чжаня, а тот в ответ не сдерживает лëгкой усмешки.
Оказывается, не только люди могут быть опасны. И его телохранитель отлично справляется со своей работой даже в природной местности.
Они проходят дальше и доходят до огромной каменной лестницы, расположенной полукругом и ведущей вниз маленькими ступеньками, с одной длинной посередине, будто это два отдельных спуска. А внизу, в самом центре, находится красивый фонтан. Дальше идëт небольшая тропинка, ведущая к внушительному то ли каменному, то ли бетонному мосту. К этой лестнице Сяо Чжань направляется чуть ли не бегом.
— Стой! Сфотографируй меня!
Омега вручает Ибо телефон и становится перед ступеньками, чтобы было видно эту могучую лесенную возвышенность. Фонтан его не особо интересует, а мост становится местом продолжительной фотосессии. Иногда Ибо приходится оттаскивать его от перил, заметив, что поза слишком опасная, но будь на его месте личная охрана Сяо Чжаня, тот бы вообще не смог попасть на этот мост. Они бы следили за тем, чтобы наследник не упал на ступеньках, хотя он взрослый мужик, пусть и омега.
За свою жизнь у него было не мало путешествий, он видел самые роскошные места и фантастические пейзажи, и кто бы мог подумать, что до эйфории его доведëт обыкновенный мост в парке его города.
Сяо Чжань бегает по мосту, быстро меняет позы, будто никогда в жизни не видел такого чуда. Ибо старательно фотографирует каждую позу, стараясь ничего не смазать и не испортить фотографию наклоном или неудачным поворотом камеры. Хотя Чжань и без усилий на каждой фотографии выходит великолепно. Ответственность альфы даже в такой мелочи, как выбор ракурса, заставляет умилиться его работоспособности.
— А теперь давай вместе!
Омега подбегает к Ибо, забирает у него телефон и направляет фронтальную камеру на них, улыбаясь в объектив. Фото. Ëщë фото.
Омеге не терпится увидеть результат их стараний, поэтому он сразу же переходит в галерею, поражаясь красоте и гармоничности их фотографий. Конечно, на них заметно, что Ван Ибо точно не один из его приятелей, а какой-нибудь военный, но это никак не портит его лица. Внешностью этот парень не обделëн. Мог бы стать моделью или актëром. Будет сниматься в боевиках в какой-нибудь майке-алкоголичке, обтягивающей его внушительные мышцы, и в пятнистых штанах. На руках кожанные перчатки без пальцев, а к бедру привязана кобура с пистолетом. И в какой-нибудь сцене с него практически сдерут эту майку (если не сдерут полностью), эстетично обмажут грязью и кровью, уложат в траву и сделают такие фотки, что любой интернетный соблазнитель в рубашке и наручниках может отойти в сторонку. Работает профессионал!
Да-а, разгулялись мысли перед течкой...
— Ты очень красивый, — утверждает Сяо Чжань. — Давай сделаем ещë парочку снимков.
Ибо сам не замечает, когда омега отходит от него и фотографирует издали, в полный рост. Он борется с желанием закатить глаза, просто хватает фотографа за руку и ведëт дальше. Выходит слишком грубо, но мужчина не сопротивляется, только улыбается, отмечая, что любой другой телохранитель точно не стал бы его так дëргать.
Отыскал жемчужину!
За мостом оказывается ещë одна тропинка ведущая сквозь цветы, высаженные в узоры и рисунки. Но длится она не так долго, заканчивается, когда достигает дороги и небольшого продуктового магазина. На этой дороге практически нет машин, по ней выезжают из города в какую-то глушь бедного типа, на другой стороне расположены частные деревенские полуразваленные дома, за ними поле, а чуть в сторону бескрайний лес.
Сяо Чжань без передышки делает фотографии. Он не столько снимает, сколько ищет красивый ракурс. Сосредоточен и воодушевлëн. Ван Ибо не часто видит подобное поведение, поэтому, чего греха таить, засматривается на прекрасного в своëм духовном состоянии омегу. Будто в нëм содержатся бесконечные свет и тепло, которое он излучает без труда и отдаëт без остатка, заряжает своей энергией и согревает одним присутствием. Поистине, человек, который не знает горечь бед, проблем и несчастий.
— Давай купим мороженное! — предлагает Чжань.
Он с энтузиазмом заходит в маленький магазинчик и выбирает необычное мороженное из холодильника. Совсем не такое, как в привычных ему супермаркетах, но оно почему-то кажется вкуснее дорогого.
Он оплачивает два пломбира и торжественно вручает один из них Ван Ибо, после чего чуть не катится от смеха. Он ещë не видел, как крутые люди брутально едят мороженное, но попытки альфы сохранить свою серьëзность и не допустить утечки сладости через дно стаканчика возымели обратной эффект.
На посещении магазина их небольшое путешествие в неизвестное заканчивается, они разворачивается и идут гулять по уже знакомым дорожкам, доедая своë мороженное. И можно было бы зайти ещë в парочку интересных мест, пока в их распоряжении есть целый день, но счастье не может длиться долго. Особенно, когда продолжительная радость и не планировалась.
У Сяо Чжаня чуть кружится голова, как от воздействия крепкого алкоголя, он теряет равновесие и хватается за альфу рядом, сразу же жалея о своëм поступке, поскольку аромат сандала тут же заставляет промежность намокнуть обильнее запланированного. Температура на улице становится невыносимо высокой, и Чжань растëгивает верхние пуговицы рубашки, стремясь справиться с удушающей жарой.
— Твою мать, — твëрдо шепчет Ибо, оглядываясь по сторонам.
Вряд ли кто-то захочет пристать к омеге, находящейся рядом со столь сильным альфой, но необходимо учитывать все риски.
В таком состоянии опасно садить Сяо Чжаня на мотоцикл. Близость альфы сделает ему только хуже. Но увезти отсюда его нужно как можно скорее.
Ибо придерживает подопечного за талию и достаëт из кармана телефон, чтобы вызвать такси.
— Нет. Не могу... Репутация... — шепчет Чжань.
Он принадлежит известной семье, является узнаваемой личностью, и ему не стоит появляться на глазах у людей в неподобающем виде и состоянии. Течка — естественный процесс, но еë ярое проявление тоже порицается обществом.
— В ближайший отель. Оттуда позвони отцу.
— Вы абсолютно правы, это нанесëт вашей репутации меньший урон, — саркастически замечает парень.
— Они не имеют право разглашать информацию о гостях.
Ван Ибо слушает приказ. Рабочий день уже начался, поэтому машин на улицах не особо много. Гостиница тоже оказывается недалеко, будто Чжань специально выбирал это место для прогулки.
Альфа доводит мужчину до номера, стойко игнорируя косые взгляды администратора на ресепшене, и аккуратно опускает на кровать.
— Я за подавителями, — сообщает он, набирая номер Сяо Цанжена.
— У меня аллергия, — выдыхает Чжань.
Нагло врëт.
Ван Ибо докладывает о ситуации и откладывает телефон в сторону.
— За вами скоро приедут. Прошу меня простить, но даже в такой ситуации я не имею право выпускать вас из поля зрения, поэтому останусь здесь.
Альфа садится на кресло возле окна и внимательно смотрит на пейзаж за стеклом.
Сяо Чжань впервые чувствует настолько сильное желание, раньше он никогда не доводил себя до такого состояния, заранее пил подавители и не знал истинных мучений течки. Сейчас же ему кажется, что он готов прямо сейчас набросится на Ван Ибо и запереть дверь если потребуется, чтобы отец не смог помешать ему в коварных планах. А ещë ему до одури хочется ощутить запах сандала, которого почему-то нет. Даже намëка на феромоны не ощущается с того самого момента, когда Ибо понял, что происходит.
— Жарко, — шепчет Чжань, растëгивая рубашку и извиваясь в неестественных позах, пожирая взглядом юного альфу.
А ведь Ибо на шесть лет младше его самого.
Альфа наконец смотрит на происходящее и встаëт с места, когда рубашка оказывается на полу. Он идëт в ванную, а затем возвращается с мокрым полотенцем в руках, которое накидывает на тело Чжаня.
Изначально становится обидно из-за того, что Ван Ибо не выказывает и капельки желания, когда рядом с ним находится сногсшибательный течный омега, но стоит посмотреть на внушительный бугорок в районе штанов, и мужчина убеждается в поразительной выдержке этого молодого человека.
Правда самому Сяо Чжаню становится ещë хуже. У него течка, у Ибо стоит колом, и омежья сущность не видит никаких препятствий на пути к желаемому.
Это кажется странным. Ван Ибо не источает феромонов и внутренняя сущность должна воспринимать его как бету. Тогда почему к нему по прежнему тянет, почему его так хочется? Неужели его сущность так трудно обмануть? Вероятно, дело в том, что он мужчина знает о его истинном происхождении.
Альфа вновь уходит в свой угол, пока Чжань кутается в прохладное полотенце.
Ну почему он не бросает ни одного взгляда? Омеге хочется хныкать от чувства обделëнности. И эти муки продолжаются всë то время, что они ждут вмешательства в их уединение.
Отец приезжает довольно быстро. Он лично забирает Сяо Чжаня, лишь сообщая Ибо о его освобождении до конца дня. Альфа уезжает домой на своём мотоцикле. Сяо Чжань едет в особняк вместе с отцом, охрана находится в соседних машинах, Сяо Цанжен ведëт самостоятельно. Риски недопустимы.
* * *
Дома Сяо Чжань принимает подавители, но действовать они начинают не сразу. Он снимает одежду и ложится на кровать, мучаясь от жажды и жара. Он водит руками по своему телу, касается чувствительных мест, чтобы хоть как-то облегчить страдания, но они не исчезают полностью. Ему по-прежнему хочется хныкать от переполняющих ощущений. Ему хочется разрядки, которой не получается достичь самостоятельно. Ему нужен альфа.
Стук в дверь становится неожиданным. Все в доме предупреждены о том, что беспокоить Чжаня сейчас не стоит. Ситуация проясняется, когда в комнату входит Сяо Юдао.
— А-Чжань, — шепчет мужчина, смотря на прикрывающегося одеялом брата.
Чжаню неловко быть перед ним таким... Это унизительно.
— Ты принял подавители? — Юдао мягко гладит его по волосам.
В глазах Альфы отражаются боль, сочувствие и желание.
— Да, но нужно время, — Чжань смущëнно отводит взгляд, но вскоре его зрачки расширяются.
Аромат сирени становится сильнее.
— Бедный Чжань-Чжань, ты не должен так мучиться.
Сяо Юдао поворачивает его голову в свою сторону, смотрит прямо в глаза с искреннем сожалением и нежно касается его губ. И Чжань цепляется за эти губы, жадно хватает их своими, будто в них заключается источник жизни, так необходимый ему в этот момент. Поцелуй очень быстро превращается в глубокий, тягучий и медленный. Будто брат внимательно изучает неизведанную часть Сяо Чжаня.
— Я помогу тебе, малыш... Тебе станет легче...
С этими словами Юдао забирается на кровать, ложится на брата сверху и смотрит в его глаза перед тем, как вновь поцеловать. Он гладит ладонями плечи и шею Сяо Чжаня, постепенно переходя на грудь и талию, целует внимательно и много, опускается всë ниже, будто боясь пропустить хоть одну клеточку кожи.
Омега наслаждается ощущениями . Он и не замечает, когда брат оказывается без одежды, когда целует ниже допустимого, когда входит в его тело. Он даже не пытается думать. Он лишь поддаëтся на встречу брату, самостоятельно насаживаясь, испытывая долгожданное и желанное. Феромоны окончательно лишают рассудка и он не может думать больше не о чëм. Лишь бы почувствовать больше.
Сяо Юдао действительно выполняет своë обещание. Он делает легче.