День 7
POV Хосок.
Мне снилась красная комната. Правда, во сне она была ещё более пугающая.
Я сидел на пыточном красном кресле, мои руки и ноги сковывали чёрные ремни из толстой кожи ядовитой змеи. Рот тоже был закрыт таким ремнём, из-за чего я чувствовал горький привкус кожи. Я пытался двигаться, но не получалось. Я смотрел по сторонам и видел огромные шипы на стенах с которых явно капал яд. Благо они не двигались... пока что.
— Наконец-то оклемался. Давай приступим к процедуре. Не бойся, больно не будет. — сказал неизвестно откуда возникший мужчина передо мной. На нем был чёрный халат с красными подтеками. Кровь? Мужчина не был мне знаком, совсем. Но почему-то частичка меня отзывалась на его голос ненавистью. Что это?
Я посмотрел на свои руки и опешил. Мои руки не такие бледные и тонкие. Я посмотрел в глаза мужчины и у того заиграли в них огоньки.
Мужчина надел красные перчатки и после взял иглу. Он стал медленным шагом подходить ко мне с ухмылкой на лице.
— Ну что ж, я сделаю из тебя послушного мальца, Юнги.
Конец POV Хосок.
+ + +
POV Юнги.
Я впервые просыпался на мягкой кровати, не в своей комнате в психушке. Впервые. Хотя, возможно мне это просто снится. Явно снится. Это не может быть явью. Нет. Или... может. Я не знаю. Я уже очень давно запутался. Уже как пару дней я не могу распутаться. Такое ощущение, будто все нити различных моментов из моей жизни сплелись в огромный клубок, который поместился в мое сердце, где его нити засверкали различными цветами. Очень странное сравнение, но мне казалось, что именно все так во мне и происходит. И как распутать этот клубок я не знаю.
Я провёл рукой по гладкой и мягкой простыни, она проходилась волнами между моими пальцами. А раньше все было по другому. Совсем. Раньше, простынь была жесткой, а матрац под ней скрипел и совсем не делал лежание на кровати удобным. А сейчас, сейчас...
— Юнги? Ты проснулся?
Я повернулся на источник звука и увидел рядом с собой Чонгука, который почему-то лежал рядом со мной... лежал в пижаме.
— Юнги?
Чонгук продолжал смотреть на меня каким-то уж очень печальным взглядом. Он явно начал догадываться о чем я думаю. Конечно, а как же. Это же логично. О чем ещё будет думать тот, кто впервые в жизни у себя что-то поменял?
— Юн...
— Чонгук... — резко перебил я его. Парень посмотрел на меня с какой-то внимательностью и он явно уже ждал продолжения моей фразы. Но я не продолжал. Я хотел ещё посидеть в такой прекрасной тишине. Тишина. Я снова не заметил того, что голоса исчезли. Никто в голове не твердил мне, что я сумасшедший. Никто. Я был один. Мне стало пусто внутри. Но я даже был рад этой пустоте. Чонгук продолжал смотреть на меня в ожидании продолжения, а я смотрел сначала на его слегка подрагивающие ресницы, а после на розоватые губы и потом на выбившуюся прядь волос. Я продолжил:
—... Пожалуйста, ничего не говори.
Я решился. Наконец-то решился на огромный шаг. Ведь именно этот малец вылечил меня. Он единственный, кто смог понять меня, понять мои чувства. Единственный.
Я решился. Я наконец-то решился наклониться ближе к нему, к его губам. Мое дыхание уже опаляло его губы, а его щечки порозовели и он сам явно потерял дар речи. И правильно. Так и нужно.
Я решился. Я медленно поднял свою руку и приблизил её к его детскому личику, а после провёл холодными кончиками пальцев по его лбу, тем самым поправляя выбившуюся прядь волос.
Я решился. Я наконец-то решился накрыть его губы своими. Медленно. Тягуче. Осторожно. Я медленно вбирал в себя его нижнюю губу, проходясь по ней языком и после повторял такие же действия с верхней губой. Я ждал. Ждал, когда он позволит мне продолжить. Ждал, когда он ответит мне на самый главный и мучительный для меня вопрос.
Он ответил. Он приоткрыл свои розоватые губки и я просунул туда свой язык и коснулся им его языка. Уже закрытые веки у Чонгука подрагивали и я любовался этим зрелищем. Я проводил своим языком по его нёбу, а после по стеночкам и снова соприкасался с его языком. Я заплетал наши языки в мокрый узел. Заплетал их в танец. Я ввёл и кажется Чонгуку это нравилось.
Внезапно наш танец перешёл в куда более пошлый и мокрый. Гук уже явно полностью решился, как и я. Мы оба придумали ответ на наши вопросы. Теперь мы не стесняясь трогали друг друга. Я проник левой рукой под пижамную футболку Чонгука и стал исследовать ей его тело. Я обвёл мускулы с лопатками на его спине. Также я стал проводить рукой по его позвоночнику, тем самым заставляя его прогибаться в спине для меня. Вторую же руку я запустил ему в волосы. Там я уже то игрался с ними, то резко хватал и оттягивал, тем самым вызывая глубокие вздохи. А Чонгук..., а он время даром тоже не терял. Парень упёрся рукой мне в живот, а вторую руку завёл за мою шею и стал сильнее ко мне прижиматься.
Одежда. Она мешает. Даже очень. Нам хотелось побыстрее избавиться от такой преграды. А наши губы. Наши губы пылали в страстном и жарком поцелуе. Мы старались не прерываться ни на секунду. Время не ждёт.
На удивление сорвался первым Чонгук. Я даже удивился, но после принял свой привычный бесстрастный вид, правда добавил фирменную ухмылку.
Чонгук резко снял с меня футболку.
— Юн... Юнги. Я...я — начал было говорить Чонгук, но у него это не получалось, так как воздуха катастрофически во время поцелуя не хватало и теперь его приходилось огромными глотками вбирать в себя.
— Тише. — я приложил палец к его губам и после наклонился к нему так близко, что тот не выдержал равновесия и упал на мягкие подушки. Он был подо мной. Такой прекрасный и невинный.
Я медленно стянул с парня футболку и после стал жадно поедать глазами его тело. А парень то время на зря не тратил. Ведь его тело было шикарно. Он явно ходил когда-то в качалку.
Я наклонился к шее Чонгука, чтобы пометить его. Чтобы показать всем, что он уже занят. Чтобы показать самому Чонгуку, что мои действия настроены решительно.
Я поставил первый засос на его прекрасной шее и после не выдержал, так как парень внезапно застонал. Я поставил ещё несколько засосов на шее Чонгука и после зализал их языком, чтобы не было больно.
А Чонгук тем временем кусал свои губы и явно сдерживал стоны. Я не был против этого. Он выглядел так даже забавнее.
— Да вы издеваетесь?! — услышал я громкий голос... Техена, кажется.
Чонгук посмотрел за мою спину и я проследил за его взглядом. Сзади нас стоял Техён со стаканами воды в руках. Повисла неловкая пауза.
— Ладно, я пойду тогда. — фыркнул Техен и и вышел за дверь, при этом оставив стаканы на тумбе.
Мы с Чонгуком кажется перестали дышать, но через минуту тихо засмеялись. Искренно засмеялись.
— Неловко вышло. — прошептал Чонгук и его щеки ещё больше покраснели.
— Кажется мы забылись. — хрипло посмеялся я и после слез с Чонгука.
Чонгук сел в позу лотоса и опустил голову, а после тихо начал мне что-то говорить:
— Мне... мне понравилось.
— Не сомневаюсь.
— Я говорю серьезно. Юнги... — внезапно Чонгук посмотрел прямо мне в глаза —...мне нравиться быть с тобой.
Я слегка был в замешательстве от такого признания, но нужно было что-то ответить:
— Мне тоже.
Глаза у Чонгука заблестели и он тут же приблизился ко мне и захватил в поцелуй.
— Ммм... Гуки... ты точно этого хочешь? — спросил у него я после поцелуя.
— Точно.
Этого одного слова хватило мне для того, чтобы снова решиться и я решился. Я обдал губы Чона своим дыханием и стал расстёгивать одновременно с поцелуем ремень на его джинсах. С ним я на удивление быстро управился и после потянул на джинсах собачку вниз, чтобы расстегнуть ширинку. Чонгук же все это время отвечал на мои поцелуи, а после тихо стонал прямо мне в губы, ибо я прошёлся пальчиками по его заметному бугорку в боксерах.
— Ммм... Юнги... с себя тоже — Чонгук говорил очень прерывисто, потому что ему нужно было отдышаться после долгого поцелуя.
— Тогда сам сними с меня оставшуюся одежду. — прошептал я прямо ему в ушко и после отодвинулся, чтобы позволить ему снять с меня немного большеватые штаны Техёна. Надо будет мне потом купить нормальную одежду.
Чонгук стал медленно стягивать с меня штаны, а после зацепил своим ноготком резинку моих боксеров и медленно глотнул слюну, он волнуется. Конечно, это его первый раз, да ещё и с парнем, его можно понять. Тем временем Чонгук все же решился и стянул с меня боксеры, тем самым освободив мой член от такого ненужного тряпья, от тесноты.
Я не выдержал. Я не выдержал и резко повалил Чонгука, снова. Я раздвинул его ножки и осмотрел все его тело. Он прекрасен. Все его тело прекрасно, от кончиков пальцев ног, до макушки. А эти его глаза... в них сокрыто столько эмоций. Прекрасен.
Я вставил один палец в его маленькое и розовое колечко мышц и стал медленно двигать им, а также смотреть на сменяющиеся эмоции на лице Чонгука. Он явно ощущал дискомфорт, но старался этого не показывать, терпит. Тем временем я ввёл второй палец и стал разъединять их внутри на манере ножниц, проходясь по стенкам и тем самым растягивая мальца для его первого раза.
— Ты точно готов? — спросил его я, когда наконец вытащил из него свои пальцы. Лицо Чонгука выражало страх перед неизвестностью. О да, страх, как же я обожаю эту эмоцию в людях, она так завораживает, привлекает.
— Да. — одного слова хватило, чтобы я тут же приставил к его входу свой половой орган и после ввёл головку, смотря на то, как Чонгук стал сжимать простынь в руках и тихо поскуливать.
— Тише, Тише. — я наклонился к его губам и нежно их поцеловал, а после вошёл в него на половину и за это получил его сладостный стон прямо в свои губы. Я готов наслаждаться этими звуками с его губ вечно, они для меня как музыка для ушей.
Я стал медленно двигаться в нем и одновременно с этим проходиться холодными руками по его телу, успокаивая. Я поглаживал его по разведённым бедрам, проходился подушечками пальцев по рёбрам, когда он выгибался подо мной, тем самым считая их. Я ненароком задевал его соски и после получал за это ещё больше сладостных стонов с его розовых губ.
Мои толчки со временем стали все быстрее, я уже не мог сдерживаться, да и Чонгук уже принимал меня всего. Мы стали одним целым. Мы дополняли друг друга. Я горе и отчаяние, а он счастье и уверенность. Мы дополняем друг друга. Такое ощущение, что мы созданы друг для друга.
— Юнги... я скоро.
— Тшш... я тоже. — перебил его я и после накрыл его губы своими. Все же мы имели совесть, даже при... сексе. Где-то там за дверью Техён и мы находимся в его доме, лучше его не тревожить стонами Чона.
Я толкнулся в последний раз и после кончил своему партнёру прямо на живот, он также не заставил меня ждать и тоже излился себе на живот с протяжным стоном, который я также перебил своими губами, тем самым поглотив его в себя.
— Юнги... спасибо. — прошептал Гук и после блаженно прикрыл глаза, чтобы явно позволить своему сознанию вернуться обратно в тело хозяина. А я взял салфетки, которые как раз кстати стояли на тумбе и вытер ими живот Чонгука от белой смеси.
— Попей. — я протянул Чонгуку стакан воды и после, когда он взял его, выпил свой стакан с водой.
— Спасибо. — Чон выпил воду и после встал с кровати, чтобы одеться. Его щеки пылали, а губы слегка тряслись, волосы были растрёпаны, что прибавляло ему ещё больше милоты.
— Идём. — сказал я, когда мы оба были одеты.
Мы вышли в зал к Техёну. Парень тем временем сидел за столом с серьёзным видом, а в руке у него был телефон... Чонгука, который он с силой сжимал.
— Ну что голубки, потрахались? Вам наверное хорошо, да? Сбежали, теперь тут же трахаться, как кролики. А вот ваш Хосок... хотя вы сами посмотрите. — Техён протянул Чонгуку его же телефон и тот стал быстро пробегаться по нему глазами, при этом эмоции на его лице сменялись с огромной скоростью и под конец на его лице можно было прочитать волнение и страх.
— Что такое? — спросил у него я, когда тот наконец посмотрел на меня.
— Хосок в коме. — этих трёх слов хватило для того, чтобы я снова упал, упал в пропасть, в темноту, разбился на мелкие осколки. Хосок, только не Хосок.