Нефритовый корабль.

Чон Чонгук оглядел капитана и скептически фыркнул, скрещивая на груди руки. Прокатил язык по внутренней стороне щеки и поднял глаза на лицо капитана.

-И ты одет не в свои холёные наряды? Я думал, ты придерживаешься этого..нового. Западного. Уже надоело?

Хёнджин поправил рукава простой рубахи свободного кроя, затем накинул тумагари( мужской халат, который надевался поверх всего) и завязал широкой лентой. Вся его одежда была чёрного цвета, что наводило Чонгука на странные мысли, а после того, как Хёнджин скрыл пол лица маской, то Чонгук вовсе нахмурился, начав догадываться, что его друг задумал что-то неладное.

-Что ты собрался делать?-строго спросил Чонгук, встав перед Хёнджином.-Ты же что-то задумал, чёртов..-Чонгук осёкся и поджал губы.

Хёнджин усмехнулся и посмотрел в глаза брюнета.

-С чего ты взял, что я что-то задумал? Просто решил сегодня не выделяться своей, как ты выразился, холёной одеждой, чтобы женское внимание досталось и тебе,-губы блондина расползлись в ухмылке, на что брюнет закатил глаза и цокнул, но отвечать на колкость не стал, зная, к чему это приведёт.

-Хёнджин, зная тебе семь лет, я могу с уверенностью сказать, что ты ничего не делаешь просто так. И ты,-ткнул он Хёнджина в грудь.-Не изменяешь своим принципам. Если уж носишь ту странную одежду, то носишь, а раз решил ее сменить, значит неспроста это. Потому не вешай мне лапшу на уши, капитан,-язвительно обратился Чонгук к нему, хмурясь.

-Это личное. Потом скажу,-коротко и ясно сказал Хёнджин, разворачиваясь спиной к брюнету. Он первый вышел из дома, в котором со всей командой решили остаться.

Чонгук вышел сразу за ним.

-Остальные уже ушли?-спросил Хёнджин, обуваясь и прислушиваясь к непривычной тишине. На корабле такая тишина наступает лишь ночью, когда все проваливаются в сладкие сны.

Чонгук фыркнул и стал так же обуваться, всё еще хмурясь от того, что Хёнджин не делиться с ним его планами.

-Как только ты сказал, что все могут отправиться в «Красный лотос», так все тут же удрали туда. И этот тупица удрал самый первый,-недовольно проговорил Чонгук, поднимаясь следом за Хёнджином.

-А тебе завидно?

-С чего бы?

Они смотрели друг другу в глаза, стоя посреди двора. Чонгук не видел губ Хёнджина из-за маски, но знал, что тот ухмыляется своей поганой ухмылочкой. И это раздражало его, что хотелось врезать.

-Молчи!-сквозь зубы проговорил Чонгук, хмурясь и буквально закипая от недовольства.-Даже не думай поднимать эту тему.

Хёнджин издал смешок и пожал плечами, развернулся и пошёл. Чонгуку же оставалось пойти следом.

Чонгук не любил ходить в «Красный лотос», хотя тамошние кисэн с радостью принимали его и были бы не прочь облюбовать, но он всегда держался рядом с ними сдержанно. Слушал их «пустые» речи, смотрел на них, обводя взглядом фигуру, отчего девушка тотчас краснела и подавалась к нему. Конечно, он мог их понять. Не зря он тратит столько сил на силовых тренировках, дабы его тело было в идеальной атлетической форме. Он мог только представить, что случилось бы с этими красавицами, увидь они его без одежды, потным, когда под палящим солнцем он возносит свой меч. Представляя эту картину, ему становилось смешно и любопытно одновременно. Но не смотря на это, он не любил это заведение, потому что это оскверняло его воинскую честь. Настоящий воин не может пасть перед мирскими грехами. А он был воином. Однако об этом знал только Хёнджин, который не упускал возможности и подтрунивал над Чонгуком из-за его глупого обета, но для остальных членов команды Чонгук был простым зазнавшимся бабником, который настолько зазнался, что перестал уважать столь прекрасный пол.

Войдя в главный дом «Красного лотоса», они огляделись, ища остальных членов команды «Чёрной каракатицы». Но искать долго не пришлось. Громкие голоса пиратов хорошо различимы. Команда сидела за первым столом к сцене, где кисэн демонстрировали выступления. Пираты «Чёрной каракатицы» обожали смотреть на их выступления и улюлюкать, подбадривая кисэн.

-Иди к ним,-кивнул Хёнджин, делая шаг в другом направлении, но Чонгук схватил его за плечо.

-А ты куда?

-Сказал же: позже расскажу. Личное,-после чего скинул руку Чонгука и пошёл на второй этаж.

Чонгук провожал его спину взглядом, про себя буркнув:

-Чёртов скрытный ублюдок!-цокнул и пошёл к остальным ребятам.

Хёнджин поднялся на второй этаж, огляделся. В коридоре было относительно тихо, лишь доносились тихие звуки, исходившие из комнат, в которых находились гости. Он поправил маску и пошёл вперёд, ступая тихо и медленно, прислушиваясь к звукам, доносившихся из комнат. В голове тихо звучал голос: «Он должен быть в последней комнате. С одной из кисэн». Представляя грязную картину, Хёнджин злился и сжимал рукоять меча. Дойдя до конца коридора, Хёнджин остановился, посмотрел направо, сделал туда шаг и прислушался, оттуда доносились мужские голоса. Помотал головой и сделал шаг влево, прислушался и услышал лишь звуки копошения. «Эта»-подумал он и встал перед дверью. На миг прикрыл глаза, переводя дыхание, и стал медленно открывать дверь, так, что никто не услышал этого звука.

Острый взгляд его тут же наткнулся на неприятную картину. Тучная фигура мужчина чуть ли не лежала на девушке, а лицо его было склонено к ее лицу. В горле Хёнджина образовался ком, он сжал челюсть и кулаки. Перед его взором предстала совсем другая картина. Предстала столь ярко, что приносила ту же боль, что и двенадцать лет назад. Сердце словно сжали в тиски, словно пронзили сотнями иглами, от которых сердце кровоточило и приносило адскую боль.

Хёнджин сжал рукоять меча, медленно, чтобы не издать резкого звука, вытащил его из ножен, тихо выдохнул и вновь взглянул на «картину». Пара шагов и остриё меча пронзило спину, проходя насквозь и поражая бьющееся сердца. Мужчина закряхтел. Хёнджин вытащил меч и снова вонзил его, но уже в шею, так же насквозь. В его потемневших глаза горело пламя: ненависти, злобы, злорадства и мести. Он смотрел, как ткань пропитывалась кровью, а тело мужчины слабело, издавая последние вздохи жизни.

И только, услышав нервный вздох, Хёнджин вспомнил о девушке. Проморгался и посмотрел на девушку, чьё лицо было скрыто наполовину. Его взгляд зацепился за яркий цвет ее волос, уложенных в сложную кисэновскую причёску. Тело мужчины обмякло прямо на девушке, придавливая ее своим тяжелым весом, но девушка словно этого не ощущала. Правая рука, которой оно закрытых век, дрожала. Она провела пальцами по веку, открыла глаза и посмотрела на пальцы, что были в алой крови. И ее лицо побледнело. Она уставилась на свои пальцы, не замечая ничего вокруг.

Хёнджин нахмурился и тихо выругался. Он понимал, что девушка в настоящем ужасе. Ведь девушки очень хрупкие и ранимые существа, не терпящие убийств, вида крови и жестокости. И не важно какой статут имела девушка: дворянка или простая кисэн. Все они похожи. «Нужно ее успокоить»-подумал Хёнджин, присел на корточки и скинул тяжёлую тушу с девушки.

-Эй, ты в порядке?-мягко спросил он, вглядываясь в ее лицо. Но девушка словно не слышала его. Она всё еще смотрела на окровавленные пальцы. В ее взгляде он читал вопрос «Кровь? Это настоящая кровь?». «Она еще в худшем состоянии, чем я думал»-подытожил Хёнджин и тяжело вздохнул. Он, правда, не хотел пугать девушку и доводить ее до такого состояние, но его охватила ярость, и противостоять ей в пользу хороших манер он не мог.

Хёнджин перевёл дыхание и осторожно взял девушку за запястье, опуская ее руку, на пальцы которой она так внимательно смотрела. И, наконец, их взгляды встретились. Хёнджин смотрел в чистые серые глаза, такие светлые и прекрасные глаза. Он даже не заметил, что перестал дышать. Но тут девушка перевела взгляд на мёртвую тушу и смотрела некоторое время, а затем вернула взгляд к Хёнджину, но теперь ее серые глаза стали темнее, и в них он читал уже не чистоту, а злость. Хёнджин опешил, проморгался и вновь вгляделся в ее глаза, не показалось ли ему. Но нет, глаза источали злость и негодование. Взгляд девушки стал холодным и жёстким. А затем тишину прорезал ее нарочито спокойный голос:

-Зачем?-девушка вырвала руку и сжала пальцы в кулак.-Зачем ты убил его?

Хёнджин усмехнулся, не веря своим ушам. Он же только что спас ее от рук этого мерзкого ублюдка. Ублюдка, который только и делает, что наживается деньгами, сорит ими и жаждет женского тепла красивых женщин. Он сделал ей одолжение, спас ее юное тело, что могло подвергнуться к терзаниям мерзких жилистых рук. А она? Хёнджин издал смешок и размял шею, поднимаясь с корточек.

-Зачем?-он поднял меч и посмотрел на его блеск, вглядываясь на окровавленное остриё.-Тебе не кажется, что ты должна сказать «спасибо»,-усмехнулся и посмотрел в глаза девушки.

Девушка усмехнулась и поднялась, делая шаг к Хёнджину. Он оглядело ее, не ожидав, что она будет ростом с него. Эта кисэн поражала его, начиная от цвета волос, заканчивая странной реакцией.

-Спасибо?-прошипела девушка, отчего ее глаз дёрнулся. Она издала смешок и опустила голову, ставя руки на бока.

А Хёнджин продолжал скользить по ней взглядом. Очертил взглядом фигуру, отмечая, что платье в западном стиле, и задержал взгляд на вырезе платья. Но тут его отвлёк женский рык, а затем его притянули, схватив за одежду в районе груди.

-Спасибо!?-прошипела девушка. Ее взгляд источал ярость и негодование. И это поражала Хёнджина. Столь чистые эмоции в этих глазах.-Ты чёртов ублюдок! Ты всё испортил, а еще ждёшь благодарности!?-она тяжело дышала. Она резко оттолкнула его и со злости перевернула столик, на котором были вино и чашки. Тихо прорычал и что-то бурчал.-Заделался убийцей?-глянула на Хёнджина, в ее глазах блеснул опасный огонёк.-Ха! Чёртов ублюдок!-подошла к нему и ткнула пальцем в грудь.-Ты..-она молчала, тяжело дыша, и испепеляла взглядом. Но она таки ничего не сказала, резко развернулась и вышла из комнаты.

Хёнджин стоял в полном смятении и удивлении. Его озадачивала реакция девушки. Бывая частым гостем «Красного лотоса», да и других подобных заведений, он знал, что у таких девушек тоже есть свои предпочтения. Они не хотели ложиться под каждого, а тем более под мужчины подобных господину Хо. И Хёнджин не понимал, в чём проблема этой кисэн? Он избавил ее от мерзкого клиента. «Может он обещал хорошо заплатить? А ей нужны были эти деньги?»-подумал он и опомнился. Выбежал из комнаты, но в коридоре никого не было.

-Куда она делась? Что..-услышав звуки, он обернулся и увидел приоткрытое окно. Быстро проскользнул в него и спрыгнул вниз. Хотя он бесцеремонно вошёл в главный дом, никто не должен был видеть его, как убийцу, даже если за это ничего ему не будет.

Он прошёл вдоль стены, подходя к входу в главный дом, снял маску и турамаги, оставаясь в простой рубахе, а одежду выкинул в кусты, после чего незаметно вышел из кустов и как ни в чём не бывало стал подниматься по лестницам. И стоило его увидеть кисэн, как те затрепетали и окружили его.

Хэри сжимала юбку платья и спускалась вниз, бурча про себя всевозможные ругательства. Она была в ярости. Вторая попытка так же увенчалась провалом. И только за это можно было убить того ублюдка. «Да кто он такой? Неужели кто-то заказал убийство господина Хо? Кому это только понадобилось? И почему именно сегодня?»-вертелись в ее голове вопросы, на которые не было ответа. Хэри стянула вуаль и остановилась, оглядывая зал.

«Где она? Чёрт бы ее побрал! Разрази меня гром!»-чертыхалась она у себя в уме, ища фигуру Джи Вон. Наконец, заметив знакомую фигуру, Хэри пошла прямиком к ней.

Джи Вон сидела в «тени», за самым крайним столом, за которым клиенты не предпочитали сидеть, потому что с этого стола был плохой обзор. Однако для Джи Вон этот стол стал самым лучшим место для обзора. Подперев голову руками, она мечтательным взглядом смотрела на центральный стол, за которым сидела компания громких мужчин, разодетых точно как пираты. И взор ее был прикреплён к статному мужчине, сидевшему с края стола. Он сидел, скрестив руки на груди, и скучающим взглядом смотрел на всё вокруг. Но он был так красив, что Джи Вон не могла оторвать от него своего взгляда, что не заметила, как спустилась Хэри и подошла к ней.

-Чего застыла?-прошипела Хэри, отчего Джи Вон вздрогнула и подскочила с места, оборачиваясь к Хэри.

-Ты..? Что?

-Пошли!

-А..-Джи Вон потерянно начала вертеть головой, то на уходящую Хэри, то на красивого мужчину.-Но..-она надула губы, печальным взглядом глядя на мужчину, и нехотя идя за Хэри. «Вот всегда она не вовремя появляется»-подумала Джи Вон, обиженно скрещивая руки на груди.

Хэри смотрела «в никуда», полностью погружённая в мысли. Продолжала сжимать подол юбки и быстрыми, почти что грозными шагами, проходя зал. Она даже не обращала внимания на обращённые взгляды мужчин, рядом с которыми она проходила. А они удивленно смотрели на нее и указывали, шепчась. Но Джи Вон видела это и хмурилась, не понимая, почему этим мерзким людям нужно указывать на Хэри и ее..шрам. У всех ведь есть недостатки.

Джи Вон догнала Хэри и поравнялась с ней, осторожно поглядывая на нее, потому что она поняла, что Хэри не в духе, а это значит, что что-то пошло не так. И когда Хэри в таком состоянии, то стоит быть предельно осторожным и внимательным: скажи или посмотри не так, можешь и лишиться чего-нибудь. Хотя Джи Вон была уверена, что Хэри с ней так никогда не поступит, потому что она была ее близкой подругой, но и девушкой, а с девушками должны действовать другие правила, но перестраховаться всё же стоило, Хэри могла быть непредсказуемой.

До дома, который они взяли в аренду, они шли в полном молчании. Только Джи Вон ощущала всю злость и напряжение Хэри, что заставляло ее покрываться мурашками и молиться на лучшее. В Доси, как в одном из прогрессивных городов Чосона, можно было брать дома в аренду на время, чем пользовались иностранцы, которые впрочем и ввели эту особенность в политику города.

Хэри вошла в свою комнаты, так и не взглянув на Джи Вон, которая не знала, куда себя деть. Джи Вон казалось, что за два года, которые они знакомы, они стали как никогда близки. Она была в этом уверена, потому что Хэри вела себя с ней по-другому, чем с другими членами команды и даже чёртовым Ким Сынмином. Но, не смотря на это, Хэри всё еще оставалась скрытной и замкнутой. А Джи Вон хотелось быть ближе, быть настоящими подругами, но, кажется, мечты останутся мечтами.

Хэри закрыла за собой дверь и усмехнулась, видя перед собой Ким Сынмина. Чёртова Ким Сынмина, которого никогда не бывает на месте, когда он нужен. Она вскинула голову и холодным взглядом посмотрела на Сынмина, проходя вперёд.

-И почему я не удивлена?-усмехнулась, останавливаясь возле шкафа. Открыла его и начала раздеваться, нисколько не смущаясь присутствия мужчины в комнате.

Сынмин усмехнулся, прокручивая в правой руке маленький ножик. Он сидел возле стены, вальяжно оперевшись о нее, левою руку закинул на согнутое колено. Сидел так, будто это была его комната, будто это здесь он главный. Покручивая ножик в руке, Сынмин скользил взглядом по обнажённой женской спине, на которой был живописный рисунок китайского дракона. Впечатляющая татуировка, которая заставляла задумываться об истории ее хозяйки. Что же она скрывает?

Хэри сменила платье на более свободное. Не спеша завязала в узел пояс на талии, смотря перед собой, зная, что этот зазнавшийся ублюдок смотрит, не стесняясь и не испытывая ни капли стыда. «Ненавижу»-в сердцах подумала, медленно выдыхая, дабы успокоиться. «Разобрала» причёску, вынимая шпильки и заколки, оставляя волосы распущенными. И, наконец, развернулась, встречаясь с глазами Сынмина. Он ухмыльнулся и прокатил язык по нижней губе, вызывая в Хэри раздражение. Она резко замахнулась и метнула кинжалом. Остриё кинжала вонзилось в стену рядом с головой парня.

-И почему я не удивлён, капитан?-издал смешок Сынмин, вынимая кинжал, глядя на Хэри насмешливым взглядом.

-В следующий раз он окажется у тебя во лбу,-сухо бросила Хэри и села на подушку, подвигая к себе столик. Повернулась к нижнему шкафчику, открыла его и достала оттуда две керамические бутылки и одну чашку. Поставила на стол и глянула на Сынмина.-Смешно тебе?

Сынмин беззвучно посмеялся.

-Есть немного. Ты забавная, когда злишься.

Хэри издала смешок и наполнила чашку.

-Правда?-опустошила чашку и скептически посмотрела в глаза парня.-А другие считают наоборот. Это пугает их.

-Меня таким не напугаешь, Хэри,-слащаво выделил Сынмин ее имя, наклоняясь вперёд.-Ох, прости, капитан,-насмешливым тоном добавил, улыбаясь, но глаза не выражали ничего.

Хэри опустошила чашку снова и сжала ее, мысленно успокаивая себя. Она ненавидела, когда Сынмин обращался к ней «капитан», потому что из его уст это всегда звучало как шутка, насмешка. Он всегда игрался с ней, и она ненавидела его за это. Но ничего не оставалось делать, как терпеть его, потому что их связывало больше, чем просто отношения «господина и подчиненного», их связывало нечто большее. И будь у Хэри сила, которая обрывает эту связывающую нить, она бы без колебаний оборвала ее.

-Как всё прошло? Узнала, где карта?

Хэри выругалась и ударила по столу. Только она позабыла об этом, и злость понемногу улеглась. Она взъерошила волосы и прорычала.

-Ясно. И что же случилось?-как ни в чём не бывало спросил Сынмин. Хэри глянула на него хмурым взглядом, думая: «Ведешь себя так, будто тебя это не волнует? Ха! Как же, ублюдок! Я же знаю, что тебе это важно так же, как и мне».

-Карта не в его доме. Он продал ее,-устало выдохнула Хэри, зарываясь пальцами в волосы. Она начинала нервничать, когда что-то шло не по ее плану.

-Продал?-нахмурился Сынмин.-Кому? Кому понадобилась эта карта? Разве этот Хо не любитель нажиться деньгами?

-Он сказал, что на ней какие-то непонятные символы. И что она бесполезна. К сокровищам она не приведёт.

-Конечно, не приведёт. Эта карта приведёт к другому,-цокнул Сынмин.

Хэри закатила глаза.

-Он-то не знал. К счастью.

-Кому продал ее? Говори уже. Нужно скорее найти ее, пока ее не нашли раньше нас.

-Не знаю. Он не успел мне сказать.

-Что значит не успел?-с восклицанием спросил Сынмин, чуть ли не подскакивая на ноги.-Ты сама взялась за это дело, и провалила его? Хэр..

-Его убили!-ударила Хэри по столу, что одна бутылка упала и всё ее содержимое разлилось. Во взгляде вновь читалась ярость.-Его убили прямо передо мной. В тот самый, разрази его гром, момент, когда он собирался сказать, кому продал. Убили, чёрт его дери! Сукин сын! Кому он только дорогу перешел, что на него заказали убийцу? Аргщх!-она провела по лицу и взъерошила волосы, оттягивая их у корней.

Сынмин выругался и поднялся, засовывая кинжал в ножны, находящиеся на левом бедре.

-Это всё усложняет. Если Хо сказал, что карта бесполезна, то карту не могли купить купцы или другие дворяне. Они подумают так же, как и он. Карту купил кто-то, кто знает о ее значении,-рассуждал вслух Сынмин, ходя по комнате.

Хэри смотрела на него, решив оставить умственную часть работы на него. Он всегда отличался своими умственными способностями, что иногда наводило Хэри на мысль: «Как он оказался среди пиратов? Мог бы стать учёным».

Их объединяла одна цель: найти остров Мун Чжи Су, «морского тигра», бороздившего по морям пятнадцать лет назад. Он был грозой морей. Грозный и жестокий пират, который грезил о пиратском острове, на котором была бы безоговорочная свобода. Пират, о котором до сих пор шепчутся в тёмных углах таверн. Только потому Хэри оставила его в живых и взяла с собой, решив, что он может пригодиться. И только потому терпит его присутствие.

-Ты знаешь кого-то, кто мог бы купить эту карту?

Сынмин повернул к ней голову и посмотрел в ее глаза, на миг забываясь. Он забыл, что когда-то они пообещали быть честными друг с другом. Он забыл, что эта девушка когда-то была другой. Он хмыкнул, смягчаясь, и сел напротив Хэри, глядя в ее глаза, источающие жёсткость и силу. Взгляд, который стал привычен ей три года назад. Взгляд, становлению которому Сынмин стал свидетелем. «А ведь я пошёл за тобой не потому, что у нас есть одна цель, Хэри»-подумал Сынмин, усмехаясь своей же сентиментальности, которая вдруг проснулась в нём.

-Я слышал, что некий пират Пэ Сухёк хочет найти остров Мун Чжи Су.

Хэри издала смешок.

-Многие некие пираты хотели найти его остров, но так и не нашли. И даже если у него карта, не значит, что он найдет остров. Карта бывала уже у пиратов, но,-покачала головой.-Остров всё еще не найден.

Сынмин покачала головой, хмурясь. Облокотился о стол и серьёзным взглядом посмотрел в холодные серые глаза.

-Пэ Сухёк соперничал с Пэк Рэёном. Он так же, как Рэён, хотел найти Нефритовый корабль.

Хэри перестала дышать. Ее обдало жаром и холодом одновременно, тело покрылось мурашками. В горле пересохло, а перед глазами мелькнули картинки из прошлого. И всё только из-за имени. Она закрыла глаза и сжала кулаки, не желая, чтобы Сынмин видел боль и ужас в ее глазах. Эта боль делала ее слабой, а быть слабой в глазах Сынмина-еще один повод для него, чтобы измываться над ней.

Но Сынмин будто и не увидел в ней этого, он продолжил дальше.

-Пэ Сухёк бывалый пират. Они с Рэёном шли на равных. Боролись за место на море. Но Рэён, как ты можешь догадаться, выбился в лидеры, конечно, не без грязных трюков. После того Сухёк пропал. Никто больше о нём не слышал. Но то, что сейчас всплыло его имя..это не просто так. За столько лет отсутствия..он точно что-то придумал,-Сынмин прищурил глаза, размышляя, что мог придумать Пэ Сухёк.

Хэри провела по волосам и сглотнула ком в горле, возвращая себе способность «дышать». Посмотрела на Сынмина, усталость брала над ней вверх, а воспоминания не давали нормально думать. Она тихо сказала:

-Тогда нужно найти отобрать эту карту. А если она все же не у него, найти его. И как можно скорее,-она поднялась. Чуть пошатнулась, но резко выпрямилась, чтобы не подать видать своей слабости.-Давай..разберёмся завтра. Я хочу отдохнуть.

Сынмин хотел возразить, но заметив неладное в состоянии Хэри, кивнул, поднимаясь. Он прошёл к двери, но остановился, обернулся и без капли насмешки или осуждения сказал:

-Капитан, знаю, не моё дело, но тебе пора бы побороть в себе прошлое. Мы оба знаем, это твоя слабость. Но у капитана не должно быть слабостей. Слабый капитан не сможет привести команду к золоту. А ты..ведь хочешь «золото»?

Хэри резко обернулась, но в комнате уже никого не было. Глаз дёрнулся от злости, она потянула руку в сторону и взяла первое попавшееся, после чего метнула им в стену. Шкатулка с громким стуком ударилась о стену, а после упала на пол.

-Ненавижу.

Но она знала, что Сынмин прав. Она хотела найти это «золото». «Золото», которое когда-то дарило ей тепло.