Ты - мой грех

Перерождение

Год спустя

Безжизненные серые глаза смотрели на огни города через окно, которое чуть ли не сияло от чистоты. В помещение было тихо, только звуки работающих аппаратов развеивали звенящую и напрягающую тишину. Брюнет развернулся и посмотрел в сторону, где находилась больничная койка, на которой уже год лежит исхудавший шатен и никак не хочет открывать свои изумрудные глаза.

Мучительный год. Время, которое длилось довольно долго для тех, кто был связан с тем парнем, что на данный момент находится в коме. И по показателям видно, что выходить из нее, в ближайшее время, он не собирается. Это тяготило... Очень...

Каждый день Леви Аккерман приходит в эту больницу, именно в эту палату, чтобы посмотреть на того, кто заставлял трепетать его сердце, но сейчас этого не делает, а наоборот, убивает его изнутри, сдавливая все органы. Вновь трудно дышать, больно смотреть на то, как рушится своя жизнь и жизнь того, кто заставляет приходить его сюда и быть рядом.

Закрыв глаза, брюнет тяжело и глубоко выдохнул, пытаясь отогнать лишние мысли к черту, ведь они так впились в его голову, будто шипы прекрасных темно-красных роз, что растут под окном палаты Эрена Йегеря. За окном послышались удары капель дождя на белоснежный подоконник, а вскоре и совсем начало лить, как из ведра... Видимо, даже погода печалится из-за трудностей таких крошечных и беззащитных существ - людей. Леви протянул свои бледные руки к ручке от окна и закрыл его, чтобы вода не попадала в палату.

Послышался телефонный звонок, который отвлек внимание брюнета. Ответив на звонок, он взглянул в сторону шатена и взяв свой пиджак, вышел из палаты, заранее оставив легкий поцелуй на лбу психолога.

Изумрудные глаза устремили свой взор в серый потолок помещения...

***

Фарлан Черч был очень обеспокоен состоянием друга, который прошел буквально через огонь и воду. Он не думал, что хоть кто-то сможет оставить след в сердце этого холодного и безжалостного парня, который в таком юном возрасте добился положения в обществе и много миллиардов на своих счетах. После того злосчастного случая Аккерман стал намного суровее и холоднее, чем вообще мог быть. Блондин думал, что тогда был только максимум, но он знатно ошибся.

Он понимал состояние брюнета но не давал полностью уходить в себя и постоянно названивал, напоминая о том, что у него есть еще компания и работники, которые были готовы на любое поручение. У них есть та преданность, что неподвластна обычному человеку.

И на данный момент серые глаза блондина внимательно наблюдали за тем, как парень перебирает документы, внимательно читая их содержимое и исправляя недочеты. Леви слегка нахмурился и отложил лист бумаги в сторону, тяжело вздохнув.

- Ты во мне дыру прожечь решил? - спросил Аккерман лениво, не открывая свои глаза и давая им немного отдохнуть от напряжения.

- Конечно, - проговорил Фарлан, кивнув. - Почему бы и нет? Это очень увлекательно, дырявый Леви, - хмыкнул Черч, наблюдая за своим другом, который издал некий смешок.

- Ты такой ироничный, мой дорогой друг, - сообщил брюнет блондину с явным вызовом.

- О, ну, по ироничнее тебя уж точно, - парировал парень, усмехаясь.

«Вот таких моментов должно быть больше...» - с горечью подумал Фарлан, с вялой улыбкой посмотрев на свое рабочее место.

Настала тишина, которая уже не давила. Она была приятной и спокойной, каковой была раньше очень давно.

***

Брюнетка проводила уборку в квартире, в которой стало будто пусто и мрачно после того, как один из ее жителей не появлялся в ней уже как год. Проходя мимо комнаты своего брата, девушка замерла и посмотрела на дверь. Сердце сжалось, внутри появилась адская боль, что не отпускала Микасу долгое время. На глазах появились слезы, которые тут же потекли по ее щекам, оставляя мокрые и неприятные дорожки. Слеза упала на пол, разбившись на большее количество капель. Закрыв глаза, девушка попыталась успокоиться и не дать эмоциям одержать верх. Они будто пожирали ее изнутри, не давая забыть о том, что произошло с Эреном и где он находится на данный момент.

Застывшую и плачущую на месте девушку застал ее с братом лучший друг, который пришел проведать подругу и узнать как она. Однако ответ показался ему сразу же после открытия дверей. Блондин и его девушка переглянулись и ринулись к брюнетке, чтобы попытаться ее успокоить, так как та затряслась и осела на пол, дав волю слезам и рыданиям. Пока Энни сидела в гостиной, прижимая к себе подругу и пытаясь успокоить, Армин делал успокоительный чай. Его голубые глаза больше не сияли некой жизнерадостностью, они наоборот потускнели. Изредка в них проскакивает что-то светлое, но это уже не то, что было раньше.

Пройдя в гостиную с подносом, Арлерт поставил его на стол и сел рядом девушками, которые молча сидели и смотрели куда-то вперед. Парень понимал насколько тяжело его подруге, даже его девушке, ведь его друг преуспел познакомиться с ней и поболтать на счет него самого. Было тяжело, невыносимо. Человек, который всегда был рядом, прямо возле тебя, теперь лежит в больнице, словно мертвый. Блондин никак не мог поверить в это, даже смириться, о таком и речи не было. Его так же удивлял тот факт, что обычный клиент его друга сможет совершить такой поступок, который заслуживал огромного уважения и благодарности. Ведь если бы не он, то Эрен явно был не среди живых, хотя, на данный момент, он так же не среди ходящих вокруг людей. Но это было хоть что-то. Маленькая надежда, что чертов Йегер вновь будет рядом с ними и строить умную гримасу, рассказывая о своей работе и мыслях.

- Я... Я уже не могу так больше... - прошептала Микаса, смотря пустыми глазами вперед. - Я не могу без него... Это так ужасно... - произнесла девушка, закрыв глаза, из-за чего слезы вновь покатились по влажным щекам брюнетки.

Блондины внимательно слушали подругу, смотря на нее с горечью и сожалением, понимая ее чувства, как никто другой. В квартире стало тихо, и эта тишина нагнетала, давя на присутствующих.

***

- Здравствуй, Эрен, как ты себя чувствуешь? - спросил обеспокоенный мужской голос, осматривая пациента, который наконец-то очнулся. - Болит что-то или беспокоит?

Мужчина внимательно наблюдал за реакцией парня, что молчал все время со своего пробуждения. Это не было удивительным, некоторые пациенты кричали, пытаясь понять, что произошло. Позади мужчины стояла женщина, которая внимательно наблюдала за ними. Врач отвел Ханджи в сторону, чтобы поговорить немного в личной обстановке.

- Как он? - спросила она, взглянув на своего мужа, что взглянул на нее.

- Видимо, шок. Сама понимаешь, после случившегося с ним, это вполне ожидаемо, - ответил Смит. - А его раны уже давно прошли, правда исхудал он хорошенько, восстановление будет долгим. И это я не только о физическом, - со вздохом произнес блондин, посмотрев на жену. - Думаю, с этим заданием ты справишься лучше всех. Я пойду, нужно сказать его близким.

- Погоди... Сообщи лучше им завтра с утра... Я хочу попробовать поговорить с ним и узнать, что он помнит, а что он не помнит... Я бы не хотела, чтобы у него был срыв, это сильно скажется на нем и на остальных, - попросила женщина, подойдя к кровати своего друга.

- Хорошо, как знаешь. Удачи, - сказал Ирвин, выйдя из палаты и плотно закрыв дверь.

Ханджи села на край кровати и встретилась взглядом с шатеном. Его глаза не выражали ничего. Никакой радости, бодрости и желания... жить. Это совсем не нравилось женщине, такое состояние было самым худшим, в котором она его видела.

- Что же ты молчишь, мой дорогой друг? - с некой заботой спросила русоволосая, поправив длинные пряди волос парня.

- Тебе не кажется, что этот вопрос довольно глупый? - в ответ спросил шатен хриплым и безжизненным голосом.

- Хорошо. Что ты помнишь? - спросила женщина, внимательно наблюдая за Эреном.

- Все, Ханджи. К сожалению, все...