30
Дженни
Поднимаюсь по ступенькам, но шоковое состояние не проходит. Сначала Чонгук со своими выкрутасами, которые в голове не укладываются, а потом и Ли Джунхо, не дождавшийся звонка от меня и очень переживающий. Мне стало неимоверно стыдно перед ним за свое поведение, но извиниться я не смогла, потому что появился Донхён .
Отчим забрал Джон У, и по его глазам я поняла, что самое ужасное еще впереди. Ноги еле двигались, и сердце стучало через раз, когда я приблизилась к двери в квартиру. Внутри раздавался грозный голос отчима, что и заставило меня войти.
- Никогда не бери такие подарки, понял?! - Отчим пытался забрать у братишки коробку, в которую Джон У вцепился и не отпускал, молча прижимая к себе. - Дай мне, я сказал!
- Нет! - Я встала между ними, выставляя руки перед собой, чтобы Донхён не трогал братишку. - Это его подарок, и он будет с ним играть.
- От кого такой дар?! От того мужика?! - Заорал отчим, подходя ближе и показывая свои помутневшие от алкоголя глаза. - За что он тебе так платит? Какие услуги ты оказываешь, а?! - Говорит спокойнее Донхён и надвигается на меня, от чего страх медленно проникает в каждую клетку моего организма.
- Никому я никаких услуг не оказываю. - Цежу сквозь зубы, но мужчина меня не слышит и хватает за руку. - Отпустите, - шиплю, а отчим тащит меня к двери в нашу с Джон У комнату, - хватит! Не надо меня трогать!
- Будешь знать, как совать нос не в свое дело. Я со своим сыном сам разберусь без тебя, поняла?! - Отчим открывает дверь, но я начинаю вырываться. - Ты думала, я настолько тупой, что не знаю, сколько стоит этот подарок? - Злобно говорит Донхён и толкает меня в комнату. - Сиди здесь молча и не рыпайся, иначе...
- Нет. Не надо не трогай его! - Срываюсь на крик и порываюсь к Джон У, только отчим с силой хватает меня за волосы и кидает на пол.
- Не нарывайся, Дженни! Последний раз говорю. - Слышу, словно через пелену, потому что упала и ударилась головой о шкаф.
Часто моргаю и хочу подняться, потому что из коридора доносится истошный вопль братика.
- Нет... - Только удается прошептать прежде, чем хлопает входная дверь.
По вискам начинает бить ужасная тишина, и в голову приходят самые страшные мысли, но они развеиваются словно пепел по ветру, когда братишка с опущенными плечами и увлажнившимися глазами заходит в комнату.
- Он забрал мой подарок, - нижняя губа братишки подергивается от еле сдерживаемых слез, а я проглатываю ядовитую горечь, - у тебя кровь...
Медленно подношу руку к лицу и прикладываю пальцы ко лбу. Точно кровь. Слезы застывают внутри вместе с обидой. Нельзя при Джон У показывать слабость. Нельзя.
- Зайчик, принеси мне аптечку, пожалуйста. - Выдавила из себя полуулыбку и посмотрела на пальцы.
До такого у нас еще не доходило. Ремень временами шел в ход, моральные унижения, но не до пускания крови. Хорошо, что мама не видит до чего докатился ее муж.
- Вот, на. - брат приносит мне коробочку с крестом на крышке и часто дышит. - Джен, а в детском доме плохо жить?
От внезапного вопроса братишки замираю с ватой в руке. От одного слова детский дом меня начинает лихорадить.
- Почему ты спрашиваешь, Джон? Это Донхён сказал? - Голос ломается на этих словах.
Даже в страшном сне я не хочу видеть того, что может случиться из-за пьянства отчима.
- Мы об этом с тобой никогда не узнаем, зайчик, - говорю, притянув брата к себе, - потому что мы туда не попадем. Даже не думай об этом.
- Но я не хочу больше здесь жить. Он тебя бьет. - Братишка говорит тихо, и я вижу, что ему больших стараний стоит не заплакать.
- Еще чуть-чуть, зайчик, и мы будем свободны. Поможешь мне? - Протягиваю ему ватку, чтобы отвлечь от плохих мыслей, и Джон У с тяжелым вздохом принимается обрабатывать ранку на моем лбу.
Пока братишка усердно играет в доктора, я решаю забрать его с собой на работу. Отчим совсем поехал крышей, и страх за пятилетнего ребенка оказался сильнее, поэтому настраиваю его на то, что придется посидеть у Юн Хо в комнате с камерами, поиграть и ничего не трогать.
Волосы приходится уложить так, чтобы прикрыть рану на лбу, которая оказалась приличной по размеру, да и кожу рассекла сильно. Голова не кружится, значит, сотрясения нет. Мало утешает, но деваться некуда.
Когда я поправляю капюшон на олимпийке братишки, хлопает входная дверь, и раздаются тяжелые шаги Донхёна. Идет в спальню. Мы с Джон У дышим через раз, а потом выходим в коридор. Я прикладываю палец к губам и крадусь к приоткрытой двери. Заглядываю и спокойно выдыхаю. Завалился спать.
Мы покидаем пределы квартиры и запрыгиваем в автобус. Братишка любит ездить в центр города, но сейчас мы движемся не в том направлении, и он поник. Донхён забрал конструктор и, видимо, уже продал за копейки.
Ужасно неприятная ситуация.
Я ведь взяла только ради брата, а теперь получается, что напрасно.
Джон У захватил с собой пару солдатиков, которые купил для него Чиммн, и играл с ними, пока мы не добрались до фитнес-центра. Юн Хо был не против того, что я притащила с собой ребенка.
- Без проблем, Джен, пусть сидит тихо и компьютер не трогает, - охранник смотрит на Джон У и выуживает из кармана большую шоколадную конфету, - как знал, - гордо выпячивает грудь и подает ее братишке, - держи, Джон У, и не грусти, а то хмурый такой. - Он треплет его за щеку и улыбается. - А ты не плачь больше. Нельзя красивой девушке портить лицо слезами. Нужно улыбаться. - Тише шепчет, когда мы выходим в фойе и разбегаемся по разные стороны.
Я откидываю мысли прочь и принимаюсь за дело. Ын Соль уговаривает поплавать, ведь в бассейне уже никого не будет, но я вынуждена отказаться от этого удовольствия. Джон У, наверное, извелся весь.
Заканчиваю и понимаю, что сил больше нет ни на что, а мне еще Олежу кормить и домашку делать. Мы прощаемся с Юн Хо и выходим из здания, направляясь к остановке. После произошедшего с Чоном коленки подрагивают от темноты вокруг, но для меня страшнее оставить ребенка с этим ненормальным в квартире.
- Я кушать хочу. - Джон У крутит солдатика в руках и поджимает губы, пока я высматриваю автобус.
- Будем дома, и я тебя накормлю. Хорошо? Потерпи немного. - Провожу пальцами по холодной щеке братишки и вздрагиваю от того, что около нас резко тормозит машина.
Глаза увеличиваются от удивления, когда дверка распахивается, и перед нами возникает Чонгук собственной персоной. Рот открывается, но я не произношу ни слова.
- Ким, тебе говорили, что шариться вечерами по темным улицам, да еще и с ребенком, опасно. - Говорит с характерной для него надменностью.
- Сам бы побоялся. - Тут же бубню под нос, а Джон У дергает меня за олимпийку и без отрыва смотрит на Чона.
- Джен, а это кто?
- Привет, мелкий, тебя как зовут? - Чон переключает внимание с меня на братишку и от этого мне становится не по себе.
- Джон У. А ты кто? - Вполне грозно спрашивает братик и выходит вперед, загораживая меня собой.
- Чонгук. Одноклассник Джен. - Чон протягивает ему руку, на которую Джон У смотрит с подозрением, но все-таки жмет. - Будем знакомы. - Чон опускается на корточки и изучает солдатика в руке у брата. - Слушай, Джон У, вам далеко до дома добираться, так? - Брат кивает, но уже не так напряженно, как в первые секунды. - Тогда предлагаю со мной доехать. Ты не против?
- Я против. - Вклиниваюсь в их разговор и притягиваю Джон У за плечи к себе, пока Чон прищуривается. - Мы поедем на автобусе.
- Джон У, скажи своей сестре, что уже темно, и опасность на каждом шагу, а со мной вы мирно доберетесь до дома. Это безопасно. Катался когда-нибудь на такой? - Кивает в сторону спорткара, поправляя кепку и все еще с улыбкой смотря на брата в то время, как я начинаю закипать.
- Нет. - Братишка поднимает голову и смотрит на меня с мольбой, заставляя наклониться. - Джен, давай с ним поедем. - Шепчет мне на ухо. - У него глаза такие добрые. Он нас точно не обидит.