34
Чонгук
- Где тебя черти носят?! - Орет отец, когда я возвращаюсь домой. - Тебе постельный режим прописан! Или ты забыл об этом?! Я на какой черт трачу столько денег?! Чтобы ты сам себя добил?! - Надрывается прямо мне в лицо, показывая свой фэйс красного цвета.
- Можешь не тратить. Я об этом не просил. - Бросаю наплевательски, а сам не могу выбросить гадкую картинку из памяти.
Отчим Ангелочка несет конструктор и скрывается за поворотом. Сколько бы не искал, не нашел, и от этого злость внутри поднималась огромной волной, а мозг работал и просил не торопиться. Понятно, что этот недочеловек пошел продать подарок сына.
Чтоб тебя, подарок родного сына пустить на бухло!
Не мог понять, как не пытался.
Слабак. Конченный человек, которому нельзя ходить по земле.
- Предлагаешь наплевать на твою жизнь? - Спрашивает и не дает пройти вперед, пока я сжимаю кулаки.
- На жизнь Розэ ты наплевал. - Спокойно выдаю ему, на что он чуть ли не слюной брызжет от злости. - Почему бы и про меня так же удачно не забыть?
- Если не прекратишь, то будут последствия. Спишу это на сотрясение. - Поправляет рубашку и отходит к столику, где стоит бутылка с его дорогим пойлом. - Постельный режим, Чонгук. Не заставляй насильно укладывать тебя.
- А сил хватит? - Усмехаюсь, проходя наверх. - Часто пьешь. До алкоголизма не далеко. - Бросаю уже на лестнице, на что отец фыркает.
Голова разрывается от боли, но я не обращаю на это внимания. Падаю на кровать и сжимаю челюсти до противного скрипа зубов. Черт!
Почему-то перед глазами пролетают разные картинки. Ким с опущенными плечами. Тут не нужно быть провидцем, чтобы понять, за стенами дома был звездец.
А эти ее синяки...
Черт!
От осознания начинает бить по вискам. Сильно.
Кривлюсь и присаживаюсь на край постели, думая, что делать с увиденным.
- Чонгук, - раздается голос Ынми рядом, и я поднимаю голову, - тебе таблетки выпить надо. Вот, держи. - Подает мне колеса и стакан воды. - Как себя чувствуешь?
- Как бабка у разбитого корыта. - Глотаю пилюльки и выпиваю всю воду, обдумывая решение, которое давно принял.
Наверное, в тот момент, когда мелкого увидел.
- Лежал бы ты, а то мало ли какие последствия... - Осторожно начинает Ынми, а я усмехаюсь.
- Помощь твоя нужна, - говорю я ей и подмигиваю, - выйти нужно из дома незамеченным. Поможешь?
Женщина тяжело вздыхает, а я складываю ладони вместе. Работает безотказно.
Уже через пять минут вырываюсь из клетки и мчусь к финтес-центру. Успеваю акурат к нужному времени, только Ким не одна, а с братом. Это даже лучше. Очень надеюсь, что малой не такой упертый, как сестричка. Обращаюсь к нему, когда вижу, что Ангелочек сопротивляется изо всех сил.
Джон У идет на контакт сразу, а я испытываю какое-то странное чувство. Долбанное покалывание в груди. Глазища такие же , как у Ким, заставляют только в них смотреть. Мелкий умело манипулирует Дженни с моей подачи, да я совсем забыл про то, что есть нужно. Называется, убить двух зайцев одним походом в Мак.
Если Джон У чувствует себя вполне комфортно в моей компании, то о его сестре так сказать даже язык не повернется. Вся вытянулась, как струна, даже дышать боится. К еде не прикасается, только чай глыщет. Бесит этим. Я ведь с добрыми намерениями, а она волком смотрит на меня.
Успеваю успокоить нервы, пока ужинаем. За малым наблюдать одно удовольствие. Лопает с таким аппетитом, что я и сам не замечаю, как сметаю все с тарелки, а вот Ким сидит словно в гостях и отводит взгляд в сторону.
Кепка давит на мозги, поэтому снимаю ее и тут же слышу вопрос от Джон У.
- О, у тебя тоже голова побита, да?
Сначала торможу, но когда вижу бледность лица Дженни, до меня доходит, кому еще серое вещество сотрясли. Еле сдерживаю себя, пока они переговариваются между собой. Снова по вискам ударяет молотками, а она молчит.
Подрываюсь и убираю мягкие пряди с ее лба, на что Ким фырчит, как дикий зверек. Успел же заметить, что волосы уложены не так, как обычно, только не придал этому значения, и зря...
Нападает на меня, краснея и выдавая себя с потрохами.
Порывается пойти за братом, но я чувствую, что еще минута рядом с ней, и меня на части разорвет от злости.
Плетусь за мелким, успокаивая себя изо всех сил. Надо подтвердить свои догадки, и кто мне в этом поможет?
- Слушай, боец, - опускаюсь на корточки рядом с Джон У, который усердно моет руки, - кто сестричку твою обидел? Не знаешь?
Перестает руки мыть и молчит. Вот же семейка!
Закрываю кран и подаю ему пару салфеток. Молчит. Ручки трет и видно, что нервничает.
- Ладно, кивни, если я угадаю, хорошо? - Джон У смотрит на меня и кивает, вызывая улыбку. - Молодчина. Дженни сама упала? - Молчит и не отвечает. - Та-а-ак. Кто-то толкнул? - Медленно кивает, а я сжимаю кулаки, шумно выпуская воздух из легких. - Часто толкает? - Опять молчит, часто моргая. - Бьет? - Кивает, а я проглатываю противный комок, который слишком быстро появляется где-то в районе горла. - Часто? - Очередной кивок разрывает нервы на куски.
Еле сдерживаю себя в руках, чтобы не напугать пацана. Он смотрит на меня огромными карими глазищами. Наштамповали, мать твою, ангелов!
Задаю еще несколько вопросов, чтобы окончательно быть уверенным, что я гребаный идиот, а отчим Дженни просто отморозок. Придумываю игру, которая не спасет от беды, но покажет, в какой квартире живет семейство, и все ли в порядке. Джон У соглашается и обнимает меня, чем вызывает убийственные эмоции.
Ким же другого мнения обо мне, и правильно...
Смесь горечи с виной убивает не хуже никотина, но я сижу в тачке и жду, когда мелкий подаст знак. А если его не будет? Ломиться во все квартиры?
Чтоб тебя, а?!
Сжимаю руль, не отводя взгляда от здания. Телефон разрывается от звонков, но я даже на экран не смотрю, потому что знаю, кто вдруг вспомнил, что у него есть сын.
Выдыхаю, когда вижу три вспышки света в одном из окон, и откидываюсь на спинку сиденья. Мысли убивают, а перед глазами рана на лбу. Твою мать!
Хочется разнести к чертям лицо бывшего друга, который наверняка знает о том, что творится в жизни подружки, но ни черта не делает.
Снова даже пальцем не шевелит!
Так оставлять ситуацию нельзя. Беру телефон и набираю номер Юнги.
- Малой, я же тебе сказал, что еще не знаю точной даты. - Бросает недовольно вместо приветствия.
- Я не поэтому звоню, - сглатываю противную слюну, потому что не могу избавиться от гадкого чувства, которое ужом вертится в грудной клетке, - помощь твоя нужна.
- Как интересно, - выдает на выдохе, - не телефонный разговор, так понимаю. Приезжай.
***
- Уверен, что это нужно? - Спрашивает Мин, когда мы пакуем отчима Дженни и везем за город. - Нет, он упырь, не спорю. Только как бы хуже не сделать. Может, в опеку дать сигнал?
- Чтобы мелкого забрали? Не вариант. - Стучу пальцами по панели и слежу за дорогой, которая хорошо видна, ведь листья с деревьев практически опали. - Таких только кнутом, пряник не предусмотрен.
- Хорошо, ты только в руках себя держи. Малика? - Зовет девушку, которая сидит на заднем сиденье его машины. - Все помнишь?
- Да, Юнги. Все помню. Молчать и делать, как скажут. Я не тупая. - Пищит она, а я усмехаюсь тому, как она театрально закатывает глаза.
МХАТ по ней плачет. Мы сворачиваем на небольшую полянку, и Мин глушит мотор. Сжимаю кулаки, а Юнги поворачивается и стучит по баранке.
- Может, все-таки к ментам? Знаешь, дерьмо не трогай, и вонять не будет. - Он усмехается, а я отрицательно качаю головой. - Я подсуечусь. Только не знаю, Кабан в городе или нет.
- Сейчас нужно что-то делать, а наши службы без пинка с места не сдвинутся. - Привожу ему веский довод, после чего он кивает.
- Верно, но мое предложение в силе. Погнали. - Выбираемся из тачки и достаем придурка из багажника.
- Что за беспредел?! Совсем что ли с катушек съехали, пацаны?! - Орет с идиотской улыбкой на губах. - Вы меня с кем-то спутали.
- Нет, не спутали. Ты не ори. - Мин ставит его одним ловким движением на колени, а я выхожу вперед. - Голова болит.
- Да вы чего, парни?! - В глазах у пьянчуги явный страх, особенно когда я наклоняюсь.
- Конструктор где?
Всего один вопрос, а у меня кровь закипает. Хочу просто бить, пока кровью не захаркает, а останавливают лишь карие глазища. Отец все-таки. Не простит меня малой.
- Где. Конструктор? - Цежу сквозь зубы, а этот недалекий улыбается.
- Так, ты чтоль подарил?
- Бинго, - самообладание медленно улетает в трубу, и я хватаю его за грудки, - где конструктор?
- Да, у Лысого в лавке. Так бы стразу и сказал, а то в лес... - Мямлит мужик, переводя взгляд с меня на Юна. - Ребят, вы чего? Ну продал. Трубы горели.
- Трубы горели, - повторяет за ним Мин, а я смотрю на бедолагу без отрыва, стараясь запомнить, как выглядит жалкий ублюдок, - Малика, твой выход!
- Что? - Растеряно говорит отчим Дженни, а я киваю Юну, который подходит со спины и зажимает мужика так, что он и пошевелиться не может. - Ребята, вы чего творите?! За какой-то конструктор... Э-э-э, зачем это? - Спрашивает, когда я беру его руку и задираю рукав до плеча.
- Не сопротивляйся, а то вену проколет. - Цежу сквозь зубы и морщусь от омерзения, представляя, как эта тварь бьет Дженни.
Внутри все клокочет от одних только мыслей, и я крепче сжимаю плечо, пока та самая Малика грациозно достает жгут и перетягивает его выше локтя.
- Пациента успокойте, а то могу не попасть. - Говорит, поднося шприц, предварительно спустив с него воздух.
- Что за... - У мужика лицо белеет, когда игла приближается к вене.
- Не бойся не сдохнешь. - Мин усмехается, а Малика мастерски ставит укольчик.
- Вот и все. - Девушка хлопает бедняге по щеке и уходит, виляя бедрами.
Олег отпускает пациента, а я не сдерживаюсь. Четкий удар правой, и урод лежит на земле, потирая лицо пальцами.
- Малой, ну сколько раз говорить, - кривится Мин, пока я часто дышу, тщетно ловя успокоение, - бить надо, чтобы следов не оставалось. Забыл?
- Нет, не забыл.
Мужик даже подняться не пытается, только смотрит испуганно, потирая руку.
- Не понимаешь, за что прилетает? - Спрашиваю, подходя ближе. - Я тебе объясню. На детей руку нельзя поднимать, или ты это не знаешь? - Удар, и пьянчуга стонет. - Еще раз ее тронешь, я тебя в землю зарою заживо. Понял? - Еще один удар, и сопливый стон. - Игрушку у сына отнимешь, сделаю то же самое. - Снова бью, но не со всей силы, потому что боюсь ненароком прикончить.
Раз, два, три...
Юнги помещает руку мне на плечо и заставляет вернуться в реальность, пока пьянь елозит по земле.
- Тебе для справочки, - присаживаюсь рядом с ним, - если выпьешь хоть стопочку, то отправишься на кладбище. Считай, что получил бесплатную кодировку.
Хлопаю ему по плечу и иду в машину, где меня начинает трясти, словно током бьет.
- Держи. - Малика подает мне бутылку с водой, а Юн тяжело вздыхает, глядя на отчима Дженни.
- Никогда не понимал таких. Трогать детей, пить... Это же дно. - Мин прищуривается, заводя мотор. - Уверен, что хочешь оставить его здесь. Может, добросим до города?
- Обойдется, - сиплю, глотая воду, - и... - Снова бросаю взгляд на ублюдка, который поднялся с земли и смотрел на нас. - Позвони Кабану. Я в долгу не останусь.
Сижу в тачке и думаю, что превращаюсь в долбанного маньяка, и лишь благодарные глаза ребенка дают понять, не зря все спровернул. Хоть минимальное количество времени, но вырвал для них.
Мин обещал пробить у Кабана, сможет ли он что-то сделать.
Есть и другой вариант. Обратиться к отцу.
Но не факт, что он поможет, скорее наоборот.
Только сегодня до меня доходит, что Юнги был прав, и лучше вколоть витаминку, чем настоящее лекарство, а то напьется и дубу даст. Зачем мне такой грех на душу?
Не нужен.
Видел вчера, что Дженни все поняла. При брате не произнесли и слова, поэтому решил дать ей возможность выговориться. Имеет полное право.
Да, и видеть ее хотел до умопомрачения. Убедиться, что нет других ран, и она жива, здорова, а значит, кнут временно сработал.
Планы прерывает директор, читающий нотации о том, как вредно после сотрясения ездить за рулем, а потом...
Потом начинается какой-то звездец. Ким подлетает ко мне и дубасит по грудной клетке, будто убить хочет.
Злюсь.
Потому что упертая.
Потому что ни черта не понимает и делает свои выводы.
- Лучше бы поблагодарила, Ким. - Цежу сквозь зубы, пока Пак вертится на заднем плане, пытаясь что-то тявкнуть.
Бесится еще больше, а у меня в голове гул от ее слов.
Чтоб тебя, Ким! Рот бы тебе залепить скотчем, а так бей, сколько душе угодно.
Всего несколько слов, а меня наизнанку выворачивает от осознания того, с кем я дружил. Смотрю на Ангелочка, а говорю Чимину, чтобы слышал, гад, и признался.
- Рассказал ей, да? - Усмехаюсь, глядя на двоих. - Все рассказал? Или только то, что выгодно?
- Чон, черт... - Выдает Пак, а я ржу, как ненормальный.
- Я прав, да?! - Хлопаю в ладоши, хотя кулаки чешутся и рвутся в бой, и только широко распахнутые глазки останавливают. - Слушай, Ангелочек, - указываю пальцем на Чимина, который язык проглатывает, - слушай его и до могилы дойдешь, а на твое место придет другая, которую он тоже отправит на тот свет. Пак в этом мастер, да?
- Я не понимаю... - Лепечет она растеряно, смотря то на меня, то на Пака. - Чимин...
- А он не осмелится, - пожимаю плечами и делаю шаг назад, спасая себя от ненужной драки, которой суждено быть, - так ведь, Чимин? Расскажи подруге, как позволил моей сестре на наркоту подсесть, ну? Чего молчишь? Говори, как позволил под кайфом полетать и встретиться лицом с асфальтом. - В груди все начинает гореть, а слова вылетают сквозь зубы. - Говори, сказал! - Шагаю вперед, но две тонкие ручки упираются в грудную клетку.
Медленно перевожу на них взгляд и сжимаю кулаки.
Ким, какого черта ты меня останавливаешь, а?!
Раз, два, три...
- Да пошли вы. - Сухо бросаю и иду к спорткару, проглатывая горечь вместе с разочарованием.
Кому нужна моя помощь?!
Какой из меня к черту помощник?!
Кого, твою мать, я пытаюсь обмануть?!
Давлю на газ, не глядя в сторону парочки.
Надо спустить пар.
Срочно.
Иначе накроет...