3
После этой фразы что-то явно появилась некая искра между ними, которую Пак отрицал как мог. Но можно ли вечно избегать свою судьбу? Вряд-ли.
Очередной день начинался точно так же, как и все остальные. Раннее пробуждение, завтрак, который особого аппетита не вызывал, и небольшой шум подростков, что так не любили слушать вожатых.
— И почему ты сидишь тут? — Хисын нахмурился, натягивая футболку на голый торс. — Такой классный день, пошли, искупаемся.
— Как только выйду, прискачет Сону, — Пак закатил глаза, точно зная, какая участь его ожидает за пределами этих стен. — Это уже пройденный этап. Больше не куплюсь.
— Да, он любит тебя фотографировать, — старший лишь хмыкнул и открыл шторы небольшого окна. — Но не тебя одного он снимает. Не будешь же сидеть тут до конца жизни.
— Если понадобится, то буду, — темноволосый быстро закрыл шторы, глядя на собеседника с прищуром. — Я уже задолбался от того, что кто-то щелкает этой дурацкой камерой прямо у меня под носом. Даже айдолов столько не снимают.
— Просто ты ему нравишься, — тихо засмеялся Ли от реакции друга. — Он сам говорил, что любит фотографировать все, что считает красивым. Это же комплимент.
— Ой иди ты со своими комплиментами, — ворчал младший, снова завалившись обратно на кровать. — Вот выйдешь отсюда, так и попадешь под обстрел этих вспышек.
— Он больше не снимает со вспышкой, — дал знать Хисын и направился к двери. — Выходи, как перестанешь бояться внимания.
Парень, выскав свою фразу, сразу же покинул домик, закрыв за собой дверь. В помещении остался только Пак наедине со своими мыслями…