CHAPTER 5
Beta: Energy_vampi
«30.11.18г.
Дорогой друг!
Спустя такой большой промежуток времени я хочу поделиться с тобой не самыми приятными новостями… Я не писал так долго потому, что настал тот самый депрессивный психоз… Правда, на этот раз ему есть причина…
Помнишь, я говорил, что Чимин пригласил меня на вечеринку? Так вот, когда я пришёл в дом той веснушчатой девушки (её зовут Дженни, а её веснушки не настоящие… А жаль… Они ей очень идут, правда), то всё начиналось как в подростковых сериалах: веселье, алкоголь (много алкоголя), музыка различных исполнителей (в основном клубная и такая… заводящая), даже была игра в бутылочку! Ей-богу, я был как никогда счастлив. Это была моя первая вечеринка, но в то же время и последняя. Именно в этот день я впервые попробовал соджу, чонджу (как говорил Чимин, он подобен японскому сакэ), а ещё мэсильджу.
Я много выпил. Очень… Но я помню всё, что было в том доме…
Когда мы играли в бутылочку, как бы то банально не звучало, но во время очереди Чимина крутить бутылку — её горло остановилось на пьяном в стельку мне… Да, это был мой первый поцелуй с парнем… Если я скажу, что мне не понравилось, то это будет глупой ложью, а тебе я лгать не хочу.
Чимин тоже не испытал никакого отвращения, поэтому когда игра закончилась, он повёл меня за собой в одну из пустых комнат. Знаешь, если судить по сериалам, то в этих комнатах постоянно кто-то есть, думаю, тебе ясно, по каким причинам.
Я шёл за ним, а нашего отсутствия никто даже не замечал.
Я догадывался, зачем он вёл меня туда, но всё равно шёл, надеясь на то, что ошибаюсь.
Стоило мне только зайти в комнату, как Чимин резко закрыл дверь и снова поцеловал меня, только уже без всяких игр, да так горячо, что у меня подкосились ноги, а воздуха стало категорически не хватать. Такой поцелуй даже не описать! Сколько в нём было грубости и нежности одновременно… С ума можно сойти… Единственное, чем он был плох, так это тем, что целовал меня Чимин… Я отказывался верить в это… Он же мой друг, а друзей не целуют так… С друзьями вообще не целуются! И знаешь, дело бы дошло до секса, но я остановил его. Не поверишь, как… Я заплакал. Я не хотел этого с ним… Не из-за того, что он парень, а из-за того, что он мой друг…
Чимин искренне не понимал моих слёз, я очень напугал его. Какой же я идиот...
— Тэ? Ты чего? Тебе не нравится? Ты не хочешь? — слишком быстро расспрашивал Пак, что я не успевал улавливать его вопросов.
Скатившись по стене на пол, я накрыл лицо ладонями, продолжая рыдать.
— Это потому, что я парень? Ты же говорил, что для тебя не важно, кем будет твой возлюбленный человек! Неужели ты солгал, чтобы поддержать меня? — Чимин расстроился не меньше меня.
— Нет… Дело совсем не в этом… — я пытался вытереть слёзы с лица. — Ты же мой друг… Как мы можем целоваться? Как мы можем заниматься этим? Я же люблю тебя, как друга, а для тебя я сейчас всего лишь пьяное увлечение… Желание и не более.
Чимин, хмыкнув что-то вроде «Нытик», вышел из комнаты, хлопнув дверью и оставив меня одного захлёбываться своими же слезами.
Это было только начало, первая трещина, первый шаг к депрессии. Уже тогда я сломался.
Весь оставшийся вечер Чимин был груб со мной. Он смеялся не над шутками нашей компании, а надо мной. Что самое обидное, он «назло» мне целовался при всех с какой-то девушкой, кажется, её звали Лисой. Я не злился на него нисколько, но я был огорчён тем, что он поступает так со мной. Насильно ведь не заставишь любить…
Я не хочу лишаться девственности по пьяни. Я хочу по любви… И только в том случае, если я буду уверен, что этот человек всегда будет рядом со мной и не покинет меня, как это сделала Чеён. Но Чимин всего лишь мой друг, что стал неким идеалом для меня… Он не тот, с кем я бы хотел быть кем-то больше друзей. Чимин не хотел моей души, в тот вечер он хотел всего лишь моё тело… Это печально… Очень противно, что в этом мире всё основывается на сексе. Я ненавижу это. Я ненавижу людей… Я ненавижу себя за то, что ненавижу их и восхищаюсь ими же одновременно… Как же это тяжело — быть мной…
Прости, что так много грусти, но я так больше не могу. После того вечера дружба с Чимином стала для меня настоящим испытанием, он вёл себя, как настоящий кретин со мной: постоянно унижал в компаниях, плюя мне под ноги и говоря всякие гадости.
Я потерял последнего друга. Я потерял себя. Я не хочу быть одиноким всегда… Я очень хочу найти единственного друга, который будет со мной всегда. Я надеюсь, что у тебя есть такой друг, ведь если его не будет, то не будет и тебя…
Знаешь, чем чревато биполярное расстройство? Когда наступает депрессивная стадия, то обладатель этого «подарочка» может покончить с собой. У него появляются суицидальные мысли, позже переходящие и в попытки самоубийства… Я не исключение. Я держался до последнего. За всю мою жизнь у меня было только две, а может, и три попытки самоубийства. Два небольших шрама на левой руке свидетельствуют об этом. Возможно, было три попытки, но я не помню, третий шрам либо есть, но его плохо видно, либо я сбился со счёта.
После последней попытки, которая произошла из-за ссоры с мамой, я дал себе слово, что больше не повторю этой ошибки.
Ах, если бы ты знал, как я жалею об этих шрамах! Они не украшают кожу, а наоборот — уродуют. Они уродуют не только тело, они уродуют и душу…
Я бы всё отдал, лишь бы вернуться в то время, когда я, сидя в ванной около третьего часа ночи, неоднократно проводил лезвием кухонного ножа по руке. Нет, я не резал вдоль. Я резал поперёк, потому что не хотел торопиться. Потому что не хотел умирать, чего я сам не хотел признавать. Но не сейчас.
Всё слишком давит на меня и мой разум. Я не могу и дальше притворяться, что всё хорошо… Я забросил курс «лечения», от которого всё равно толку не будет. Зачем родители тратят свои средства на то, чтобы вылечить меня? Они же прекрасно понимают, что это невозможно… Они же понимают, что я не смогу до конца своих дней усыплять свою болезнь… Так зачем они смотрят на то, как их ребёнок разрушается? Почему они не могут отказаться от меня? Неужели я настолько жалок?
Я так больше не могу… Я всегда буду один…
Психиатр Чарли из книги «Хорошо быть тихоней» говорил: «Для того, чтобы тебе стало лучше, вначале должно стать хуже». У меня, как и у Чарли, это «хуже» слишком затянулось… Пора прекращать это… Прости меня, мой вымышленный друг, ты был для меня самым лучшим собеседником.
Счастливо, Тэхён».
Чонгук чувствовал, как начинал задыхаться из-за состояния Тэхёна. Ему очень не хватало дыхания, и он, тяжело и порывисто дыша, начал жадно хватать воздух.
«Не может быть… Зачем?.. Зачем он идёт на такой шаг?» — неслось в голове парня, который быстро заглянул в рюкзак, ища в нём шариковую ручку, что завалялась на самом его дне.
Достав злосчастную белую ручку, Чонгук торопливо вывел корявыми почерком: «НЕТ! ОСТАНОВИСЬ! НЕ ДЕЛАЙ ЭТОГО! Я НЕ ВЫМЫШЛЕННЫЙ! МЫ МОЖЕМ ПОГОВОРИТЬ ОБ ЭТОМ! ТЫ МОЖЕШЬ ОТКРЫТЬСЯ МНЕ! Я ПОМОГУ ТЕБЕ! ТЭХЁН, ПРОШУ, ДАЙ СЕБЕ ШАНС! ТЫ НЕ БЫЛ ОДИН! Я ВСЁ ЭТО ВРЕМЯ БЫЛ С ТОБОЙ! ТЭХЁН, Я НУЖДАЮСЬ В ТЕБЕ!..»
Спустя какое-то время пришёл и ответ: «Что? Кто ты? Как такое возможно? Это шутка? У меня начались галлюцинации из-за того, что я забросил лекарства? О боже, что всё это значит?..»