Забытая лютня

Скажу сразу:

Игры мне не знакомы и мною не пройдены, а книги мною найдены, но не прочитаны. (Разве что начало "Часа Презрения")Зато сериал был просмотрен с большим энтузиазмом за пару дней.

- Ему нужен отдых, Геральт, - Йеннифэр, хитро улыбаясь кивнула, указывая на мирно спящего Лютика, - За это время ты успеешь принять ванну, - кокетливо подмигнув, чародейка направилась к двери, - Можешь поговорить с ним, если хочешь - он все слышит, - Йеннифэр оглянулась, надменно посмотрела на Геральта своими фиолетовыми, сжигающими глазами, и окончательно покинула комнату.
Геральт остался один на один с Лютиком. Подойдя ближе, ведьмак осмотрел спящего барда - короткие волосы немного растрёпанны, лёгкая, почти неуловимая улыбка скользит на губах, на шее нет и следа от опухоли, ладони с мозолями на пальцах спокойно лежат рядом с телом, рот немного приоткрыт, а ресницы аккуратно подрагивают.
В тишине, не издавая ни звука, Геральт впоймал себя на мысли, что с трудом может оторваться от такого мирного и милого Лютика, спокойно заснувшего в кровати. Немного помедлив, словно взвешивая все "за" и "против", ведьмак обошел кровать, и сел на ее пустую половину.

- Знаешь, Лютик, - тихо сказал Геральт, все ещё не отводя взгляд от своего друга, - Ты, конечно, и болтун, каких не сыскать, - ведьмак улыбнулся сам себе, пальцами касаясь ладони барда, - но я рад, что ты жив, - лёгкая ухмылка плавно перетекает в добрую и ласковую улыбку, которая предназначена спящему барду, - В следущий раз, - Геральт покосился на царапину, что была у него на запястье, - выбирай желания осмотрительнее, - рука ведьмака, словно не ведая, что делает, плавно перенеслась с ладони Лютика на его затылок, - пожалуйста, - Геральт запустил пальцы в эти мягкие и родные волосы, всегда пахнущие вином или другим приятным запахом.
Губы Лютика дрогнули, и лёгкая улыбка, что и без того была на устах барда, стала ещё более веселой и искренней. Глаза чуть приоткрылись, и Лютик повернул голову к Геральту
- Г-геральт? - дрожащий и слабый, но такой родной голос тихо окликнул ведьмака.
- Тихо, тихо, - все также по-доброму улыбаясь и успокаивающе гладя барда по голове, ответил Геральт, - тебе нужен сон, - убедившись, что Лютик вновь погрузился в царство Морфея, ведьмак убрал свою руку, попутно нежно коснувшись щеки Лютика.
Как только рука Геральта оказалась на кровати, на пороге комнаты появилась Йеннифэр. Не сказав ни слова, чародейка хитро улыбнулась, кивком указывая идти за ней. Ведьмак глубоко выдохнул, улыбка пропала с его лица и он, скрипя кроватью, встал, следуя за Йеннифэр.

Осколки прошлого больно врезались в и без того раненое сердце, пробуждая Геральта от сна.
Слева, рядом с мирно дремлющей, Плотвой, тихо трещал уже угасающий огонь, слабым светом освещая землю и ведьмака. На плече у Геральта, прижавшись к нему всем телом, спала Цири - его предназначение и ребенок-неожиданность. После страшной битвы с нифгаальрдцами, множества смертей, мук, пыток, переживаний и постоянного преследования рыцаря с пером, девушка была невероятно измотана и засыпала на ходу, а Геральт, каким бы чужим человеком и плохим опекуном он не был, старался сделать так, чтобы ничто больше не могло навредить княжне.
Цири спала неспокойно - иногда она резко переворачивалась на другой бок, задевая твердые доспехи ведьмака; иногда беспокойно и отчаянно, срываясь на резкий крик, бормотала во сне чьи-то имена; иногда, зажмурившись, она сильнее вжималась в Геральта, показывая, какой страшный кошмар ей сниться.
Ведьмак, имеющий за спиной опыт заботы о Лютике, достал из своей сумки плащ, который в последний раз надевал пять лет назад, больше используя как одеяло для барда. Расправив скомканную ткань, Геральт почувствовал такой знакомый запах, который временами он так хотел слышать - запах вина и какого-то маленького, жёлтого цветка, запах Лютика.
Поддержав в руках шелковый плащ, ведьмак глубоко вдохнул, дабы вновь услышать этот чудесный запах, с которым расстался уже давно. Перебрав в руках край ткани, Геральт аккуратно укрыл им Цириллу, поправляя складки.
- Спи спокойно, дитя, - ведьмак поправил волосы девушки, убрав спавшую прядь с лица, - спокойно, - смотря куда-то вдаль, тихим голосом повторил Геральт, погружаясь в воспоминания.

-Черт дери тебя, Лютик! - грозно зарычал Геральт, - почему каждый раз, когда я оказываюсь по уши в дерьме ты наливаешь сверху?! - Лютик попытался что-то сказать, открыв рот, но ведьмак вновь закричал на него, - Ребенок-неожиданность, джин, всё вот это! - резкие фразы, полные злобы и обиды летели в лицо барда, - Теперь я прошу лишь одного от жизни, - Геральт пальцем указал на Лютика, - чтобы она спровадила тебя куда подальше от меня! - ведьмак отвернулся, и тяжко выдохнув, посмотрел вдаль, в спокойные воды. Хотел бы он быть таким спокойным.
Лютик не ответил. Не возразил. Не сказал ни фразы.
- Ясно, - после паузы, легко ответил Лютик, тяжело вздохнув, - Ладно, - выдавив истеричный смешок, сказал бард, - узнаю от других, чем закончилась история, - послышался лёгкий хруст. Видимо, Лютик сделал шаг назад, - Бывай, Геральт, - тихо добавил бард, окончательно замолчав. Послышались шаги, что отдалялись. Ведьмак не осмеливался обернуться, боясь не увидеть барда.
Прошла минута и шаги совсем затихли, лишь ветер выл возле пещеры. Тишина нагнетала и сводила с ума. Геральт сделал глубокий вдох, и обернулся. Его кошмары и опаски оправдались - за его спиной никого не было. Ни Лютика, ни его лютни, никого. Лишь запах, оставшийся после него. Лишь запах, оставшийся единственным, что всегда было с ведьмаком.

Плотва резко дёрнула головой, и, проснувшись, посмотрела на тлеющий огонь.
- Что, Плотва? Кошмар? - обратился к лошади Геральт.
Словно понимая, что ей говорит ведьмак, лошадь посмотрела на него печальным взглядом, и повернула голову, смотря в даль леса. Не издав ни звука, лошадь сделала пару шагов к тропе, что выходила из зарослей деревьев.
- Ты кого-то чуешь? - Геральт проверил, спит ли Цирилла, и, аккуратно положив ее на мягкий мох, посмотрел в сторону тропы. Учуяв далёкое движение, ведьмак встал и подошёл к лошади, - Как ты думаешь, кто это, а, Плотва? - Геральт почесал Плотву за ухом, ещё ближе подходя к тропе, - Пахнет, - ведьмак вдохнул воздух, в котором, помимо уже прижившегося запаха Цири, костра и Плотвы, витал запах чего-то или кого-то нового, что направлялось сюда, - чесноком и.. вином, - на лице Геральта застыло любопытство, и он стал вглядываться в темноту леса.
Спустя некоторое время из зарослей показалась черная лошадь с всадником на ней. Всадник сидел ровно, почти не держась за лошадь - животное шло спокойным шагом тихо и равномерно цокая копытами по дороге, усыпанной камнями.
Постепенно приближаясь, всадник нес с собой более отчетливый запах чеснока и вина, который, кажется, с каждой секундой приближения, становился все более знакомым для Геральта.
Когда от ведьмака до всадника и его лошади оставалось лишь пять метров, Геральт понял, что этот человек знаком ему. Его посадка, его фигура, его положение тела было ему знакомо, одновременно показываясь впервые в жизни. Всадник был одет в мешковатую бирюзово-фиолетовую одежду, поверх которой находилась лёгкая, медного цвета, амуниция.. Лошадь, на которой он расположился, была черной масти, с блестящей шерстью, длинными и крепкими ногами, серыми копытами и уставшим взглядом.

Заметив Геральта, всадник помахал ему рукой, и остановил лошадь, приветно улыбаясь.
- Добрый вечер - сказал путник высоким и мелодичным голосом, сильно непохожим на грубые и хриплые голоса других мужчин, - позволите ли вы устроить привал возле вас?
"Кто этот человек?" - задался вопросом Геральт и слова не промолвив, - "Откуда у меня ощущение, что я знаю его? Его голос, фигуру и.. запах" - холодным взглядом изучая путника, ведьмак пытался понять, откуда он ему знаком.
- Кто ты? - когда всадник слез с лошади и привязал ее к дереву, холодно спросил ведьмак, - и откуда? - запах не давал ему покоя - он так был похож на запах Лютика, пускай лишь от части. Но этот человек, смело держащийся на лошади и знающий, что говорить, просто не мог быть нежным, трусливым, раздражающим, но таким родным Лютиком.
- Я Юлиан Альфред Панкарц, - приветливо улыбнулся всадник, направляясь к Геральту. Его лицо скрывалось в тени, не давая себя детально разглядеть. А слабый свет огня не доставал до него, - Для вас - просто Юлиан, - всадник протянул руку, - а кто же вы? - Юлиан выступил из тени, показывая свое лицо. Веселое и бодрое выражение его лица быстро поменялось на удивлённое и шокированое, в светло-голубых, словно хрустальных, глазах отражался огонь на пару с удивлением и восторгом, а уголки губ поползли вниз, но выражая далеко не разочарование, - Геральт?
Теперь Геральт окончательно понял, почему этот человек кажется ему знакомым - он его лучший друг. Бывший лучший друг, которого ведьмак, пускай и прогнал, но помнил его и его запах все время
- Лютик? - ведьмак помнил взгляд этих хрустальных глаз и улыбку этих мягких уст - ее он не мог спутать ни с чем.
- Какая встреча, - после паузы, в которой слышен был лишь треск костра, который странным образом вновь набрал силу, сказал Лютик. Сам Лютик изменился. Не сильно, но изменился. Грудь стала шире, руки - крепче, на щеках начала рости лёгкая щетина, а глаза стали суровее, - неожиданно, правда? - бард хмыкнул, и подошел к лошади, - пойду пожалуй. До самого близкого населенного пункта, - Лютик улыбнулся краешком губ и уже начал отвязывать лошадь, как Геральт схватил его за локоть стальной хваткой.
- Стой! - громко сказал он, оглядываясь на Цири и проверяя не проснулась ли она - девушка мирно спала, закутавшись в плащ, - останься, - тихо добавил ведьмак, смотря прямо в глаза барда.
- Но разве я.. - начал было Лютик, но Геральт потянул его на себя.
- Останься, - повторил ведьмак, - ты нам не помешаешь, - в глазах Геральта, всё таких же золотых и опасных, читалась просьба.
- Нам? - хмыкнул бард, все ещё не отпуская уздечку, - Кто сегодня? - Лютик глянул на спящую девушку
- Княжна Цинтры, - не отпуская локтя барда, ответил ведьмак.
- Ребенок-неожиданность? - лёгкая ухмылка полностью испарилась, уступив место серьезности, - тогда я лишь помешаю тебе. От меня одни неприятности, Геральт, - грустно улыбнулся Лютик, развязывая узел уздечки.
- Я сказал останься, - рявкнул Геральт, резко потянув на себя локоть барда, от чего тот повернулся к нему всем телом, - иначе, клянусь предназначением, я скормлю тебя волкам!
- Значит, ты все еще злишься? - ухмыльнулся Лютик, левой рукой потянувшись к поясу.
- Буду злиться ещё больше, если сейчас уедешь, - Геральт учуял движение руки барда, и поэтому схватил его за запястье
- Хорошо, - выдохнул Лютик, - если ты опять меня не прогонишь, я останусь, - бард аккуратно дёрнул рукой, намекая на то, чтобы ведьмак ее отпустил.
- Не переживай, - кинул Геральт, отпуская руки Лютика, - не прогоню, - ведьмак ухмыльнулся и последовал к костру.
Подкинув в огонь новые ветки, Геральт вернул его к жизни, и усадил возле него Лютика.

- Значит, ты нашел свое предназначение? - сказал бард, греясь у костра.
- Вернее, она нашла меня, - хмыкнул ведьмак, ласково смотря на дремлющую Цирилу.
- Как всегда, Геральт, - улыбнулся Лютик, не смотря в глаза ведьмаку. Тот, в свою очередь, странным, непонятным взглядом посмотрел на барда. Что-то непонятное было в этом взгляде - и раздражение, и радость встречи, и желание обнять, и желание хорошо толкнуть.
В глазах Лютика играл огонь, придавая его, и без того красивым глазам, таинственного блеска и загадочного вида. Играя не только с цветом глаз, огонь, приятным медовым оттенком, разукрасил медные доспехи барда.
"Здорово же он изменился" - подумал Геральт, осматривая друга.

Разговор не завязывался. Оба мужчины словно боялись спугнуть собеседника. Особенно Геральт. Он явно не хотел вновь потерять Лютика. Конечно, он мог наслаждаться присутствуем Лютика и без слов - этот незабываемый запах цветка и вина, пускай и немного перебивался чесноком, все же невероятно сильно и приятно действовал на Геральта, заставляя думать только об обладателе этого запаха.

- А ты? - после долгой тишины, начал ведьмак, - Ты нашел свое предназначение, Лютик? - бард поднял взгляд и встретился с глазами Геральта - с прожигающими, смотрящими прямо в душу глазами близкого, но при этом далекого Геральта.
- Да, конечно, - начал Лютик, не отводя взгляд.
"Да, Геральт, нашел. Только что. Выйдя на тропу из леса. Помахав ему, предназначению, рукой. Получив от него, предназначения, угрозу. Сидя прямо сейчас напротив него, предназначения" - подумал бард, проигрывая в этих неофициальных гляделках.