глава 11
- Давайте мирно все решим, - от Глеба было непривычно слышать подобного рода выражения, но в этой ситуации он не мог думать по другому. Ведь смотреть на то, как близкие для него люди ругаются, тем более распуская при этом кулаки, было очень неприятно.
Тима, одним резким движением высвободил свои руки из хватки викторова, он не собирался продолжать и дальше бить юлю. Парень положил руки на голову, делая глубокий вдох, чтобы успокоить свой пыл.
Парень до сих пор не мог понять, почему все кроме него относятся к этой ситуации спокойно, будто совсем ничего и не происходило. Хотя и сама Вика очень скучала по юле, она долгое время пыталась сохранить общение, звонила и писала. Но Зотикова отвечала ей только спустя несколько часов, иногда даже через сутки, поэтому их общение полностью сошло на ноль.
— юль, ты нормально вообще? Все хорошо? — Вика продолжала крутиться возле подруги, пытаясь понять её состояние, ведь удары, которые были ей нанесены, со стороны выглядели так, будто после них Юля даже не сможет подняться.
Кастрюлька упиралась спиной об стену, чтобы сдержать равновесие. Сил не осталось даже на то, чтобы просто стоять. Челюсть продолжала пульсировать, с каждым разом рассеивая волну боли по всему телу. Юля жмурилась, тихо шипя, словно какой-то недоверчивый котенок, которого пытаются погладить.
даже в этот момент Юля не держала никакой обиды на Тима, ей была вполне понятна такая реакция, девушка была готова к такому повороту событий, хоть и надеялась, что все обойдётся. В итоге ей пришлось поплатиться своим лицом, на котором теперь, скорее всего, будет гематома.
— Голова немного кружится, — Юля смотрела прямо на Вику, в глазах все расплывалось. Тогда девушка начала моргать, чтобы хоть как-то собрать картинку перед собой в общий пазл.
— Бедненькая, мне так жаль, — Тима положил руку на сердце, как бы "раскаиваясь" за свой поступок. Было очевидно, что парень ни о чем не жалеет и с удовольствием добавил бы Юле ещё пару ударов по лицу. Но ему мешал Викторов, который до сих пор продолжал стоять между Абрамовым и Юлей.
Вика посмотрела на Глеба, тоже поймав его взгляд на себе. Эти переглядки были каким-то своеобразным криком о помощи, будто они пытались узнать друг у друга, что им делать дальше и как наконец уладить конфликт. Друзья находились меж двух огней, не хотелось вставать ни за чью сторону, все были правы и виноваты по своему.
Глеб отвлекся от Тима, переключая свое внимание на кастрюльку. Наверное, если бы на месте Абрамова был кто-то другой, то, скорее всего, завязалась бы уже другая драка.
несмотря на всю боль, которую Зотикова ему причинила, Глеб даже сейчас был готов сделать для неё все что угодно, хоть и эти эмоции парень пытался скрыть.
он понимал, что нельзя так просто прощать и забывать старые обиды, но и жить с этим грузом было намного тяжелее, учитывая то, что сейчас все вроде бы налаживается.
Кудрявый больше всего злился на себя, ведь ни перед кем в своей жизни он так не унижался, как перед Юлей. Любовь странно влияет на человека, полностью меняя его мышление. От этой мысли становилось не по себе.
— Может присядем? — Глеб взял за руку Юлю и, не дожидась ответа, повел её на диван. Аккуратно усадив её, Викторов сел рядом и снова бросил свой взгляд на Вику, как бы передавая ей эстафету противостояния против гнева Тима.
Бойко уже покрыла всеми возможными матами Глеба, который довольно поглядывал на неё, ожидая дальнейшего развития событий.
— Юля все-таки пришла помочь, ты тоже неправильно ведёшь себя. Ради общего дела мог бы и немного сдержать свои эмоции, — Вика, хоть и не знала плана Зотиковой, была уверена, что он поможет избежать Глебу наказания.
— И ты туда же? — после слов Викули парню даже пришлось задуматься о своей правоте, ведь абсолютно все, кто находился в этой комнате были против него. Обида на то, что её поступки никак не учитываются, поселилась где-то в глубине души Тима, — Ты же, блять, видела состояние Глеба в то время. Видела, как мне тяжело со всем этим справляться, а теперь вы с Юлей снова лучшие подружки, так мило.
Вика опустила взгляд в пол, чтобы не сталкиваться с глазами напротив, которые выражали гнев и разочарование одновременно. Весь этот разговор ужасно давил на нервы девушки, она не могла понять чью сторону принять, ведь понимала Юлю также, как и Тима.
— Меня поражает твоя доброта.
Вика действительно очень добродушный человек и легко прощает все проступки человека. Даже если взять в пример их отношения с Тимой. Безусловно, это травма, но девушка ни в чем не винит Абрамова, местами даже оправдывает его поступки, якобы заслужила.
— Тим, в первую очередь мы собрались, чтобы помочь Глебу, а не для того, чтобы ты тут устраивал сцены, — девушка не теряла надежды и продолжала успокаивать его, ведь разговор действительно предстоял непростой. А если ещё учитывать все обиды прошлого и недосказанности, то диалог должен быть настолько тяжёлым, что его можно было бы сравнить с проблемой мирового масштаба.
— А, ну да, простите, забыл, — если бы в мире существовал конкурс "человек-сарказм", то Тима точно смог бы одержать там победу, ему даже никто не смог бы составить конкуренцию. Но с таким же успехом Абрамов умел менять эмоции и теперь он уже снова была серьёзна, — Я, конечно, не горжусь этим, но если бы не я, то и помогать было бы некому.
эти слова имели много значений - начиная от попыток Глеба закончить свою жизнь самоубийством, заканчивая попойками вперемешку с запрещенными веществами. Тима и сам не хотел вспоминать это, но молчать тоже смысла не было. Когда ты уже не можешь сдерживать свои эмоции, то в качестве аргумента идёт абсолютно любая информация.
— Нужно уметь прощать, — Вика периодически поглядывала на Глеба, который шептался о чем-то с Юлей. Викторов спрашивал о её состоянии и нужно ли ей помочь чем-нибудь, например принести воды и все в этом духе, — Юля уже поняла, что совершила ошибку, она извинилась. Ей тоже было тяжело, это нужно понимать.
— Блять, хватит мне читать лекции, — парень уже был на пределе, обида и непонимание читались в его глазах. Тима уже не мог держать себя в руках и поэтому решил скинуть все свои эмоции на Вику, ведь она стояла прямо перед ним, пытаясь оправдать эгоизм другого человека. Абрамов перешел на повышенные тона, начиная кричать, — К тебе у меня тоже много вопросов, ты же вместе со мной покрывала Юлю трехэтажным матом. Это было даже не один раз, а теперь ты оправдываешь этого человека. Лицемерием попахивает, не чувствуешь?
Вика смотрела в глаза напротив, не понимая такой агрессии в её сторону, она всегда старалась помочь и успокоить всех. Безусловно, она и сама злилась на Юлю в какие-то моменты, ведь смотреть на состояние Глеба после расставания было невозможно.
она искренний и добродушный человек, который может не только понять любого, но при этом ещё и поддержать. Вике стало обидно, что никто не ценит этого, а более того, считает эти качества огромным минусом в её характере.
девушка не знала, что ответить, её глаза начали бегать, переключая свое внимание с одного объекта на другой. От Тима слышать все это было ещё обиднее, чем от кого-либо другого
Вика простила ему все ссоры, избиения и даже унижения. Она не винила его ни в чем, даже в своём убитом моральном состоянии после отношений.
— Хватит, я не могу больше это слушать, — девушка уже сама собиралась уйти, чувствуя, как уже не может сдерживать свои слезы.
ситуация с Глебом очень сильно изменила характер и поведение Абрамова. Он стал грубее и местами настолько черствым, что казалось, будто у него и вовсе нет никаких чувств.
Он не был виноват в этом, ведь не каждый человек станет здраво мыслить после того, что видел Тима.
— Ладно, всё, извини, — Парень уже понимал, что явно перегибает и вымещает свою злость совсем не туда. Тима остановил Вику и обнял, укладывая свои руки ей на талию. Абрамов поцеловал её в макушку, а после чего продолжил, — Я не хотел, просто слишком много эмоций накопилось за все это время.
— Ничего, я привыкла.
эти слова нанесли новую рану на сердце блондину, стало стыдно за своё поведение. Он жалел Вику, все также прижимая её к себе, ведь та была совсем не против снова почувствовать тепло от такого холодного человека.
Глеб и Юля переглянулись, а после оба расплылись в улыбке. Несмотря на произошедший конфликт, все решилось не так плохо, как начиналось. Вике удалось успокоить Абрамова и теперь все были готовы вести конструктивный диалог.
— Прежде чем начать говорить по поводу дела, я хочу объясниться перед тобой, — кастрюлька посмотрела на Тима, который садится напротив, пододвигая к себе стул, — Мне очень важно, чтобы ты воспринимал меня нормально и не держал зла.
— Говори уже, — он согласился все выслушать, хоть и желания делать этого не было. Но выбора по сути не оставалось, потому что ему хотелось помочь Глебу и показывать свой характер было бессмысленно.
Зотикова попыталась рассказать все в подробностях, вспоминая каждую деталь, чтобы рассказ получился полным и Абрамов хоть немного понял её.
Юле не нужно было оправдываться, она просто рассказала так, как было на самом деле. Говорить было тяжело, ведь все внимание компания сосредоточила на ней, это сильно напрягало, мысли начинали путаться, не давая нормально говорить.
все слушали молча, принимая каждое слово, стараясь понять и даже оправдать их у себя в голове. Даже Тима ни разу её не перебила, так как ему было важно узнать, почему никто не держит обиду на Юлю.
— Я сразу же взяла это дело на себя, потому что не смогу жить спокойно, зная, что Глеб в тюрьме. Я виню в этом себя, ведь если бы не я и мои поступки, то всё могло сложиться по другому, — спустя двадцать минут Юля закончила и стала внимательно наблюдать за реакцией остальных.
Глеб очень болезненно воспринимал историю Юлю,он не мог спокойно слушать, поэтому периодически закрывала свое лицо руками. Он до сих пор не мог понять, почему именно так Юля поступила с ним, но теперь никакой обиды и злости не было, ведь Зотикова поняла свою ошибку.
по щеке Вики покатилась слеза. Было тяжело принять тот факт, что в реальной жизни все не так просто и иногда у тебя не остаётся никакого выбора, будто все уже решено.
Абрамов отнеся ко всем словам Юли со скепсисом, но не стал задавать лишних вопросов, так как уже наговорил много.
в комнате повисла тишина, каждый старался переварить все услышанное, поставить себя на место Юли.
— Я жалею о многом, но теперь уже ничего нельзя изменить, — кастрюлька тяжело вздохнула и потерла рукой место удара, понимая, что заслужила этого.
— Маинький, — Вика поджала губы и поднялась с дивана, на котором сидела до этого, слушая историю, которая вызывала волну мурашек по всему телу. Девушка обняла подругу, после чего добавила, — Главное, что ты сама понимаешь свои ошибки.
когда уже все немного отошли от конфликта, а комната наполнилась теплом и дружеской атмосферой, Юля решила перейти к делу.
она боялась реакции Вики, ведь та могла отказаться участвовать в судебном разбирательстве. Для неё это был совершенно новый опыт. Такое серьёзное мероприятие явно не подходило под тип личности Бойки.
Юля уже много раз думала о том, что совершила ошибку, назвав имя подруги. Но у неё снова не оставалось вариантов, ведь Тима с вероятностью в девяносто процентов точно отказался бы от этого, у него бы нашлось куча причин, лишь бы не работать в одной команде с кастрюлькой.
а других вариантов у Зотиковой не оставалось и единственным человеком, который всплыл у неё в голове во время стрессовой ситуации, была Вика.
— Держи, — Юля не стала говорить никаких вступительных речей и просто отдала Викуле папку с её документами.
— Что это? — девушка с недоверием посмотрела на подругу, после чего начала читать бумаги, которые ей подсунули.
— Это твоё высшее юридическое образование в Московском вузе.
вся компания в один момент перевела свой взгляд на Юлю, в глазах читалось явное непонимание вперемешку со страхом.
Вика распахнула свои глаза, казалось будто фраза "глаза по пять копеек" была придумала именно ради этого момента.
Юля рассмеялась, ведь примерно такую реакцию она и ожидала. Эмоции было невозможно сдержать, но Зотиковой помогла её челюсть, которая до сих пор болела, не давая даже улыбнуться.
— Если это шутка, то это не смешно, — Бойко переглянулась с Глебом, который тоже не мог ничего понять, неужели Юля действительно решила доверить такое важное мероприятие Вике? Девушка начала судорожно листать страницы, пробегаясь глазами по тексту.
диплом выглядел как настоящий, все печати и даты были проставлены, даже роспись соответствовала инициалам ректора Московского ВУЗа.
— Орден адвоката? — Вика достала документ из файла, а вместе с ним и значок, будто сделанный из настоящего золота. Стало понятно, что все это не шутки и документы настоящие, но была только одна проблема, Вика знала из юрисдикции только курс обществознания за одиннадцать классов.
Глеб выхватил из рук Бойки документы, парня охватила паника, он начинал догадываться к чему ведёт Юля, но осознавать, а уж тем более принимать эту информацию не хотелось.
— Ты будешь адвокатом на суде по делу Глеба, — Зотикова снова поймала на себя удивленные взгляды, никто до сих пор не мог поверить в это.
Вика развела руки в стороны, все ещё надеясь на то, что это не настоящий план и сейчас Юля хочет немного поиздеваться над ними.
Тима подвинулся ближе к Викторову, чтобы тоже изучить, врученные Викуле документы. Быстро пробежавшись взглядом по тексту, парень усмехнулся, ведь это скорее было похоже на один сплошной анекдот.
— Скажи, что ты пошутила, — Глеб посмотрел на Юлю с надеждой о том, что кастрюлька просто решила разбавить обстановку. Но девушка отрицательно помотала головой, ещё раз признавая свою ошибку.
— А я правильно понимаю, что твой план заключается в том, чтобы Глебу было не одиноко сидеть одному? — Тима откинулся на спинку стула, скрещивая свои руки на груди, — Документы - подделка, а это тоже статья, причем серьёзная.
Юля и сама понимала, что если весь план раскроется, то её не только уволят, но и привлекут к уголовной ответственности. До этого момента девушка была уверенна, что сделанные ей документы, никто не станет проверять на подленность, но слова Тима заставили усомниться.
— Так это и меня посадят, как соучастника, — Вика развела руки в стороны, вновь поднимаясь со своего места.
— Правильно, — кастрюлька усмехнулась, после чего схватилась за больное место на своем лице, при этом прошипев от боли, — Ты разбираешься же, вон какие слова знаешь - "соучастник"
Бойка совсем не разделяла такого позитивного настроя, в её голове была паника, казалось, будто она спит и все происходит не по настоящему. Девушка ушипнула себя, чтобы проснуться, но даже это ей не помогло.
— Пожалуйста, скажи, что это шутка, — Глеб решил переспросить ещё раз, ведь какой нормальный человек поставит Вику в адвокаты.
до этого у Викторова была хоть какая-то надежда на то, что все обойдётся и он сможет отделаться штрафом или исправительными работами, но сейчас его последние надежды рушились.
— Я что, на юмориста похожа? — Юля с серьёзным выражением лица посмотрела на друзей, которые все ещё не могли прийти в себя.
— Ты не похожа, а я вот очень даже, — викуля трезво оценивала свои способности, поэтому роль адвоката ей не очень нравилась, — Я психолог, финансист, поварешка в конце концов, но не адвокат, какой суд?
Тима рассмеялся в полный голос, уже не пытаясь сдержать новый порыв смеха, все это выглядело забавно, если исключить тот факт, что от Вики зависела судьба Глеба.
— Нет, я не буду принимать в этом участие, — девушка ещё раз взглянула на документы, понимая, что не потянет судебное разбирательство на себе.
тяжело вздохнув, Зотикова покачала головой, понимая, что Вике в любом случае придётся согласиться, что бы она там для себя не решила.
— Я все сделала сама, тебе нужно всего лишь выучить текст, — Юля забрала папку у Глеба и передала её в руки дипломированного адвоката, — Тут всего лишь двадцать восемь страниц.
— Чего блять? — глаза Вики расширились ещё сильнее, она снова начала листать страницы, на которых было много непонятных для неё слов, из которых собирался текст.
Абрамов рассмеялся, а его глаза уже начали слезиться от очередного приступа смеха, который он был не в силах остановить.
— Теперь мне точно пиздец, — Глеб посмотрел куда-то в пустоту перед собой, совершенно не понимая, что ему делать дальше.