18
Чимина привлекают вещи брошенные вампиром. Его охватывает любопытство. А поняв, что Юнги занят, принимается разглядывать их более детально. Ничего не обычного он в них не замечает, только вот на рукаве кофты парень замечает какое-то тёмное пятно. При ночном освещении до Пака не сразу доходит, что это засохшая кровь. Но когда такой момент наступает, он резко одёргивает свою руку от чужой одежды.
— Тебя не учили, что трогать чужие вещи нельзя, — раздаётся голос где-то сверху.
Чимин вздрагивает и задирает голову, замечая в свете луны слегка подкаченое тело вампира. Юнги быстро напяливает на себя штаны, а вот с верхом не спешит, размещая свою пятую точку рядом с напрягшимся охотником.
— Это кровь, но она не человеческая, — поясняет Мин, слегка поглаживая не отстиравшееся пятно.
— А чья тогда? — спрашивает Пак, чуть смелея.
— Животного, а если быть точнее кабана.
— Но зачем? — всё ещё не понимает Чимин.
— Ну вы же по прятались, а питаться всё равно как-то надо.
— Другие тоже?
— Лишь некоторые, — поясняет вампир.
— Но тогда зачем...
— Зачем убивать таких как ты, если мы можем питаться кровью животных? — ухмыляется Мин, наконец надевая на себя кофту. — Она очень отличается.
— Разве?
—Да, это если бы ты съел пару ягод или кусок мяса, чувствуешь разницу?
Пак неуверенно кивает, отводя взгляд в сторону.
— Питаясь человеческой кровью, ты становишься меньше уязвим, — поясняет Юнги. — Ты становишься чуть сильнее, чуть быстрее остальных своих сородичей. А где превосходство там и вершина пищевой цепи.
Наступила тишина, в течение которой Чимин пытался обмозговать полученную информацию.
— Но почему нельзя всё решить мирным путём?
— Хочешь чтобы вампиры плясали под чью-то дудку? — хмыкает Юнги, задавая риторический вопрос.
— Но так бы было куда легче, если бы...
— Так не будет, Чимин, — тяжело вздыхая говорит Мин. — Слишком поздно уже что-то менять.
— Не правда, — хмуриться Пак. — Отец всегда говорил мне, что нельзя отпускать руки и никогда не поздно что-то изменить.
Вампир удивлённо глядит на юношу, а затем лишь улыбается.
— Ну и как ты себе это представляешь?
— Люди бы давали вам какое-то количество крови, а вы бы нас в замен не убивали, — с энтузиазмом рассказывает Чимин. — Так бы было куда проще. Никто бы не умирал, и все бы жили в мире и гармонии.
Юнги на такое лишь закатывает свои глаза, качая головой.
— Что?
— Крови не хватит.
— Но так вы по сути тоже ничего не получаете.
Мин только пожимает плечами, смотря на луну.
— Это не в нашей власти, Чимин, — сообщает вампир. — Ты не сможешь уговорить людей давать свою кровь тем, кто годами убивал их же близких. А нас... нас слишком много, чтобы мы все разом взяли и перестали охотиться на вас, ведь голод всё равно будет сильнее.
— Но... Ты же можешь...
Юнги переводит взгляд с неба на Чимина и тут же теряет дар речи.
Чимин был просто не отразим в лунном свете. Он словно сошёл с картин самых умелых художником. Его красоту невозможно было передать словами. Юнги готов был вечность на него смотреть, но появившиеся клыки, довольно ощутимо врезавшиеся в нижнюю губу, заставили прийти в себя. Вампир невольно зарычал, привлекая к себе внимание.
— Тты чего? — удивляется Чимин.
Но Мин ничего не отвечает, а лишь нависает над Паком, заставляя того лечь на спину. Он с интересом разглядывает юношу, которого пугает такое поведение.
— Если ты не прекратишь, я воткну в тебя нож, — сообщает охотник, пытаясь таким способом избавиться от нависшей проблемы.
Юнги пару секунд глупо хлопает глазками, а затем ухмыляется и мигом заводит чужие руки над головой, начиная удерживать их за запястье одной рукой.
— Эй, — шугается Пак, делая все возможные попытки для своего освобождения.
Но вампир не даёт возможности вылезти из под себя, а лишь делает хуже, сократив между ними расстояние.
— Я просто хочу закончить то, что не дал сделать твой брат.
Чимин тут же замирает, вспоминая про утренний недопоцелуй. У него этот момент словно вылетел из головы, а всё потому что такого не могло с ним произойти. Мозг просто отказывался воспринимать действительность. Но сейчас, когда ему напомнили о случившемся, он просто не знал, что ему делать, чем и воспользовался вампир.
Юнги аккуратно приблизился к пухлым губам, хозяин которых словно окаменел, а затем прильнул к ним. Пару секунд ничего ровным счётом не происходило. Вампир просто прижимался к чужим губам своими. Но вскоре он решил отпустить запястья младшего, дабы тот хоть чуточку расслабился, а то было как-то не в кайф. И когда это произошло, начали проявляться первые неловкий движения губами. Оба парня осторожно исследовали друг друга, ощущая внутри себя бурю эмоций.
Первым оторвался Юнги, зарычав, так как ему всадили кинжал в районе живота.
— А я предупреждал, — слегка хмуриться Чимин, хотя на деле ему понравился поцелуй.
Мин на такое лишь фыркает, но после ухмыляется и вновь сокращает между ними расстояние.
— Эй, — слегка надавливает на нож Пак. — Прекращай самовольничать.
— А мне понравилось, — сообщает довольный Юнги. — Не думал, что с человеком это будет...
Вампир пытается подобрать правильные слова восхищение, но его заставляют забыть об этом, вынув нож из живота. Мин злобно фырчит, когда младшему всё же удаётся выбраться из под него.
Встав на ноги, Пак достал платок, чтобы избавиться от крови вампира на своих руках и кинжале.
— Это ошибка, — уже поднявшись на ноги говорит Чимин. — Мы не...
— Не должны были целоваться? — хмыкает Юнги. — Но мы это сделали, и тебе кстати понравилось.
— Не правда, — возмущается Пак, убирая свой нож.
— Тебя выдал ритм сердца и пульс, так что.., — вампир быстро приблизился к младшему и аккуратно взял его за подбородок. — Не ври мне. Я в любом случаи буду знать правду.
Мин перевёл взгляд на слегка опухшие губки и облизнулся.
— И тогда у дерева ты тоже хотел этого, потому что я чувствовал тоже самое.
Юнги проводит большим пальцем по нижней губе охотника, при этом нежно улыбаясь. Чимин вновь удивляется открытым эмоциям вампира. Он уже в который раз убеждается в том, что они многого не знают об этих существах.