17 глава.
Наташа
— Дети мои, вы тут что делаете? — она кричит шёпотом. Недавно мы зашли в комнату к Марине Анатольевне, так нам сразу сказали, что мы пришли на собственную смерть. Очень волнительная она.
— Мы хотели вас попросить... — я замялась. Говорить было максимально неловко. — Можете нас на землю отправить?
Если кто-то скажет, что она была в шоке, то не прогадает. Было чувство, будто она делала выбор в своей голове: наорать на нас или просто молча согласиться. Остановилась она на двоих вариантах сразу.
— Ладно. Отправлю. Но учтите, если хоть кто-то узнает о том, что вы не из мира того, либо опыты, либо смерть. А также людская жизнь непростая. Вам надо будет работать, трудиться и отучиться ещё и в институте. — Нам закончили читать лекцию. Думаю, если бы мы попросили кого-то другого помочь с такой задачей, я и Нугзар бы уже стояли на улице.
— Да мы знаем. Только вот где взять диплом о том, что мы окончили школу? — Кстати да. Мы же так поступить не сможем. Правильно говорит.
— Дипломы я вам дам. А сейчас пройдёмте, перенесу вас. — Почему-то кожа покрылась мурашками. Было очень страшно. Но перед чем?
***
Момент икс настал. Ночь. Темно. А мы стоим и пытаемся предпринять попытки для спасения нашей задницы отсюда.
— Я вас ещё раз предупреждаю, — она ходила по комнате из стороны в сторону. По ней было видно – она переживает. — Если хоть кто-то узнаёт, что вы из потустороннего мира, вам конец.
— Марина Анатольевна, мы всё поняли. — Я уже сбилась со счёта. Сколько раз он её уверял в этом?
— Сыночек, послушай, пожалуйста. Я живу с тобой не первый год, знаю как облупленного. Ты обязательно кому-нибудь то расскажешь.
— Сыночек?! — Сказать, что я была шокирована, не сказать ничего. Он ей сын? Что вообще происходит?
Марина улыбнулась. — Я ему тётя просто так называю. Ничего необычного. Просто я опять узнаю рандомный факт, из-за которого мой взгляд на этот мир не будет прежним.
— Так мне нужно поскорее сматываться отсюда. Ещё несколько рандомных фактов, и у меня будет инфаркт. Марина Анатольевна по-доброму улыбнулась.
На самом деле нас она частенько называла ласково. Меня могла называть дочерью. За одиннадцать лет моего обучения здесь лучше неё не было никого. Все относились к нам с безразличием, считали, что нас нужно обучить и отправить куда подальше. Если кто-то не понимал тему, на него забивали. Как только пришла она, всё изменилось. Она считала, что должна решить все наши проблемы. Заступалась за нас. Помню, как мы поломали дверь в школьном спортзале, а запись с камер куда-то делась.
За это её хотели выгнать, но мы настояли на обратном. Всё повторилось, и сейчас она не считается нашим классным и в скором времени должна покинуть учебное здание. Куда она пойдёт, никто не знает, но по ней всегда видно, когда ей плохо. И сейчас именно так. Она хотела помогать всему нашему классу, но не смогла. Почти всё было против неё.
— Натуль, всё хорошо? Грустненькая такая, что-то случилось? — Она переживала за нас до сих пор. Желала нам лучшего.
— Всё хорошо, просто необычно осознавать то, что ты больше никогда здесь не побываешь.