Предисловие
'Только заканчивая книгу, - замечает где-то Паскаль, - обычно понимаешь, с чего начать'. Итак, я написал, собрал вместе и отредактировал эти странные истории, выбрал название и два эпиграфа, и вот теперь нужно понять, что же сделано - и зачем. Прежде всего обратимся к эпиграфам. Между ними существует определенный контраст - как раз его и подчеркивает Айви Маккензи, противопоставляя врача и натуралиста. Этот контраст соответствует двойственной природе моего собственного характера: я чувствую себя и врачом, и натуралистом, болезни так же сильно занимают меня, как и люди. Будучи в равной степени (и по мере сил) теоретиком и рассказчиком, ученым и романтиком, я одновременно исследую и личность,). 19 рия любил говорить о 'романтической науке', - и в каждом из описываемых случаев (как и в моей предыдущей книге 'Пробуждения'), в каждой судьбе мы оказываемся на перекрестке факта и мифа. Но какие поразительные факты! Какие захватывающие мифы! С чем сравнить их? У нас, судя по всему, нет ни моделей, ни метафор для осмысления таких случаев. Похоже, настало время для новых символов и новых мифов. Восемь глав этой книги уже публиковались: 'Заблудившийся мореход', 'Руки', 'Близнецы' и 'Художник-аутист' - в 'Нью-йоркском книжном обозрении' (1984 и 1985), 'Тикозный остроумец', 'Человек, который принял жену за шляпу' и 'Реминисценция' (в сокращенном варианте под названием 'Музыкальный слух') - в 'Лондонском книжном обозрении' (1981,1983 и 1984), а 'Глаз-ватерпас' - в журнале 'The Sciences' (1985). В главе 'Наплыв ностальгии' (первоначально опубликованной весной 1970 года в журнале 'Ланцет' под названием 'L-дофа и ностальгические состояния') содержится давно написанный отчет о пациентке, ставшей впоследствии прототипом Розы Р. из 'Пробуждений' и Деборы из пьесы Гарольда Пинтера 'Что-то вроде Аляски'. Из четырех фрагментов, собранных в главе 'Фантомы', первые два были опубликованы в отделе 'Клиническая кунсткамера' 'Британского медицинского журнала' (1984). Еще две короткие истории позаимствованы из моих предыдущих книг: 'Человек, который выпал из кровати' - из книги 'Нога, чтобы стоять', а 'Видения Хильдегарды' - из книги 'Мигрень'. Остальные двенадцать глав публикуются впервые; все они написаны осенью и зимой 1984 года. Я хотел бы засвидетельствовать глубокую признательность моим редакторам - прежде всего Роберту Сильверсу из 'Нью-йоркского книжного обозрения' и Мэри-Кэй Вилмерс из 'Лондонского книжного обозрения'; Кейт Эдгар и Джиму Сильберману из нью-йоркского издательства 'Summit books' и, наконец Колину Хейкрафту из лондонского издательства 'Duckworth'. Все вместе, они оказали неоценимую помощь в придании книге ее окончательной формы. Хочу также выразить особую благодарность коллегам-неврологам: - покойному Джеймсу П. Мартину, которому я показывал видеозаписи Кристины и мистера Макгрегора. Главы 'Бестелесная Кристи' и 'Глаз-ватерпас' родились в ходе подробных обсуждений этих пациентов; - Майклу Кремеру, моему бывшему главврачу из Лондона. Прочитав мою книгу 'Нога, чтобы стоять' (1984), он рассказал об очень похожем случае из собственной практики, и я включил его в главу 'Человек, который выпал из кровати'; - Дональду Макрэ, наблюдавшему удивительный случай зрительной агнозии, сходный с ситуацией профессора П. Я случайно обнаружил его отчет через два года после публикации моей истории. Отрывки из его статьи включены в постскриптум к истории о 'человеке, который принял жену за шляпу'; - Изабелле Рапен, коллеге и близкому другу из Нью-Йорка. Я обсуждал с ней многие свои случаи; она попросила меня взглянуть на 'бестелесную' Кристину и много лет, с самого его детства, наблюдала Хосе, художника-аутиста. Я бесконечно признателен всем пациентам (и порой их близким), чьи истории рассказаны на страницах этой книги. Благодарю их за бескорыстную помощь и великодушие, благодарю за то, что, даже зная, что им самим мой научный интерес никак не поможет, они поощряли меня и разрешали описывать случившееся с ними, надеясь помочь другим понять и, возможно, научиться лечить болезни, от которых они страдают. Как и в 'Пробуждениях', соблюдая врачебную тайну, я изменил имена и некоторые обстоятельства, но в каждом случае постарался сохранить основное ощущение. Наконец, хочу выразить благодарность - более чем благодарность - Леонарду Шенгольду, моему учителю и врачу, которому посвящается эта книга. Нью-Йорк, 10 февраля 1985 года