30
Младший вопросительно смотрит на вампира, пока другой протягивает в его сторону свою руку. Чимин знает, что Юнги можно доверять, поэтому без каких либо опасений, кладёт свою ладонь в чужую.
Они сначала добираются до леса, а затем идут через него, но не так уж и долго, ведь вскоре перед ними предстаёт небольшой домик.
Только в нём была небольшая странность. Окон не было.
— Это... — начал было Чимин.
— Мой дом, — закончил Юнги. — Зайдёшь?
Пак разглядывает дом, а затем невольно сжимает руку вампира сильнее, кивая. Мин улыбается и тянет юношу в хижину.
Внутри оказалось не всё так плохо, как представлял себе Чимин, вспомнив деревенские байки. В доме ни оказалось никаких человеческих голов прибитых к стене, ни трупов варившихся в котлах, ни каких цепей или красных гробов. Было довольно уютно и просторно, только смущал тот факт, что мебели почти не было.
— Я разведу огонь, — говорит Юнги тут же подходя к камину. — А то здесь в лесу прохладнее, чем у вас в поселении. Заболеешь ещё.
Чимин лишь улыбается, продолжая осматриваться. Он видит сундук, где скорее всего лежит одежда вампира, а так же небольшой стеллаж с книгами.
— Ты умеешь читать? — удивляется Пак.
— Да, надо ведь же как-то коротать время, — поясняет вампир, справившись с камином. — А ты... умеешь читать?
— Умею, но не очень хорошо, — отвечает Чимин. — Мне обычно перед сном мой родной отец читал сказки, а иногда учил меня буквам, чтобы я сам читал, но...
Пак делает небольшую паузу, продолжая рассматривать книги на стеллаже. Юнги понимает, что другому тяжело вспоминать своё прошлое, поэтому быстро оказывается около младшего, обнимая его со спины за талию.
— Его вскоре убили, а я так толком и не научился читать, — продолжает Чимин, чувствуя спиной крепкую грудь. — После я хотел лишь освоить боевые искусство, чтобы...
— Отомстить, — понимает младшего с полуслова Юнги.
— Да, — тяжело выдыхая, подтверждает Чимин. — Мне было тогда не до книг, а Чон Хосок - мой приёмный отец, и не настаивал на этом.
— А ты всё ещё хочешь...?
— Нет, я.., — резко выдаёт Чимин, повернувшись к Юнги. — Я не желаю больше мстить. После встречи с тобой, я понял, что вампиры не все плохие, и они убивают лишь иза нужды.
Мин на слова Чимина только улыбнулся, а затем стал медленно наклоняться к нему, смотря на губы. Пак сразу понял в чём дело, поэтому прикрыл глаза, давая этим самым зелёный свет вампиру.
Парни слились в нежном поцелую, который быстро перетёк в более страстный. Юнги прижал младшего к тому самому стеллажу, проталкивая свой язычок в горячий ротик. А спустя пару секунд уже держал младшего под попку, усадив того к себе на талию.
— Юн~и, — отрываясь от чужих губ, нежно произносит Чимин, дабы сделать передышку.
Мин буквально урчит от такого ласкового обращения, иза чего влажными поцелуями переходит на шею. Пак выгибается ему навстречу, тяжело дыша.
В следующий миг они оказываются на стуле возле камина. Чимин продолжал обнимать старшего за шею, пока другой забрался своими ручками под чужую футболку.
— В первый раз когда я тебя увидел, это было ночь, — вдруг начинает вампир. — Ты тогда шёл, как я понял с патруля.
Пак понятливо мычит, опуская свою голову на чужое плечо и наслаждаясь нежными прикосновениями вампира к своему телу.
— Честно, я тогда был голоден и хотел заманить к себе какого нибудь ребёнка, но на глаза мне попался ты, — продолжает свой рассказ Юнги. — Ты меня сразу зацепил, и я хотел было переключиться на тебя, но...
— Но понял, что я охотник? — шепчет Чимин.
— Да, и решил пока не рисковать.
Пак гордо улыбается, понимая, что его хоть кто-то считает за потенциально угрозу, а не простого мальчишку, умеющего махать мечом.
— Затем, я случайно наткнулся на тебя у озера, когда охотился на животного, — объясняет Юнги. — Я честно тогда засмотрелся и не сразу заметил ведьмака, который потом тебя увёл.
— Это был Тэхён, — вспоминая о том странном дне и о словах друга, сказал Чимин.
— Я знал, где ты живёшь, поэтому с наступления ночи оказался около твоего дома, — рассказывает Юнги. — Я увидел тебя в одном из окон, и чтобы разглядеть тебя получше забрался на дерево.
— Ты меня тогда напугал, — вспоминая ту самую ночь, говорит Чимин.
— Честно, я не хотел, просто ты.., — Юнги прикусил губу, вспоминая, что было дальше. — Ты стал переодеваться и...
— Чего!? — офигевает Пак, садясь ровно на коленях вампира. — Дак ты видел??
— Да, — признаётся Юнги.
Чимин тут же заливается краской и прижимается обратно к Мину, утыкаясь носиком в его шею.
— Извращенец, — недовольно ворчит Пак.
Вампир лишь невольно хохотнул, а затем опустил свои ладошки на упругие булочки младшего, начиная их поглаживать.
— Я снова залип и не сразу сообразил, что ты видишь меня, — продолжает Мин. — Дошло до меня, только когда ты схватился за меч.
— И поэтому ты ушёл?
— Да, я не понимал, почему так реагирую на тебя. Меня в какой-то степени это даже пугало, — рассказывает о своих ощущениях Юнги. — Но на следующий день ноги сами повели меня к озеру.
— Извращенец, — снова бубнит Пак, вспомнив, что он именно тогда решил искупаться.
Мин лишь широко улыбается, целуя Чимина в красную щёчку.
— Я бы ещё долго любовался тобой, если бы не те девки, — вспоминает Юнги о том, как их уединённую атмосферу нарушили. — Честно, я тогда очень сильно разозлился и хотел... хотел навредить тем двум особам особенно этой Лисе.
— Ты же знаешь, она не моя девушка, — понимая, что его приревновали, напоминает Чимин.
— Да, но тогда я ещё не понимал, что во мне заиграли чувства собственичества.
— Тогда, как ты понял, что...
— Когда на тебя напал вампир, ни о чём не думая, я оторвал ему голову, — говорит Юнги. — Мне было плевать, что это мой сородич, главное, чтобы с тобой всё было хорошо.
Чимин прекрасно помнит тот день, когда спас женщину от вампира, но затем столкнулся с Юнги, которому позволил уйти.
— Я бы мог убить тебя, но не стал, — поясняет Мин. — Как и тогда в переулке, где тебя оставили на верную смерть.
Пак тут же вздрогнул, вспоминая, как Минхо приковал его к железной штуковине, не давая возможности уйти домой.
— Тогда наверно я и понял, что со мной что-то не так, — говорит Юнги. — Поэтому я стал штудировать книжки, и только наверное после пяти прочитанных до меня дошло, что я влюбился.