16
Чонгук
Тренировку приходится пропустить, потому что Намджун начнет задавать много вопросов, на которые я не хочу отвечать. Звоню Мин Юнги и договариваюсь о встрече. Быть дома сейчас для меня худшая из пыток, поэтому сразу после звонка собираюсь и прыгаю в тачку.
Лучше шататься по улицам города, чем сидеть в тюрьме, где тебе каждые пять минут тычут на коврик и говорят "лежать, место".
Против воли вспоминаю, как Розэ бунтовала, когда папочке в очередной раз приспичило навязать ей свое мнение. Ведь в ней был боевой дух, но даже его Чон Джун Сон умудрился сломать…
По дороге включаю музыку, чтобы адские мысли совсем не сожрали мои напряженные мозги. Долетаю до нужного района в считанные минуты и сижу в машине, рассматривая красную дверь, около которой стоит секьюрити. Юнги позаботился о том, чтобы его бизнес был прикрыт.
После смерти Розэ ушел от школьного тренера, ведь находится в одном помещении с Паком было не то, что тяжело, а физически невыносимо. Тренер долго уговаривал меня остаться, чтобы защищать честь школы, но я уперся и ни капли об этом не жалел.
Намджуну умолять о приеме в его команду не пришлось. Он сам мне позвонил и предложил заниматься у него, а мне это было необходимо…
Только так я мог выгнать из себя желание разгромить все вокруг себя. Пусть эффект был временным, но он был.
Выбираюсь из тачки и подхожу к охраннику, показывая жетон. Он лишь молчаливо кивает и пропускает меня внутрь.
Иду по еле освещаемому коридору до конца. За дверью раздаются крики, свист и смех. Без раздумий поворачиваю ручку и оказываюсь в привычном мире.
Огромный зал с ареной, на которой двое молотят друг друга. Некоторое время стою и смотрю на бой, угадывая ходы обоих. Зрелище затягивает и помогает избавиться от навязчивых мыслей, но лишь до той поры, пока меня не хлопают по плечу.
— Чего стоишь, малой? — Юнги улыбается и протягивает руку, которую я жму на автомате. — Тухло бьют. Пойдем. — Машет в сторону своего кабинета, и я бросаю взгляд на арену и беснующуюся толпу вокруг, после чего шагаю за ним.
С Юнги познакомились на очередном слете. Он увидел, как я могу уложить противника, и дал номер телефона, если вдруг захочется выпустить пар по-взрослому.
И мне захотелось.
Когда наша дружба с Чимином еще не пошатнулась, мы мечтали попасть в "Дракон", закрытый подпольный клуб. Все, кто занимался у Намджуна, знали о нем, но упорно молчали, когда левые люди из органов задавали конкретные вопросы.
Вот так мечты становятся реальностью.
Пусть и не в тот момент, когда мы их ждем.
— Что тебя привело ко мне? Давно ведь не заглядывал. — Мин разваливается в кресле, а я падаю на диван, помещая руки на спинку.
— Хочу договориться о бое. — Спокойно отвечаю ему, и улыбка с лица Юнги сразу сползает.
— Как интересно, — он стучит пальцами по столу, вопросительно глядя на меня, — и кто выйдет на ринг?
— Я. — Пожимаю плечами. — И Пак.
Мин молчит. Продолжает стучать пальцами по столу, обдумывая мои слова, а потом берет зубочистку и зажимает ее зубами.
— Тот самый Пак? — Спрашивает, а я киваю. — Значит, вы еще не решили проблему. — Констатирует факт и наклоняется вперед, прищуриваясь и изучая меня. — Не стоит напоминать, что ненависть не лучший товарищ на ринге?
— Нет. Я хочу разбить ему рожу, и он совсем не против. — Говорю, а внутри ни одной эмоции, кроме ожидания.
Мин снова откидывается на спинку кресла и изучает меня.
Думает о рисках.
Обычно он не берет сопляков в спарринг, но моя просьба заставляет его задуматься, и это хорошо. Данный показатель увеличивает вероятность получения положительного ответа.
— Можете собраться хоть завтра днем. Я с удовольствием посмотрю. — Юнги перекидывает зубочистку языком и улыбается, а я потираю переносицу.
— Я не о детской тренировке говорю, Юн, а о полноценном бое, — убираю руки со спинки дивана, наблюдая, как меняется выражение лица Мина, — о том, которые ты проводишь вечером в пятницу.
Замирает в одной позе и хмурится.
— Слышь, Малой, а последствий не боишься? — Спрашивает, убирая зубочистку и поднимаясь. — Ты же прекрасно знаешь правила.
— Да. Правила боя в пятницу вечером — отсутствие каких-либо правил. — Повторяю слова, которые он сказал мне, когда я впервые ступил на территорию клуба. — Пак тоже об этом осведомлен. Ждем только твоего ответа.
Мин упирается руками в бока и тяжело вздыхает, пока я считаю секунды до его согласия, но наперекор моим ожиданиям Юнги проводит рукой по лицу и смотрит на меня.
— Мне надо подумать. — Убивает фразой, а я сжимаю челюсти.
Ждал другого.
Не бурного восторга, конечно.
Но и не каменного выражения лица.
— Я позвоню. — Говорит мне и достает из кармана разрывающийся звонкой трелью телефон. — Да?
Поднимаюсь, понимая, что большего от него сегодня не добьюсь, прикладываю руку ко лбу и салютую, на что он лишь кивает. Выхожу из кабинета и сжимаю кулаки.
"Дракон" — единственное место, где бой пройдет так, как я хочу. Без СМИ и зрителей, которые донесут все подробности отцу и общественности. Если Мин откажет, то придется встретиться у Намджуна, который точно не одобрит мордобоя.
Смотрю на часы и понимаю, что появляться дома сейчас не хочу. Иду к арене и наблюдая за двумя боксирующими парнями, скрестив руки на груди. Вокруг шум и гам, а у меня внутри тишина.
Полный штиль.
Ожидание бури.
Той самой, которая должна была состояться еще в ту злополучную осень.
— Ой, парень, извини! — Раздается около меня девичий голосок, и я без особого интереса смотрю на его обладательницу.
Бледная девчонка с разноцветными волосами. Под глазами тушь размазалась, кайфовая улыбка на лице, и расширенные зрачки. Она пожимает плечами и скрывается в толпе, пока я проглатываю противный ком в горле. Воспоминания не дают покоя. Не бледнеют со временем, наоборот врываются в голову яркими пятнами.
Разворачиваюсь и покидаю клуб, чтобы не закатить Мину скандал. Он все равно не в курсе. У него есть принципы, через которые не переступит, поэтому успокаиваю нервы, сидя в тачке, а потом через неохоту еду домой.