Pt.22
– Минхо, ты снова связался с ней?
– Да, тебя что-то не устраивает?
Ли злится, при упоминании девушки.
– Но.. как же тот парень, Джисон. Я думал он тебе нравится.
– Нравится.. но не так как Ена.
– Врёшь же.
– Не вру я, идиот. Кстати, как там Чонин?
– Замечательно.
– Ясно.
– Минхо.
– А?
– Хочу встретится с Еной, давай устроим вечеринку.
– Зачем?
– Хочу узнать лучше твою девушку. Пожалуйста!
Чан смотрит щенячьими глазами и Минхо клянётся, что это выглядит очень смешно. Ведь видеть взрослого мужчину, который ведёт себя так по детски...довольно забавно.
– Ладно, тогда сегодня в шесть у меня?
– Я принесу пиццу.
***
– Скотина.
Чан хватает Ену за волосы и прижимает её к холодной плитке ванной комнаты.
– Что ты на этот раз задумала?
– Я просто веселюсь, братик. Не злись.
Она теребит пуговицы на рубашке Чана и хитро улыбается.
– Только не с Минхо, он самый близкий человек в моей жизни.
– После Чонина.
Чан злобно смотрит на девушку, сильнее хватая её за волосы и цедит через зубы. Она недовольно смотрит на него, пытается высвободиться из чужой хватки, но не выходит.
– Я запрещал называть его имя твоим грязным губам. Прекрати свои игры, Ена.
– Чан, не так уж быстро. Дай ещё повеселится.
Девушка смеётся, а Чан бьёт её голову об твёрдую плитку.
– Сука, отстань от Минхо.
– Блять, больно же!
Девушка скидывает чужие руки со своих плеч. Собирает вещи и уходит, на последок крикнув Минхо:
– Мы расстаёмся, придурок.
– Хён, ты... Что ты сделал. Ты знаешь, что она сейчас сделает?
Минхо подпрыгивает и направляется к хёну, хватая того за плечи и трясёт, трястись от страха начинает, а голос дрожать.
А Чан хватает его руки в свои, крепко прижимает к себе и гладит по спине.
– Успокойся, малыш.
– Но она, шантажировала меня что если я не послушаю её, то тебя посадят. Вы же с Чонином спите, а он ещё несовер-
– Минхо, успокойся. Не слушай эту глупую девчонку, я обещаю что со мной и Чонином всё будет в порядке. Не переживай. И я поговорю с Ханом, обещаю.
Чан прижимает к себе Минхо и пытается всячески успокоить.
– Расскажешь потом, хён?
Чан кивает и укладывает уставшего Минхо на кровать, и убедившись, что Ли уснул уходит.
***
Этой ночью Джисон решается обнять хёна, видя как тот трясëтся и тяжело дышит во сне. Он шептал всю ночь, что всё будет хорошо и под утро Минхо успокоился.
***
– Ты ещё не ушёл?
– Я.. хотел поговорить.
– Нам не о чем разговаривать, Минхо.
Хан встаёт с постели, трëт свои глаза после сна, направляясь к выходу, но Ли хватает его за руку и разворачивает, заставляя посмотреть в глаза.
– Послушай, прошу.
И Джисон слушает, слушает рассказы о противных поступках Ены. Что как оказалось они с Чаном сводные брат и сестра. Которые как оказалось не ладят. Девушка всю жизнь была такой противной и творила разную фигню, пытаясь скрасить свою скучную жизнь.
Это потому что "её никто никогда, по-настоящему не любил" повторяет слова Чана Минхо.
Ли рассказывает, как Чан стал для него огромной поддержкой. Он заменил ему родителей, которые никогда не обращали внимание на него. Помогал в тяжёлые моменты и всегда подставлял своё плечо. Разгребал его проблемы, как сейчас.
Рассказал об отношениях Чана с Чонином. О том что они спали, а Ена это знала. И решила шантажировать этим Ли. Заставив переспать с Джисоном.
Минхо очень любил хёна, поэтому не мог допустить того, чтобы его посадили. Ведь Ена была всегда такой убедительной. "Её игра на высоте, я тоже думал сначала что она и мухи не обидит."
Рассказал, как отправил ей фото голого Джисона, чтобы доказать, что он переспал с ним. И тут Ена начала играть не честно. Использовала это фото и осквернила имя Джисона.
Минхо уже плакал и молил прощения у Джисона.
Расскассказал, как начал встречаться с этой противной девушкой, чтобы очистить имя Джисона.
– Как то так. Мне правда жаль. И ты мне правда очень нравишься! Прости что так поступил с тобой. Я наверное противен тебе. Я не должен был тебе говорить все те ужасные слова.
Джисон обнял Минхо, поднял его подбородок пальцами и впился нежным поцелуем в его губы. Впервые Хан почувствовал, что губы хёна и в правду сладкие на вкус.
– Хоть мне и было дико больно, но ты никогда не был мне противен, хён.