46
Дженни
Ли Чонха рассказывает мне о своих предположениях насчет беременности мамы в то время, как Ли Джунхо ушел в армию. Мой дед был помешан на контроле и считал, что сын должен следовать по его стопам, и женитьба на простой девушке не входила в эти планы.
- Я и не думала в то время, что Соён беременна. - Ли Чонха отставила чашку в сторону сложила руки перед собой. - Донхо поговорил с ней, когда она пришла к нам в дом. На мои вопросы Соён не ответила. Сказала, что встретила другого и выходит замуж, вот только, - женщина тяжело вздохнула, - тогда я не заметила интонации и ее глаз. Я разозлилась. Мне стало обидно за сына. - Она покачала головой, а я не знала, куда деть руки от волнения. - Сейчас я вижу, что ошиблась. Я не знала твою мать так, как знал Донхён, но должна была вспомнить его рассказы о ней. Слишком гордая, верная и... Ох, Донхо надавил на больные точки, и бедная девочка решила, что справится со всем сама. Мне так жаль, Дженни. Из-за ошибки моего мужа теперь страдаем все мы. - Женщина смахнула слезу со щеки, я проглотила противную слюну и чувствовала, что в грудной клетке медленно что-то лопается.
Наверное, моей защите приходил конец. Я уже научилась воспринимать разговоры о матери адекватно, без слез и лишних эмоций. Только наедине с собой могла поддаться слабости и поплакать, но такое происходило крайне редко. Я считала, что Джон У не должен видеть моих слез, пусть порой трудно было сдержать соленую влагу, но я пыталась. Очень...
- Это ведь прошлое, - выдавила я из себя, крепко сжимая пальцами края кофты, - а мы в настоящем.
Ли Чонха удивленно подняла брови, а потом улыбнулась. Эти несколько минут тишины заставили меня сомневаться в правильности сказанного, но женщина парой ловких движений подкатила коляску ближе и положила свои руки на мои, обдавая их приятным теплом.
- Умница, - Сказала она, поглаживая мои пальцы своими, - я очень рада, что вы здесь, и с каждой минутой убеждаюсь в правильности решения сына.
Я нервно улыбнулась, не зная, что отвечать. В коем веке ко мне относились доброжелательно и не закидывали камнями, но почему-то это казалось подозрительным и нереальным, словно следом должно последовать что-то жутко неприятное.
- У нас все готово! - В комнату влетел Джон У, привлекая внимание своим звонким голосом. - Джен мы жарим мясо. - Довольно добавляет он и помешает руки на бока, вызывая умиление в очередной раз.
- Мы сейчас придем, малыш. - Говорит Ли Чонха, а Джон У хмурится.
- Я - не малыш, я - мужчина. - Из меня вырывается смешок от важности, с которой говорит братишка, а Ли Чонха кивает.
- Хорошо, - произносит она, - тогда помоги бабушке, а то я сама вряд ли до двора доберусь.
Я поднимаюсь, чтобы помочь, но женщина подмигивает мне.
- Джен, я сам! Я же сильный. - Братишка подбегает и аккуратно берет за ручки, слегка сдвигая коляску с места.
- Полегче, мужчина. - Смеется Ли Чонха, а я замечаю, как она сама незаметно двигает колеса руками, а Джон У с радостью катит ее во двор, где нас ждет Ли Джунхо.
В воздухе витает аромат жареного мяса, и мой желудок моментально реагирует на него, начиная завывать. Я обнимаю себя руками, чтобы скрыть этот звук, да и труды Джон У не проходят даром.Ли Чонха смеется так заразно, что и я не могу удержаться от улыбки.
Напряжение спадает постепенно. Уже за столом.
Красивая закрытая беседка укрыла нас от холодного ветра, который появился в тот момент, когда Ли Джунхо убирал последний шампур с мясом. Брат улыбался и весь измазался, наслаждаясь вкусным шашлыком. Он был расслаблен и счастлив, слушая истории Джунхо, который казался мне скупым на эмоции, но сейчас смеялся и играл с Джон У.
-Джунхо раньше таким же был, - шепнула мне Ли Чонха, пока эти двое бегали вне беседки, пиная мяч, - непоседой. Я обязательно покажу тебе альбом, Дженни. - Женщина улыбается, а я чувствую сожаление.
Так не хочется возвращаться в квартиру, где Донхён снова будет играть в примерного отца. Хоть эти люди были чужими, но мне хотелось задержаться. Хоть немного поверить в то, что мы можем жить счастливо.
- Все будет хорошо. - Говорит Ли Чонха, словно читая мои мысли, а я поднимаюсь, чтобы убрать со стола. - Не нужно. Работница скоро вернется и приберет.
Ли Джунхо становится хмурым, заметив, что я собралась уходить. Проблем с отчимом не хотелось, как бы не голосило сердце о продолжении посиделок. Все это понимают, даже Джон У, который тяжело вздыхает и идет за нами с Джунхо.
Ли Чонха машет рукой, прощаясь и улыбаясь. Она остается на крыльце, и, к моему удивлению, брат резко разворачивается и бежит к ней.
- Что-то случилось? - Спрашивает его женщина с некоторым беспокойством.
- Да. Можно... - Он оглядывается и смотрит на меня. - Можно я тебя обниму?
- Конечно, малыш. - Ли Чонха широко улыбается и протягивает к нему руки, а у меня в груди ворочается какое-то необычное чувство, от которого становится неловко. - И обязательно приезжай еще. Я далеко не убегу без твоей помощи. - Она взъерошивает ему волосы, а я братишка с радостью бежит ко мне.
Я киваю ей и помогаю Джон У забраться в детское кресло, а потом и сама сажусь на сиденье. Погода портится резко, как и мое настроение. Дождь мелкими каплями бьет по лобовому стеклу, пока мы едем домой.
- Почему ваша мать не может ходить? - Задаю вопрос, который вертится на языке с приезда в особняк.
- Авария, - Ли Джунхо тяжело вздыхает, - таксист не справился с управлением, и машину вынесло на встречную полосу. Это чудо, что мама вообще жива.
- Мне жаль, - тихо говорю, сжимаясь от одного слова авария, - но, неужели нельзя ничего сделать? Может, операцию?
- Возил по врачам. Даже опытные доктора ничего не могут сделать. В ее возрасте и при наличии сопутствующих болячек велик риск летального исхода. Никто не возьмется, да и я против. Не хочу ее потерять. - Сухо говорит Джунхо, а я киваю.
Эта новость окончательно убивает остатки хорошего настроения, и я сетую на то, что жизнь не справедлива. Ли Чонха - хорошая женщина, и Джон У она понравилась, как и Чон...
- Прибыли, - говорит Ли Джунхо, останавливаясь напротив подъезда, - Дженни, позже поговорим. Джон У держи пять.
Братишка с удовольствием бьет по ладони Джунхо и смеется. Теперь еще больше сложностей...
Он уезжает, обещая позвонить, а мы плетемся к двери, за которой нас ждет Донхён. Отчим сложил руки на груди и внимательно смотрел на меня. От его взгляда становится неприятно, словно я провинилась.
- Предупреждаю, Дженни, в последний раз, - цедит он сквозь зубы, - можешь таскаться, где угодно и с кем хочешь, но моего сына по гулянкам ты таскать не будешь.
Сердце ухает вниз от слов Донхёна, и я открываю рот, чтобы ответить, но он резко меня обрывает.
- Да, и, - мужчина сжимает челюсти, словно еле сдерживает себя в руках, - своего малолетнего дружка предупреди. Еще раз явится сюда, пожалеет.